Рассказ №0279 (страница 17)

     Наутро, когда развязанный Евгений отвез хозяйку в туалет, его ждал сюрприз.
     - Наши наказания вчерашним днем не ограничиваются. Тебя ждет совершенно особая клизма: - Влада натянула перчатки и приступила к операции. Лежавшему на полу Евгению в задний проход был вставлен тонкий шланг; небольшая жесткая пробка закрыла само отверстие. Второй конец тонкого провода госпожа вставила в свой мочевой канал, и вскоре темная влага под напором понеслась в Евгения. Жжение внутри было поистине мучительным, а госпожа, облегчаясь, получала великое удовольствие. Этот эксперимент мог бы привести к серьезным последствиям, но Влада не забыла о рабе и, как только его кишечник освободился от ее мочи, поставила уже обычную клизму для промывания внутренностей. Затем поблагодаривший госпожу Евгений отправился готовить завтрак.
     Теперь его наказывали ежедневно, но в основном легко; за ним числились только мелкие провинности, но ни одну из них Влада не забывала. Нескольких ударов линейкой, лишения завтрака или ужина, нескольких кругов по квартире с госпожой на спине вполне хватало рабу - чтобы не чувствовать себя обойденным и госпоже - чтобы не утрачивать нового удовольствия.
     Только раз Влада придумала кое-что новое - когда раб сверх положенного задержался в магазине; сломался кассовый аппарат, и пришлось долго ждать. Извинений и сетований хозяйка, разумеется, не приняла: она действительно начала нервничать в ожидании. Пришлось за это всерьез расплачиваться.
     Влада извлекла два фаллоимитатора, которыми пользовалась сама, позволила рабу вылизать их, затем вогнала ему в задний проход. Хотя анус Евгения был достаточно растянут самыми разными способами, сейчас ему пришлось плохо (если бы не кляп, раб не сумел бы сдержать крика). Одновременное пребывание в узкой дырочке двух объемных стержней причиняло мучения. А Влада между тем уселась у него на спине, удерживая искусственные члены на месте, и приказала проехать по комнате туда и обратно. Евгений исполнил роль послушной лошадки, но каждый шаг мог оказаться последним. Когда Влада извлекла орудия пытки из его задницы, на одном из них была кровь. Евгений, обессилев, упал на пол. Сейчас он не думал о своем поручении - боль отнимала все силы.
     Хозяйка прониклась своей ролью и позаботилась о рабе. Две больших клизмы с лекарственным раствором сняли часть болевых ощущений, и Евгению было позволено отдохнуть. Впрочем, через пару часов он уже занимался купанием госпожи. Влада требовала, чтобы он совершал тщательное омовение и массаж ее тела дважды в день. После этого Евгений пользовался ванной сам. Кроме того, госпожа иногда прибегала к услугам его члена, оседлав лежащего на полу раба, после чего ей снова требовалось подмываться.
     Объем работ, таким образом, не уменьшался, а все увеличивался, поскольку Влада входила во вкус. Евгений, считая свою задачу исполненной, дожидался приезда Иры. И вот этот день настал; хозяйка сообщила, что ей придется с ним расстаться. Влада даже поцеловала Евгения в щеку, чего ни разу не делала. Евгений униженно поблагодарил ее за все, но в ответ получил:
     - Я считаю, как и твоя хозяйка, что ты здесь хорошо поработал и проявил настоящие достоинства. Теперь с муженьком мне будет управиться гораздо легче. И интереснее: Ведь уже скоро:
     Влада погладила свой живот, а Евгений, стоя на коленях, покрыл его поцелуями. В этой позе их и застали посетители. На пороге стояла Мэм-саиб в простом коричневом платье и Евгений, пораженный, не обратил поначалу должного внимания на ее спутника. А следовало бы: Просторный плащ с капюшоном скрывал того, кто навсегда сменит Евгения у ног этой женщины. Когда Мэм-саиб сняла этот покров, стало очевидно, что заведение, в котором находился муж Влады, было гораздо строже пансиона доктора Радек.
     Голову мужчины скрывал глухой кожаный чехол, туго затянутый ремнем на шее. Тело покрывали свежие шрамы; на проколотых грудях и на члене висели свинцовые гирьки немалых размеров; "пояс верности" был затянут настолько туго, что кожа вокруг него собралась складками. Раб был бос; ноги и руки скованы. Мэм-саиб дернула за крепившуюся к наручникам цепь, и мужчина рухнул на пол. Женщина тут же пояснила Владе:
     - Он прошел самые жесткий курс тренировок, как вы того и пожелали. Ежедневно следует наказывать его; но отказ от наказаний и пренебрежение выступают как сильнейшее наказание и также приносят ему счастье. В рацион раба постоянно должны входить ваши испражнения. Его задница крайне чувствительна; кончает от нескольких прикосновений к ней. Гирьки также могут крепиться к мочкам ушей и губам; вес стоит увеличивать. Разумеется, вышколен для всех форм использования. Тренирован получать удовольствие и кончать, если вы позволите ему посмотреть на ваше лицо и разрешите кончить. Если потребуются какие-то рекомендации, звоните непременно.
