Рассказ №2213

     Я давно уже играю со своей женой в эти игры. Я знаю ее без малого пять лет, из них почти год мы женаты. И всегда ее больше всего возбуждала порка перед занятиями сексом.
     А сегодня особенный день. Из клуба садомазохистов, где мы с ней давно состоим (собственно, там мы и познакомились) наконец-то прибыл мой заказ: передвижное устройство весом в пару центнеров, которое я по первому впечатлению сразу же окрестил дыбой. На самом же деле это вполне безобидное на вид приспособление, напоминающее гладильную доску, фиксирующуюся с помощью рычагов под любым углом и обитую мягкой тканью. В верхней ее части находился стальной ошейник, защелкивающийся на ключ. Поперек доски расположена еще одна, поменьше, на ее окончаниях были такие же, только поменьше, и закрывались они без ключа. Металл на их внутренних поверхностях был обложен мягкой резиной. Маленькие зажимы для рук могли перемещаться взад-вперед и фиксироваться в любом положении, что сулило большие перспективы в будущем. Внизу дыбы были неподвижные зажимы для ног.
     Ребята из клуба помогли мне установить дыбу в нашей спальне, пожелали приятного вечера и ушли. Я остался один. Лариса пока не пришла. По всей видимости, она собиралась сегодня провиниться , чтобы дать мне повод наказать ее. Она и не знала, какой сюрприз ожидает ее дома, потому что заказ я сделал втайне от нее.
     Пользуясь случаем, я проверил на собственных руках и ногах все зажимы и убедился, что они прекрасно работают. Чтобы придать нашей комнате романтично-мазохистский вид, я погасил верхний свет, включил оранжевый абажур и отрегулировал яркость, чтобы дыбу окутывал полумрак. Затем расстелил нашу огромную кровать, положил свежую простыню, а поверх одеяла бросил тонкий кожаный ремешок. Я не использовал его все лето: по уговору, в жаркие летние дни я обрабатывал только попку моей благоверной, поскольку она обожала щеголять в платьях с обнаженной спиной и открытыми плечами. Сейчас же на дворе был октябрь и, похоже, дожди зарядили надолго.
     Но вот скрежет ключа в замке. Я взглянул на часы - почти полночь - и остался сидеть в спальне. Высокие каблучки торопливо процокали сначала к вешалке, потом на кухне, наконец по винтовой лестнице на второй этаж.
     - Милый, ты дома?
     Я молчал. Лариса прошла мимо двери в гостиную. Я осторожно вышел из спальни и осторожно прикрыл за собой дверь, но жена все равно услышала. Обернувшись, она бросилась мне на шею и крепко поцеловала.
     - Привет!
     Наши языки соприкоснулись, но я не дал поцелую зайти слишком далеко.
     - Где ты была?
     - В гостях.
     - Не предупредив меня?
     Лариса потупила свои прелестные глазки.
     - Извини...
     И это все? Маловато для хорошей порки, да еще на новой дыбе.
     Думаю, сейчас самое время сделать небольшое лирическое отступление и рассказать о некоторых неписаных правилах, которых надлежит придерживаться в этом доме.
     1. Наказания без вины не бывает (Глеб Жеглов, Место встречи изменить нельзя ). Вина должна быть явной и бесспорной.
     2. Степень наказания определяется степенью вины.
     3. Степень вины определяется мною.
     4. Лариса имеет право:
      а. Отложить наказание на период от одного до семи дней;
      б. Предложить заменить наказание потрясающим сексом с выполнением любого моего желания, не связанного с насилием и унижением;
      в. Оказывать сопротивление перед поркой;
     5. Я оставляю за собой право принять окончательное решение.
     6. В рамках вышеуказанных правил я могу вносить небольшие изменения в процесс наказания.
     7. Все, что происходит в этом доме, делается только с обоюдного согласия и никого, кроме нас, не касается. Ключевое слово, после произнесения которого игра прекращается -- Дездемона.
     8. Все эти правила теряют силу при явных доказательствах моей супружеской неверности.
     Лариса явно сегодня была настроена поиграть, но не сумела достаточно провиниться, чтобы заслужить хорошую порку. В таком случае она начинала провоцировать меня. Я решил подыграть ей: в недостатке фантазии ее никак нельзя было обвинить.
     - Не ходи в спальню, - сказал я ей как можно естественней, - Я схожу в душ, а потом мы зайдем туда вместе. Я приготовил тебе сюрприз.
     - Как скажешь, милый, - проворковала Лариса, стягивая блузку. Под ней ничего не было. Хороши гости...
     Горячие струи приятно обволокли мое тело. Я старался поддерживать хорошую форму, и приятно было лишний раз взглянуть на себя в зеркало. Я рассматривал себя словно со стороны - мощный безволосый торс с выпуклыми бицепсами, плоский живот, прямая спина - пока не почувствовал эрекцию. Мой предмет заслуженной гордости, достигающий в полной боевой готовность двадцать пять сантиметров в длину и почти пять в окружности, стал медленно распрямляться, и я начал думать о Ларисе. Она у меня просто конфетка. Многолетние занятия гимнастикой не прошли даром: ее тело обладает потрясающей гибкостью, и в первые месяцы нашего знакомства она просто сводила меня с ума в постели, принимая самые невероятные позы. У нее длинные пышные каштановые волосы, зеленовато-карие глаза, чувственный ротик с полными, капризно надутыми губками, сногсшибательная высокая грудь с немного асимметричными сосками, вызывающе торчащими в разные стороны, изящная спина с отлично развитыми мышцами, упругая попка и восхитительные длинные ножки. О, боже...
     Я обхватил член рукой, прикрыл глаза, но минуты сладких грез не состоялись из-за хлынувшего на меня потока ледяной воды. От сильнейшего спазма у меня перехватило дыхание, и из горла вырвался только нечленораздельный хрип. Отдернув занавеску, я успел увидеть развевающиеся полы цветастого халата Ларисы. Его обладательница выскочила из ванной, захлопнув за собой дверь.
     - Вот я до тебя сейчас доберусь! - прорычал я. Одев трусы и наскоро вытершись, я закрыл воду и подергал дверь ванной. Разумеется, заперто. Если ее сейчас выломать, наказание будет серьезным. Лариса определенно меня на это провоцирует, ведь иначе выйти из ванной нельзя.
     За дверью послышался шорох. Ага, эта чертовка здесь! Значит, сейчас будем торговаться.
     - Лариса! - Что, милый? - Ты виновата. - Я знаю. - Ты выпускаешь меня, и ограничиваемся десятью ударами. Тут же погас свет. Я инстинктивно закрыл глаза. - Или же я выламываю дверь, и мы вместе дойдем до сотни. Ни звука. Но она рядом. Я немного выждал, после чего налег плечом на дверь. Силы мне не занимать, не зря еще в школе увлекся культуризмом. Дерево заскрипело. - Я открываю, и сходимся на пятидесяти, - донеслось из-за двери. Я немного ослабил напор. - Семьдесят пять и тем, чем выберу я. Сошлись на шестидесяти. Щелкнула задвижка. Лариса стояла на пороге ванной. Халат лежал у ее ног. На ней были только тонкие черные трусики и такой же лифчик. Глазки проказливо смотрели на меня. Я вышел и взял ее за руку. - Ты плохая девочка и сегодня очень плохо вела себя, - сказал я, прижимая ее теплое податливое тело к себе. Она глубоко вздохнула. - Ты будешь наказана. Она не сопротивлялась. Взяв ее за руку, я прошел вместе с ней в спальню. При виде дыбы ее глаза расширились, и она сделала шаг назад, но я, легко преодолев сопротивление, бросил ее на кровать, после чего запер дверь на ключ и положил его на полку. - Раздевайся, - коротко бросил я. Лариса с непритворным ужасом рассматривала стальное чудовище. Я тем временем решил не отказывать себе в дополнительном удовольствии и достал с верхней полки свой любимый крученый хлыст длиной шестьдесят пять сантиметров и несколько раз со свистом рассек им воздух.
     Жена все еще лежала на кровати, не отрывая взгляд от дыбы. - Помочь? Это будет стоить еще пять ударов. Она покачала головой и, словно в замедленной стойки, встала. Даже пребывая в полустрессовом состоянии, Лариса не забывала играть: встав перед абажуром в озерцо теплого оранжевого цвета, она грациозно стянула с себя трусики, наклонившись, не сгибая колен, опустила их на пол и переступила через них. Затем завела руки за спину и скинула лифчик. Обхватив себя руками, посмотрела на меня затравленным взглядом. Я неумолимо показал хлыстом на дыбу. - Ложись. Она подчинилась, и я зафиксировал ее голову в ошейнике. Развел руки и по очереди пристегнул их. В последнюю очередь зажал ноги. - Удобно? - Голове жестковато. - Принести подушку? - Просто так? - Еще чего! Пять ударов. Лариса вздохнула, и по всему ее восхитительному молодому телу пробежала сладкая дрожь. - Хорошо. - Итого шестьдесят пять. Я принес ей подушку и подложил под голову. Затем еще раз проверил запоры. Все было в порядке. Наклонившись, я поцеловал ее в губы. Она ответила. - Можешь не сдерживать себя, - сказал я. Это означало, что дополнительного наказания за крики не последует. - Ты тоже... - прошептала она. Я поднес хлыст к ее губам. Это было неотъемлемой частью ритуала. Она поцеловала жесткую резину. Я отрегулировал абажур, чтобы он ярко освещал место наказания, немного изменил угол наклона ее тела, включил видеокамеру в серванте и отступил в тень. Лариса ждала. Я мог ударить ее в любой момент, и она это знала, но видеть меня не могла. Мышцы на ее руках судорожно подергивались, пальцы сжимались и разжимались.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также в данной категории: