Рассказ №2496 (страница 5)

     А как оргазмом искажается в почти плаксивой гримаске мальчишеское лицо! Как дрожат губы, как жадно блудят руки - по яйцам, по промежности - как пять дополнительных членов... Из детства это помнится хуже, в детстве интересно запоминать другое - позы и обстоятельства, а не ощущения и изгибы тела. Но я все же помню Костины беззастенчивые пальцы, которые он умудрялся засовывать вместе с членом под мой сфинктер - я с удовольствием проделывал то же самое над ним самим:
     ...Выпустив в судороге последнюю струю, Кивок поднял голову и увидел расплывшееся в безмятежной улыбке Ленькино лицо. Стас сладко потягивался всем нежным юным гибким телом. В свете тусклых лампочек оно сияло девственной белизной. Качок склонил кудрявую голову набок и его длинные ресницы прикрыли глаза. Шарик обнимал его за плечи, вопросительно глядя на Генку, а тот, стыдливо прикрывая пах, подошел к Леньке сверху, от головы, опустился на колени и по-детски прильнул к его искусанным губам. Ангел бесшумно летал под трубами теплосети...
     
     
     "Охххха, хороша тугая жопа!" - пропел Шарик, всадив член на всю его длину. Чуть привстав, растопырив тощие мальчишеские колени и круто выгибая зад, он хлипко, с силой ебал Леньку. Каждый раз, загнав хуй, он поднаседал и сверлил им несчастного Леньку с таким беспощадным напором, что тот, наверное, мог ощутить, как его отвердевшие яйца вдавливаются в промежность. Во рту у Леньки по-прежнему сновал второй член: Стасик держал его за уши и ебал. Оба парня тешились, жадно разглядывая друг друга за столь веселым занятием, отчего распалялись еще больше. Они как бы превратились в два жилистых члена, потерявших всякую чувствительность от бешенного натирания об Ленькино тело. "Щас, щас... щас... Охх! Щас я тебя вы-е-буу... Охх!" - задыхаясь стонал и ярился Стасик.- "Соси, блядь! Соси крепче, сука! Щас из меня... потечет... Соси мою сперррму... О, ооох, Оххх!" - Стасик задергался, и из его задроченного сосанием разбухшего толстого и онемевшего хуя хлынул и потек терпкий мужской сок. Ленька, содрогаясь от отвращения и охватившей его самого страсти, глотал мыльную горячую слизь, заполнявшую его рот, но не успевал, и сперма покрывала его губы, стекая по подбородку. От этого зрелища и Шарик внезапно задергался, в охватившем его припадке оргазма он почти влез верхом на Леньку, обхватив его бедрами и впиваясь губами в тощую Ленькину шею. Стоявший позади него в ожидании своей очереди Кивок, тоже отдался всеобщему порыву; он грубо схватил Шарика за бесстыдно болтающиеся между ног яйца и воткнул наслонявленный палец в его раскрытый пульсирующий анус. От этого Шарик, вливая в Леньку очередную изрядную порцию спермы, изогнулся дугой, а потом рухнул, обмякнув. Он оказался лицом прямо перед Стасом. - "Уу-умм, солененькая!" - пропел Шарик, кривляясь.
     "Давай, бля, вытаскивай!" - Кивок потянул его за яйца, оттаскивая от Ленькиного зада.
     - "Ты зачем, сука, мне палец в жопу вставлял?" - отбрыкиваясь и дергаясь, кричал Шарик.
     - "А чо! Туга-ая жопа! Гля, в следующий раз тебя ебать будем". Кивок начал по-деревенски деловито пристраиваться, невозмутимо выпячивая член и быстро натирая его рукой.
     - "Уй, блядь, отвяжите, сс-суки", - проскулил Ленька.
     - "Ээ нет, паря, вот выeбу, тогда отвяжу", - спокойно возразил ему Кивок, звонко хлестанув Леньку по влажной ягодице.
     - "Отвяжи... Кивок! Я это... ну... я сам дам... Ой, бляяяяяяя!" - заголосил Ленька, страдая от неумело вгоняемого в его зад Кивком органа. - "И то! Отвяжем? - предложил Стасик. - А будет брыкаться, так снова растянем. Слышишь, Ленька?!"
     Подобревшие в ожидании "добровольного" секса, они быстро отвязали парня. Тот, кряхтя, медленно поднялся.
     - "Нич-чо, жопа не заболит!" - ободрящве заметил ему Генка.
     - "Ну? Как ебаться будем?" - нетерпрливо спросил Кивок. - "Раком встанешь... или , может, лежа?"
     - "Ты, Кивок, ебись с ним, как с девчонкой: положи на спину, закинь ноги на плечи и вставь!" - в радостном ожидании советовал ему Шарик.
     - "М-мм... угу. Давай, Ленька, ложись! - скомандовал Кивок согласно. - Таа-ак. Подними ноги! Теперь раздвинь! Шире, шире! Раскорячься, бля, чтоб жопа раскрылась. Еще, бля, еще!... Эй, Геныч, подержи его за ноги. Нет, загни их ему за уши! Так!" - деловито командовал Кивок - "Щас, паря, он тебе всадит!" - радовался Шарик, прослонившись к Ленькиному лицу.
     - "Обслюнявь себе хуй", - деловито советовал Генка.
     - "Ни-ичо, у него жопа и так мокрая! Вона все залито!" - Кивок, выдрачиваясь, начал пристраиваться. Ленька закрыл глаза и ухватился руками за раму кровати.
     - "Ни-ичо, ничч-чо...", - повторял Кивок, вставляя и вминая рукой хуй в Ленькино заднее отверстие. Ленька засопел, начал тяжело дышать, и вдруг сам принялся руками растягивать свои ягодицы. Парни сгрудились вокруг, с интересом наблодая за действом. Все непроизвольно дрочились, а Кивок, взяв Леньку за бока, плавно насаживал на свой длинный и искривленный посередине хуй. Когда сизый от напряжения гарпун его головки с трудом прошел в Ленькин анус, и Ленька, часто-часто дыша, вдруг протяжно замычал, Кивок спросил:
     - "Ну что, паря, нравится хуй в жопу получить?" - он поднажал и всадил хуй до середины. - "Аххх-хх!" - протянул Ленька.
     - "То-то, Ленька! Погоди, щас ебаться будем!"
     - "У-уухх... Порвешь... Погоди!"
     - "Ха, жопу не порвешь! - возразил Кивок. - Дай-ка я тебя подрочу!"
     Действительно, он начал плавно ебать Леньку и взял его член в руку. Вгоняя хуй все глубже и глубже, Кивок одновременно одной рукой дрочил Ленькин член, а другой щупал его яйца в растекшейся по животу мошонке.
     - "Ух, ух, ух," - в ритм ебле постанывал Ленька, и вдруг протяжно ахнул - из его члена засочилось и вслед за этим быстро потекло семя, оставляя жирные лужицы на животе.
     "Стас, Стаська!" - механически продолжая ебать Леньку, позвал Кивок. "Гля, сейчас самый раз хуй сосать! Послед самый сочный!" Он держал Леньку за яйца, слегка выкручивая их наружу. Стасик, с интересом смотревший на всю эту возню, наклонился, взял губами самый кончик Ленькиного дергающегося члена и начал осторожно посасывать. Затем, увлекаясь, положил обе руки на покрытую спермой многострадальную Ленькину промежность. Он сосал его, зажмурив глаза, и, как слепой, осторожно ощупывал этот раскачивающийся поршень, снующий в пунцовой растревоженной воронке зада измученного еблей, но расслабленно-счастливого мальчика...
     Tот кто, уже взрослым, имел удовольствие видеть лихую мальчишескую еблю, никогда не забудет - ни тонких мальчишеских тел с огромными загнутыми членами, ни глухого беспощадного мата, ни потрясающего изящества телодвижений (только 15-16 подросток может так бесподобно выгибать попку - главный двигатель мальчишеского поршня, в отличие от зрелого мужчины, который - замечали? - ебет всем телом и вкладывает всю свою мощь в толчок).
     А как оргазмом искажается в почти плаксивой гримаске мальчишеское лицо! Как дрожат губы, как жадно блудят руки - по яйцам, по промежности - как пять дополнительных членов... Из детства это помнится хуже, в детстве интересно запоминать другое - позы и обстоятельства, а не ощущения и изгибы тела. Но я все же помню Костины беззастенчивые пальцы, которые он умудрялся засовывать вместе с членом под мой сфинктер - я с удовольствием проделывал то же самое над ним самим:
     ...Выпустив в судороге последнюю струю, Кивок поднял голову и увидел расплывшееся в безмятежной улыбке Ленькино лицо. Стас сладко потягивался всем нежным юным гибким телом. В свете тусклых лампочек оно сияло девственной белизной. Качок склонил кудрявую голову набок и его длинные ресницы прикрыли глаза. Шарик обнимал его за плечи, вопросительно глядя на Генку, а тот, стыдливо прикрывая пах, подошел к Леньке сверху, от головы, опустился на колени и по-детски прильнул к его искусанным губам. Ангел бесшумно летал под трубами теплосети...
     