     Мэм-саиб протянула Владе карточку.
     - А Евгения я забираю. Он и так у вас задержался. Знаю, что не зря: Но ему пора к хозяйке: - И, не став продевать процедуру, прощания, вышла, оставив Владу с ее новым рабом.
     В машине она молчала; Евгений несколько нервничал, особенно когда свернули со знакомой дороги и после утомительных блужданий подъехали наконец к коттеджу Мэм-саиб. Навстречу вышла Ивонна, поклонившаяся хозяйке и насмешливо поглядевшая на пассажира. В холле госпожа прервала затянувшуюся паузу:
     - У Влады ты добился значительных успехов; последние разговоры с ней убедили меня, что она готова принять самого тренированного раба и уделит ему достаточно внимания, не забыв и о своих удовольствиях. Этот успех убедил кое в чем и Иру: В общем, поговори с ней сам.
     Ира спустилась сверху, вертя в руке бокал с вином. Евгений поцеловал ее обувь, но не мог не отметить, с какой рассеянностью она приняла приветствие раба. Мысли хозяйки были заняты чем-то другим. Она не сразу решилась заговорить:
     - Постараюсь покороче - так будет гораздо легче. После того, как ты достиг столь высокого уровня, я сочла, что больше не могу быть твоей хозяйкой и дальнейшим устройством твоей судьбы твоей судьбы должна заняться более опытная госпожа, которой потребуются твои таланты и с которой вы достигнете наибольшего взаимопонимания. Ведь связь между нами, основанная на интеллектуальном интересе, порядком поистерлась. Обоим нужны новые впечатления. Да и задумывалось это как нечто временное:
     Евгений не получил позволения говорить; в противном случае он не удержался бы от какой-нибудь глупости. А ведь в глубине души раб совершенно принимал правоту мнения госпожи: дело действительно обстояло так, как сказала Ира. И ему приходила в голову только одна хозяйка: Это Ира знала и сама:
     - Мэм-саиб снизошла до того, что согласилась заняться устройством твоей судьбы. За это ты должен быть ей навечно благодарен. Так оно, наверное, и есть. Я уже передала ей твои документы. Осталось только подписать контракт.
     Она позволила ему встать и вручила текст, в котором всю власть над жизнью и условиями своего существования Евгений вручал в руки новой хозяйки; настоящее имя ее нигде не упоминалось - только тот псевдоним, которым он и сам всегда называл ее. Подпись Евгений поставил не раздумывая: стандартный контракт был исполнением воли хозяйки и отказ от него равносилен смерти. Кроме того, документ предназначался только для внесения в компьютерный банк данных (его обширность Евгения давно удивляла). Теперь он превращался в собственность Мэм-саиб: Но его новая хозяйка еще не проставила свою подпись.
     Ира передала ей бумагу, дождавшись росчерка пера, и еще раз взглянула на Евгения:
     - Не будем прощаться - должно быть еще встретимся. К тому же я не люблю подобных церемоний. Если будет воля твоей новой госпожи, сможешь меня увидеть. А сейчас - дела зовут:
     Она чмокнула в щеку Мэм-саиб и удалилась не оборачиваясь. Евгений не смел смотреть ей вслед; он страдал из-за такого прощания, но понял, что оно является условием игры, которое не им придумано и не им будет отменено. Теперь он принадлежит другой женщине, а та, прежняя, разрывает связь с ним, даже если не уходит навеки из его жизни. Они с Ирой многое дали друг другу и по-настоящему сблизились. Но настали другие времена:
     Окрик Мэм-саиб вывел его из состояния грустной задумчивости:
     - Размечтался! Твои успехи никак не отменяют необходимости строго следить за собой, за своими поступками и послушанием. Тобой нет нужды заниматься особо; но знаешь сам, насколько тяжела может быть моя власть. Ты о ней мечтал, не так ли?
     Евгений кивнул.
     - И даже возбуждался от этого? - Снова нерешительный кивок. - Ты ожидал того момента, когда жестоко наказывать тебя будет не минутной прихотью, но моим неотъемлемым правом? Когда я буду на законном основании контролировать каждый твой шаг? И, наверное, ты даже кончал от этого? - Она не дожидалась ответа: - Сколько в тебе древней мужской похоти и грязи, маленький мерзавец! И все же ты мне очень дорог: Запомни: кончать в этом доме ты будешь только по моему приказу! А теперь иди в свою прежнюю комнату и переоденься!
     Евгений поклонился и направился туда, где рядом с Ниной провел столько ночей. Но комната опустела: ничто не напоминало о присутствии белокурой рабыни, кроме той самой широкой кровати и шкафа, внутри которого еще лежало ее белье. На кровати аккуратно разложили новый костюм Евгения: тугие нейлоновые трусики, тонкая комбинация и простенький короткий халат. Когда он подумал, что это белье отбирала сама Мэм-саиб, то ощутил небывалое возбуждение. Власть женщины над ним сохранилась; теперь он приблизился к той, о которой мечтал, и почти достиг своего пика.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ]

Читать также в данной категории: