 |
 |
 |  | Его член, тоже застыл в ожидании, немного спал в размерах, но отдыхать не собирался. Не меняя темы, я принялась фантазировать на тему двух мужчин партнеров в сексе. Рассказывая свои фантазии, я почувствовала, как моя пещерка увлажнилась до предела и жаждала член, который, слушая мой рассказ, вернулся в первоначальное боевое состояние. Дослушав мою фантазию, Виталька молча повернул меня на живот и вошел в мою разгоряченную киску и ритмично заработал своим поршнем, я чувствовала затылком его горячее дыхание, а все тело как бы пронизывали тоненькие иголочки. Финиш был бурным, моя спина и попка была обильно орошена спермой и в конце мы слились в долгом и нежном поцелуе. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сергей Петрович подошел к доске и привычно начал "изложение нового материала". Стук мела о доску, его голос и сдержанная возня учеников. Преподавать в 9 "а" было приятно, ребята способные. Когда решали задачу самостоятельно, прошелся между рядами к своему столу и вдруг обратил внимание, что одна из учениц, Юля Лебедева, остановила взгляд на его одежде, просто уставилась на молнию его брюк.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Дотащил я маманю до кровати, положил поперёк, и собрался было уже закидывать ноги на кровать, но тут увидел её голую пи*ду. Маманя оказывается была без трусов, да ещё расшиперилась, так что аж вся ман*ень её расшиперилась. Я от увиденного чуть слюной не подавился. Сразу полез её щупать, а мамане пофигу, лежит на спине и уже вовсю похрапывает. Ну тогда я вообще обнаглел и раздевшись полез её е*ать, правда с первого раза ничего не получилось. Я кончил пока х*й засовывал в её в пи*ду. Я даже не понял толком ничего только почувствовал, что спускаю мо*офью мамане на лохмашку. А маманя продолжает спать как ни в чем не бывало. Тогда я её повернул на живот, и стал е*ать сзади до победного конца пока не кончил второй раз ей прямо в пи*ду. Во Виталя кайф был!" |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я надел трусы, брюки, накинул рубашку, и вышел на кухню. Ольга вышла почти следом, надев на себя домашний халатик чуть ниже колен. Одела она что-нибудь еще, я не видел. Она включила свет, поставила на плиту чайник. Он быстро вскипел, видимо не успев толком остыть после ухода Ольгиной мамы. Мы выпили по чашке чая с печеньем, и я пошел к выходу, Ольга пошла проводить меня. В темноте терраски я снова обнял ее и впился в ее губы. Она начала жарко отвечать мне. Раздвинув полы ее халата, я просунул руку и приложил к ее промежности, она была без трусиков. Я развернул ее спиной к себе, расстегнул полностью халат, и одной рукой стал играть с ее клитором и влагалищем, а другой стал мять груди и соски. Она потянулась лицом ко мне, и мы стали целоваться. Через пару минут она вскрикнула, немного обмякла. Я почувствовал, как по ее внутренней стороне бедра потекли ее соки. |  |  |
| |
|
Рассказ №0123
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 12/04/2002
Прочитано раз: 53133 (за неделю: 10)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Слушая вольное журчание вливавшейся внутрь Антуанетты воды, доктор Жозеф не торопясь рассматривал юное тело, открытое его глазам - девственное лоно, еще сомкнутое подобно створкам раковины-жемчужницы, круглые молочно-белые ягодицы, словно выточенные из караррского мрамора, нежные ямочки на пояснице и ровную линию позвоночника, переходившего в тонкую шею, скрывавшуюся под густой волной каштановых волос...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Роальду Далу, с почтением...
Сказать, что погода в Париже в октябре 1787 года был отвратительна - означало польстить ей также грубо, как сказать старой шлюхе, попавшей в Бисетр, что у нее внешность юной девы.
По крайней мере, доктор Жозеф, как его называли пациенты, был в этом уверен.
Карета, которую за ним прислали в этот вечер, постоянно застревала в раскисшей грязи, кучеру приходилось немилосердно нахлестывать лошадей, чтобы продолжать двигаться вперед, а ливень, с яростью грохотавший по крыше, грозил ворваться внутрь, словно банда безжалостных разбойников.
И еще доктор думал, что если бы не большие карие глаза молоденькой служанки, приехавшей за ним, и сейчас, при каждом рывке кареты, с ойканьем валившейся к нему на колени, - черта с два он выбрался бы из дома в такой мерзкий, дождливый и поздний вечер.
Наконец карета остановилась. Доктор Жозеф с некоторым усилием втащил свое массивное тело по мокрым ступеням.
Служанка уже взбегала по лестнице с криками... - Госпожа баронесса!... Доктор, доктор приехал!..
Захлопали двери, замерцали свечи и навстречу доктору Жозефу, в развевающемся пеньюаре с декольте, способным вместить весь Пале-Рояль, поспешила моложавая, но уже начинающая полнеть, дама.
- Доктор!.. Какое счастье!.. Скорее!.. Такой ливень!... Моя дочь!...Бедная Антуанетта! Она так страдает!.. Только вы! ... Бал через три дня!... Его Величество...
Доктор с раздражением огляделся. Наконец кто-то из лакеев принял от него шляпу и помог снять плащ.
- Где больная? - раздражение доктора приобретало все более угрожающий размер.
Он начинал сожалеть, что поддался чарам глаз горничной и отправился сюда.
Наверняка у девицы вскочил перед балом прыщик на лбу и от этого у нее истерика, подумал доктор...
- Да, да... идите за мной ... Мари, беги наверх, скажи Антуанетте - доктор приехал!..
Слегка косолапя и сопя, доктор Жозеф поднялся по лестнице и вошел в тускло освещенную свечами комнату.
На постели, под балдахином, до глаз закрывшись периной, лежала девушка. Ее длинные темно-каштановые волосы, слегка прикрытые ночным чепцом, в беспорядке разметались по подушке...
Доктор сел в жалобно заскрипевшее под его тяжестью кресло.
-Ну, рассказывайте ... - обратился он к баронессе.
-Вы знаете, доктор - сначала - все было прекрасно... - Его Величество каждый день устраивает балы, чтобы отвлечь супругу от грустных мыслей... Моя Антуанетта...ей пятнадцать... она нарасхват - всю неделю... - Так веселилась... Танцы... - Она танцует, как фея... Его Величество... Ведь она - тезка Ее Величества... - И вдруг вчера после бала ей стало дурно, она лежит, ничего не ест и, знаете доктор, мне неловко это говорить - стоит ей немножко выпить воды, как она тут же ...
-Ее рвет? - спросил доктор Жозеф.
-Нет... вода... выливается снизу... - И ей очень плохо, доктор...
Слабый, жалобный стон, донесшейся с подушки, свидетельствовал о том же.
Вздохнув, доктор освободился из плена мягкого кресла и подошел к постели.
-Снимите - это, - сказал он, - показывая на перину.
Бойкая Мари, подскочив к кровати, сдернула с больной покрывало.
Под большим количеством кружев с трудом угадывались очертания девичеcкого тела...
Тонкие руки, вздрагивая, стягивали у горла ворот рубашки.
Доктор грузно опустился на край постели, и посмотрел на пациентку.
У девушки были правильные, приятные, лишенные фарфоровой кукольности черты. Большие темно-вишневые глаза на бледном лице были затуманены дымкой страдания.
На тонкой шейке матово мерцала испарина.
Распустив узелок шнуровки, доктор отодвинул мешавшие девичьи руки и раскрыв рубашку, обнаружил две небольшие нежно-трогательные груди.
Наклонив голову, он приложил ухо и сквозь отчаянный стук сердца услышал ровное и чистое дыхание.
-Нет, здесь все, слава Богу, в порядке, - вздохнул доктор Жозеф с некоторым облегчением. - Посмотрим ниже...
Доктор провел рукой по рубашке, там, где под кружевами предполагался живот. Живот был твердый как камень и бугристый, как мешок набитый репой.
-Однако, - подумал доктор Жозеф, - похоже, что она не опорожнялась дней пять, не меньше, и каловые массы давят на мочевой пузырь...
-Ну, вот и разгадка, - усмехнувшись, доктор посмотрел на девушку.
-Все будет хорошо, мадемуазель, - пробасил он, - будете еще танцевать на балах...
И обращаясь к баронессе, распорядился... - Прикажите принести еще свечей и нагреть побольше воды.
Баронесса прошуршала пеньюаром за дверь.
-А ты, - доктор ткнул пальцем в Мари, - Дай мне мою сумку и раздень больную.
С подушки раздался протестующий писк...
Мари замерла в нерешительности.
Тогда доктор Жозеф издал свое знаменитое гневное рычание, которому позавидовали бы медведи в далекой России.
Это рычание ясно говорило, что если сейчас же, немедленно, все в этом доме не начнут выполнять приказания доктора, то...Что последует за этим "то..." представлять никому в комнате не хотелось...
Переложив докторскую сумку поближе к постели, Мари потянула через голову больной ее рубашку. Глазам доктора постепенно предстали тонкие, но хорошо сформированные ноги, покрытый темными кудряшками треугольник между узких бедер, живот с аккуратной точкой пупка, уже знакомые доктору Жозефу грудки и, наконец, из-под рубашки вынырнуло покрасневшее от смущения лицо юной пациентки, которая пыталась руками закрыть свои прелести, напомнив доктору старую картину, которую он видел во время поездки в Италию. На этой, восхитившей его картине, волны несли к берегу раковину с новорожденной Венерой, целомудренно прикрывавшей руками грудь и лоно.
Внесли свечи и в комнате стало светлее.
- Ну-ка, повернитесь на бок, мадемуазель, - приказал вздрагивающей девушке доктор Жозеф, капнув на палец оливкового масла из склянки.
Антуанетта подчинилась и теперь доктору были видны гладкая спина, покрытая нежным пушком, маленькие округлые ягодицы и тонкая шейка с прилипшими прядками темных волос.
- Мари, - доктор взглядом отыскал кареглазую горничную, - придержи ей ноги...
Когда Мари, взявшись за щиколотки, плотно прижала ноги Антуанетты к постели, доктор Жозеф левой рукой развел ягодицы пациентки и всунул указательный палец в крохотное отверстие.
Девушка вскрикнула, и попыталась брыкнуть доктора, но, к его счастью, Мари держала крепко.
- Не дергайтесь! - рявкнул доктор Жозеф, сердито сопя, - он чуть не сломал ноготь, ткнув в плотную окаменелую массу, заполнявшую прямую кишку.
Антуанетта тихонько всхлипнула...
В этот момент в комнате появилась еще одна горничная, принесшая большой кувшин с теплой водой.
Раскрыв рот, она уставилась на голую хозяйку и сидящего на постели доктора, со свирепым видом рассматривавшего свой палец.
С удовлетворением доктор отметил, что ноготь не пострадал, под ним лишь появилась темная полоска.
- Принеси мне какую-нибудь миску, - приказал он служанке, и полез в свою сумку.
Служанку будто ветром сдуло, а доктор наконец вытащил из сумки подходящую ложку-кюретку.
- Вот, что, мадемуазель, - сказал он, обращаясь к лежащей девушке, - будете брыкаться, я велю вас связать... Поэтому лежите спокойно. Больно не будет... а стыдливость вы лучше приберегите для будущего жениха... Договорились?..
Антуанетта, лежавшая лицом к стене, тихонько качнула головой. При желании это можно было расценить как согласие.
Вошедшая горничная протянула доктору фаянсовую мисочку.
Доктор поставил ее себе на колени и хмыкнул - на дне мисочки был нарисован пастушок, подглядывавший за присевшей в кустах по малой нужде пастушкой...
- Мари!.. Подойди-ка сюда, - позвал доктор Жозеф, и смышленая горничная, отпустив ноги хозяйки, встала рядом.
- Сейчас ты двумя руками широко раскроешь этот зад, - Мари хихикнула. - И будешь держать, пока я не скажу. И вот еще что - достань ночную вазу...
- А вы, мадемуазель, лежите спокойно и думайте о приятном...
Доктор Жозеф капнул на согревшуюся в руке кюретку масло и растер его.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 75%)
|