     
     ...Ленька, когда я осматривал его, ухмылялся мне точно так же, как и этот Владимир, 16 лет. Ужель это верно, что в глазах парня, которого хоть раз имел другой парень, можно распознать их выебанность?. А ведь мальчишку здорово разворотили, его анус был похож на губы готового к поцелую негритенка, пришлость даже наложить небольшую скобку. Но я живо увидел все, и как он покряхтывая поднялся, залитый студенистыми сгустками спермы. Как они, пошлепывая его по натруженному заду, по-дружески успокаивали. Как он наконец успокоился. Как Шарик обтирал его своими трусами, а Ленька оттопыривал попку и кокетливым винтиком пытался на нее посмотреть через плечо...
     Владимир между тем все лежит, нелепо заломив ноги за голову, его промежность призывно сияет розовым отверстием, а между пяток блестят настороженные глаза не раз уже выебанного подростка. Молчаливый диалог взглядов: "Ну, долго еще?" - "А ты не дергайся. Потерпи. Щас вставлю, тогда..." - "Бля... ххххх.. Ну скорее что ль...". Я спокойно ввожу в него указательный палец и потом, не затягивая, средний. Растянутый сфинктер нежно обхватывает мои сжатые пальцы. Никаких там вам подергиваний. Спокоен. Расслаблен. Я внезапно замечаю на лице мальчишки порочную ухмылочку познавшего Эроса. Нет, он не улыбается, он именно про себя ухмыляется, узнавая своим отверстием настойчивый натиск входящей в него плоти. Он немного выгибает попку навстречу моим пальцам, как бы отыскивая внутри упругого как неспелый абрикос зада то самое, заветное место для них; еще мгновение, и я начну ебать его... в пору остановиться. уфф.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ]

Читать также в данной категории: