 |
| |
| | Вот я сначала просто поглаживаю их через лифчик и страстно целую её губы, шею. Но через пару минут я перестал её целовать, а прижал посильнее к стенке, поднял её кофточку, стянул лифчик и принялся целовать её грудь, одновременно лаская её попку. Вот я уже вижу, что ёе соски начинают набухать, и я начинаю лизать и посасывать её соски. Ей это как потом она сказала, принесло массу удовольствий. Вот её соски уже торчат, меня это ещё сильнее возбуждает, но я чувствую, что пора уже заканчивать наши развлечения и кончать. Я прошу её, сделать мне минет, но она отказывается, так как мало ли может учитель зайти сюда. Тогда она согласилась подрочить моим членом. Вот я закрываю её грудь кофточкой, расстегиваю штаны, спускаю их, она видит мой член впервые, и ей он понравился, но есть проблема. Она не знает, как дрочить им. Тогда я беру её руку в свою ложу на мой член и показываю, как пацаны дрочат. Теперь я убираю свою руку, начинаю её целовать и ласкать, а она тем временем дрочит моим членом. Вот её рука пошла вверх, вот вниз: Я чувствую, что сейчас кончу и прошу её отойти немного в сторонку и дрочить быстрее. | | |
| |
|
| |
| | Марина Николаевна легла на грудь, отвернув от меня голову. Взволнованный, я взял берёзовый веник, и уставился на её крупные ягодицы. Большие, с нежной белоснежной кожей и несколькими родинками, они имели какую-то магнетическую силу, которая давила на моё сознание и заставляла испытывать новые приливы крови к низу живота. | | |
| |
|
| |
| | Пока Малфой трахал Тонкс между больших сисек, Гермиона и Джинни, давясь и морщась, отлизывали друг дружке только что оттраханные домовиками пёзды. Конча домовиков на вкус была даже хуже членов домовиков - одновременно кислая, горькая и будто протухшая. Джинни ничего не могла поделать - она шарила языком по вагине Гермионы, вылизывая сперму домовиков из всех уголков и лаская твёрдый проколотый клитор подруги. | | |
| |
|
| |
| | Она легла на меня и шепотом спросила, не хочу ли я поласкать её там. Мне было стыдно признаться, что хочу и я ответила нет. Она спросила почему? Я ответила, что если кто ни будь, узнает, надо мной будут смеяться. Она сказала, что ни кто не узнает, ведь я ни кому не расскажу, потому что на до мной начнут смеяться, а она не расскажет, потому что ей достанется за совращение несовершеннолетней. | | |
| |
|
Рассказ №24042
|
