Рассказ №0931 (страница 71)

     - Четыре доллара! Парень сошел с ума! Не больше двух долларов.
     - Нет, нет, сеньора, - сказал мексиканский парнишка, ввязываясь в игру, которую он, должно быть, знал наизусть, - три доллара.
     - У нас уже есть две мужские куклы, Ирвинг, - закричала жена оскорбленным тоном.
     Наступила секундная пауза. Когда она снова заговорила, ее голос уже был совсем иным. Сейчас он был мягким, почти гипнотизирующим.
     - А как насчет женской куклы, Ирвинг? Мексиканский парнишка взглянул на них вверх, потеряв нить в психологической игре.
     - Девочка, девочка, девочка, - несколько раз повторила Герти с сильным бруклинским акцентом.
     Парнишка-продавец улыбался и улыбался. Слово "девочка" отсутствовало в его английском запасе слов. Это не была цифра или название валюты.
     - Перестань ерундить, Герти. Я дам ему три доллара и возьму эту куклу. Она понравится нашему сынишке.
     - А как насчет дочки? Я хочу куклу для дочки. Мы хотим куклу-девочку для нашей доченьки, не правда ли?
     При этих словах она вытащила женскую рубашку, сложила ее наподобие юбки, несколько раз потрясла в воздухе и сказала:
     - Кукла. Девочка-кукла.
     Мексиканский парнишка сообразил, в чем дело и сказал по-испански:
     - У меня нет. Только куклы-мужчины. - Ему не поверили и подумали, что он обманывает.
     После шумной перебранки одержал верх парнишка, продав американцам две мужские куклы за шесть долларов и поздравив себя со званием лучшего торговца в Мексике. И это с капризными покупателями!
     Вскоре появилась беременная мексиканка с ребенком за спиной, которая выпрашивала деньги. Позднее приковылял морщинистый старик лет восьмидесяти, он стучал двумя бутылками и кричал при этом: "Кокосовое масло!". Он продавал за три доллара средство, облегчающее боли от солнечных ожогов, которое представляло собой смесь кокосового масла и уксуса.
     - Ты бы смог торговать всеми этими вещами на такой жаре, потея как животное? - спросила я у Марти, платя старику три доллара за его смесь, которую совсем не собиралась употреблять. Я знаю, что сочетание кокосового масла с уксусом гарантирует быстрый загар, но попробуй отмыться после пляжа.
     Было уже три часа дня, и мы решили, что пора перекусить. Марти принес огромные гамбургеры из кафе и купил фруктовые коктейли у одного из продавцов.
     Эти продавцы на пляже кишмя кишели, и у них можно было купить абсолютно все. Один из них, высокий, приятный парень, торговал обувью. Пока Марти доставал пищу, я подошла к продавцу, чтобы получше разглядеть его товар. Рядом с ним стояли две среднего возраста дамы и отчаянно торговались. Они набросились на корзину с туфлями и тапочками, как коршуны.
     - Тише, тише, - попросил продавец, обхватив корзину и удерживая, чтобы она не упала.
     Я спросила красавчика по-испански, можно ли примерить пару туфель. Они были белого цвета и, казалось, сделаны из кожи; он просил за них шесть долларов. Я предложила ему четыре. Он согласился, и мы уже собирались закончить сделку, как вмешались обе дамы.
     - Четыре доллара за это барахло? Вы, должно быть, не в своем уме.
     - Это же не настоящая кожа.
     - Пощупайте, это пластик. Мы сами торгуем обувью. Эти туфли пластиковые.
     - И они сделаны в Филадельфии. Там мы их продаем.
     - Они очень быстро сносятся.
     - Это хлам.
     - Слишком дорого.
     Мне надоел этот вздорный разговор и я, сдерживаясь, тихо сказала:
     - Они мне нравятся, я считаю, что они стоят четырех долларов, именно эту сумму я и заплачу.
     - От силы два доллара.
     - И ни пенни больше.
     Все-таки они меня достали, и я снизила цену до трех долларов. После долгих стенаний и причитаний о том, что его жена и восемь детей умрут с голода, не получив четвертый доллар, продавец все-таки забрал мои три доллара.
     Позднее, надев туфли, я убедилась, что мегеры были правы. Со скрипом и треском туфли развалились. Они и в самом деле были пластиковые.
     В короткий срок я познакомилась с жизнью в Акапулько и выяснила, что туристы, прилетавшие из Соединенных Штатов, Англии, Франции, Италии и Канады, ежедневно приходили от четырех до пяти дня в отель "Вилла Вера".
     К пяти часам собиралась толпа из международных знаменитостей, степенных политиков, первоклассных шлюх, которых привезли с собой богатые покровители, банкиров, переодетых (скорее раздетых) гомиков... и вообще, кого тут только не было.
     По отношению к шлюхам я была настроена нейтрально. Они ощущали себя здесь принцессами на неделю или две, но всегда их преследовала мысль, что они должны будут вернуться в мясорубку большого города. Я даже сочувствовала им. Я начала посещать бар "Вилла Вера" каждый день и встречала там кучу знакомых по старой профессии (понимайте это, как хотите), большинство из которых сразу же начинали интересоваться, когда я собираюсь возвратиться в Нью-Йорк.
