 |
| |
| | "Или хочешь получать от нас ежедневно пизды?" - вскричала Вика, замахнувшись кулаком для удара. "Нет, пожалуйста, не бей, я буду твоей рабыней!" - пропищала я. Почувствовав мою слабость, Вика пнула меня и сказала... "Не только моей, а всех девчонок! И чтоб обращалась на Вы ко мне и не иначе, как "Госпожа" , поняла, хуесоска?" | | |
| |
|
| |
| | Однажды после окончания занятий, я вернулась в общагу и вошла в свою комнату. Вали не было и на столе лежала записка. Я взяла её и прочитала: "Света, прости меня за тот случай, не держи зла. Я уезжаю. Выхожу замуж. У тебя всё будет хорошо. " Интересно, а сама она верила в то пожелание, которое мне написала? Ведь она всё про меня знала. И жалела. Она что, не понимала, что мне её жалость до одного места. И извинения её мне не нужны. Наши кровати были почти рядом, и я безумно хотела, чтобы она меня трахала. Хотя бы периодически. Но она этого не делала и тем самым меня только мучила. Ведь она знала что мне от неё нужно. Не развалилась бы. А теперь уехала и даже не простилась. Ну и пусть засунет свою жалость себе в одно место. Я окинула взглядом аккуратно заправленную постель и проверила шкаф. Да, в нём оставались только мои вещи. Я опустилась на её кровать и горько заплакала. В тот же вечер парни с моего курса пригласили меня на вечеринку, но я никуда не пошла и осталась в своей комнате. Я сидела и зубрила фармакологию, когда в дверь настойчиво постучали. Я подошла и открыла. В комнату ввалилась Ирина, моя одногруппница и бесцеремонно уселась на мою кровать. Я стояла и молча смотрела на неё. | | |
| |
|
| |
| | Приятный массаж продолжался не мене часа. И Лерочке даже стало чуть одиноко, когда умелые руки оставили на мгновение её расслабленное тельце. В концовке парень провел обеими ладонями по плечам, спине, гибкой талии, спускаясь по ягодичкам, он сместился по вытянутым ножкам до самых ступней, как бы напоследок снимая с неё весь негатив. Тут он объявил, что процедура закончена, и удалился в душевую, которая располагалась за стенкой, чтобы отмыть руки от геля. Подождав, когда он вернётся, Лера поднялась, и села развалившись на старом диване. Ее немного шатало, и она уже не смущалась своего наставника. Бросив опустошённый и растерянный взгляд на Александра, она поблагодарила его за предоставленные услуги. Замотавшись в простынку, она взяла сарафанчик, приоткрыла дверь, и убедившись, что в коридоре ни кого нет, быстро шмыгнула в душевую кабинку. От горячей струи её тело окончательно обомлело, и она с нетерпением ждала, когда вернётся домой. | | |
| |
|
| |
| | Повернув голову я краем глаза успел заметить, что Таня выпрямлялась только что вынырнув из под стола, где видимо делала миньет Вите. Скорее всего она оттуда и начала свою фразу. | | |
| |
|
Рассказ №23976 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 24/03/2021
Прочитано раз: 33706 (за неделю: 7)
Рейтинг: 44% (за неделю: 0%)
Цитата: "Игорю пришлось дождаться, когда к нему вернётся дар речи. Он был, словно, в прострации, и не верил в то, что слышал. Слова матери будили в нём тайные сокровенные мысли и желания, но разум брал вверх. Великий грех возлечь на любовном ложе со своей матерью! И то, что она так красива и ладна, - это было его крестом, душевной борьбой похоти с разумом, которую он вёл в самом себе, внутри себя, с самого своего возращения с похода. И, которую, конечно, тщательно скрывал от матери. О чём не решался сказать на исповеди даже священнику...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Она смотрела на сына сверху вниз, и но, вдруг потупившись, как-то стыдливо опустила глаза в пол.
- Сын. . Ты хочешь, чтобы твоя мать возлегла с тобой в твою постель? , - прошептала мама, сбиваясь с голоса.
Игорь ничего не понимал. Но было что-то странное в голосе и в этом поведении матери.
-Да, мам, - просто сказал он, пожимая плечами, - а ты против?
На миг мать подняла глаза. В них таилась какая-то непонятная горесть и злость.
- Нет, сынок. . Ты глава семьи. . Разве смею я перечить тебе? , - вздохнула мама, снова с какой-то едва заметной злостью, - я чувствовала, что рано или поздно ты этого захочешь.
Игорь оторопело смотрел на неё.
- Мама. . Что ты?
- Что мама? , - насмешливо спросила мать, - это уж тебе решать, - снимать мне трусики или нет? Перед тем, как лечь с тобой. . Тебе решать, кем я должна прийти в твою постель, - матерью или женой...
И, словно, в подтверждение своих слов, она поддела руками подол своего праздничного сарафана и медленно потянула его вверх, обнажая стройные ножки и бёдра, пока не показался краешек ажурных греческих (на Руси таких не ткали, и греческие купцы торговали ими за огромные деньги) беленьких трусиков.
Игоря бросило в жар. Ни бельмеса он не мог понять, что это происходит с матерью? Господи, лишку что ли она выпила сегодня или шутит так? Но он не мог, против воли, оторвать глаз от её стройных белокожих ножек, его манила белизна маминых ажурных греческих трусиков. В горле стало сухо, он чувствовал, как напрягается и каменеет его член.
- Матушка, - еле выдавил он из себя, - господи, да что ты делаешь? Что с тобой? Я не понимаю тебя. . Не стыдно перед сыном?
Это вырвалось само собой. Потому, что возбуждение уже начало дурманить ему голову. Глаза матери потемнели, она смотрела на него с каким-то вызовом:
- Ты глава семьи. . Ты многое сделал для нас, для меня, для девочек. Старейшины не разрешат тебе брать жену, пока ты не поднимешь на ноги девочек. . Наложницу ты сам не захотел брать. А ты молод, горяч... , - глухо говорила мать, опустив голову, - Я всё понимаю, мой мальчик. Я тебя не веню. . Ты не обидишь меня. Думаешь, я не замечаю твои взоры на себе, и не чувствую, как ты воспламеняешься, когда мы вдвоём в бане? Я всё пойму, сын. Это часть моего материнского долга. . Я должна быть и буду покорной и послушной твоим желаниям. . Ты вправе распоряжаться мной, - ты глава семьи, - тебе и решать. .
Игорю пришлось дождаться, когда к нему вернётся дар речи. Он был, словно, в прострации, и не верил в то, что слышал. Слова матери будили в нём тайные сокровенные мысли и желания, но разум брал вверх. Великий грех возлечь на любовном ложе со своей матерью! И то, что она так красива и ладна, - это было его крестом, душевной борьбой похоти с разумом, которую он вёл в самом себе, внутри себя, с самого своего возращения с похода. И, которую, конечно, тщательно скрывал от матери. О чём не решался сказать на исповеди даже священнику.
Он кашлянул, в горле стоял ком.
- Мам. . Господи. . Что ты. . Да я же имел ввиду совсем другое. . Яромирово семейство где разместить-то всё в доме, а? Вот я и. . я только из-за этого, мам. .
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 41%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 0%)
|