     Я поняла, что их любознательность не просто проявление вежливости. Они на самом деле были рады снова встретиться со мной, и часы, проведенные вместе за стойкой бара, были восхитительны. Это был акапульский филиал Манхэттена. В основном они говорили одно и то же:
     - Ты упускаешь возможность посвинговать в Городе Забав.
     - А где здесь центр активности, Ксавьера?
     - Ты знаешь стоящих девочек по соседству?
     - Чем ты занимаешься сегодня вечером?
     Мне все это нравилось. Было весело. Радости от того, что когда-то я была знаменитой мадам, весьма разнообразны и многогранны. Но в основном я держалась за Марти. Он стоял рядом со мной, испытывая гордость, что играет роль любимого пажа знаменитой дамы. Он постигал не только любовную игру, но и встречался с такими людьми, с которыми бы никогда сам не познакомился. Возможно, это были не те люди, которых его семья пригласила бы к себе на обед, но, несомненно, они представляли интерес для молодого человека.
      50. СТАРЫЕ ЗНАКОМЫЕ
     Марти и я проводили время в теплом тумане, выходя в море на лодке, занимаясь водными лыжами и траханьем.
     Буйный тропический климат почти заставил меня забыть, что стоял декабрь и приближалось Рождество. И вскоре я ждала Ларри, чтобы вместе провести его отпуск.
     Я знала, что должна буду целиком посвятить себя Ларри и сказала об этом Марти. Первой его реакцией была вспышка ревности, но вместе с тем он горел желанием познакомиться с Серебряным Лисом. Конечно, секс с Марти отпадал, потому что Ларри никогда не отличался широтой взглядов... особенно, когда это касалось симпатичных девятнадцатилетних юношей. Однако, мы решили, что по крайней мере попытаемся прийти к такому соглашению, которое позволило бы находится втроем как можно больше времени.
     Поначалу Ларри без восторга воспринял ситуацию, очень часто раздражался и грозил упаковать чемоданы и вернуться в Нью-Йорк. Но через несколько дней он обнаружил, что Марти ему действительно нравится, и для нас троих наступило приятное время.
     Честно говоря, случалось и так, что я не возражала бы, если бы они оба отвязались от меня. Марти был не более, чем временный, хотя и восхитительный сексуальный партнер, а за предыдущие девять месяцев я постоянно пыталась осознать перспективы своих отношений с Ларри. Мне все чаще казалось, что я принимаю за настоящее чувство то, что на самом деле является простым совместным удовлетворением потребностей. У меня было много потребностей в Нью-Йорке - в любви, а не в коммерческом сексе, в безопасности, в привязанности, в спутнике, в менеджере, и все эти обязанности с успехом выполнял Ларри. Точно так же и у Ларри существовали определенные потребности, которые удовлетворяла я. Мы хорошо подходили друг другу, но поскольку наша связь основывалась на текущих потребностях, то сейчас, когда я уже не была мадам, изменился и характер отношений. Сейчас я начинала понимать, что мы никогда по-настоящему не любили друг друга. Мы, вероятно, хотели, чтобы наши отношения были любовью, и поэтому думали, что это любовь. Но к лучшему или худшему, наша связь ею не была. И отношения между мной и Ларри никогда не будут прежними.
     Тем не менее мы были вместе, и хотя все еще занимались сексом, уже не с таким удовольствием валялись в постели, любя и обнимая друг друга, как когда-то.
     В первый вечер приезда Ларри в Акапулько мы втроем отправились в путешествие по "району красных фонарей".
     Такси провезло нас сквозь темноту по узким улочкам, покрытым гравием, в самый слабо освещенный район города - "район красных фонарей".
     Как он был живописен! Каждый второй домишко - бордель или бар; шлюхи всех возрастов стояли на улицах, одетые в брюки в обтяжку или мини-юбки. Казалось, все они были безобразны, и жирные, и тощие. Костлявые маленькие создания с длинными черными волосами, толстым слоем грима, темно-карими глазами. И другие, чьи мощные телеса и огромные груди с трудом втискивались в тесные свитера. Выглядели они нечистоплотно.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ] [ 38 ] [ 39 ] [ 40 ] [ 41 ] [ 42 ] [ 43 ] [ 44 ] [ 45 ] [ 46 ] [ 47 ] [ 48 ] [ 49 ] [ 50 ] [ 51 ] [ 52 ] [ 53 ] [ 54 ] [ 55 ] [ 56 ] [ 57 ] [ 58 ] [ 59 ] [ 60 ] [ 61 ] [ 62 ] [ 63 ] [ 64 ] [ 65 ] [ 66 ] [ 67 ] [ 68 ] [ 69 ] [ 70 ] [ 71 ] [ 72 ] [ 73 ] [ 74 ] [ 75 ] [ 76 ] [ 77 ]

Читать также в данной категории: