 |
 |
 |  | Бедная девушка всё время по мере возможности дёргалась, вырывалась из верёвок и пыталась что-то сказать через заткнутый рот, но ни то, ни другое ей не удавалось, после чего она наконец успокоилась. Когда обе клизмы были сделаны, Люсина мама сама стала держать дочку за стиснутые вместе её ягодицы. Я стала уговаривать несчастную Люсю полежать спокойно пять минут и дышать глубоко ртом, позабыв про засунутый туда кляп. Сначала она как будто не слышала мои уговоры, но потом всё-таки задышала ротиком, всасывая воздух мимо кляпа. Я предложила Люсиной маме выбрать кляп, но она ответила отказом, ибо боялась, что дочь опять начнёт громко реветь. Мы продержали девочку в той же позе положенное время, затем её мама велела мне принести из ванной комнаты пластмассовое ведро, а сама начала понемногу развязывать дочь, чтобы та могла подняться с кровати и сесть на него покакать. Это ей удавалось с большим трудом, ибо узлы были завязаны очень туго, боясь, что девочка вырвется во время проведения клизмы. В одном месте пришлось даже пользоваться ножом, позже принесенным мною из кухни. Как только Люсины руки были освобождены, она вырвала ими кляп себе изо рта. "Мама, ты могла меня убить" , она впопыхах сказала, "у меня ведь насморк, а ты заставляла меня дышать носом, заткнув рот. Я еле не задохнулась". "Ничего, зато теперь хотя бы от запора не погибнешь" , ответила мать, "я же тебя знаю, не заткни тебе рот, ты такой шум подняла бы, что соседи вызвали бы милицию, думая, что тут происходит убийство. Теперь быстро подымайся на ноги и садись на ведро!". Люся не заставляла себя долго умолять, мигом вскочила с кровати и камнем упала на ведро так, что оно зашаталось и еле не опрокинулось. Девочка начала обильно опорожняться, хотя даже после двух сделанных клизм кака у неё выходила с трудом, после сильного тужения. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | слу-у-шай, а давай приколемся - давай прикинемся, что мы голубые, и - стоя в ожидании автобуса - в предвкушении повторения вчерашнего дня, я буду нежно смотреть на тебя влюблёнными глазами, и ладонь моя как бы непроизвольно и оттого неопровержимо естественно будет скользить сверху вниз по твоей упругой, обтянутой джинсами попке, а ты, приблизив своё лицо к моему, вжимаясь горячей твердостью паха в моё бедро, будешь что-то тихо шептать мне в ответ на мои молчаливые прикосновения, вплетая жаркое своё дыхание в тёплый ветер апрельского вечера, и - упоенные нашей любовью, никого не замечая вокруг, мы будем стоять на фоне пламенеющего заката под одиноко торчащим козырьком продуваемой всеми ветрами автобусной остановки, и стоящие рядом с нами в ожидании автобуса люди будут коситься на нас, словно мы с тобой - сказочные, им неведомые инопланетяне, невесть как занесенные из другой Галактики на эту пыльную городскую окраину, - они будут пялить на нас, прижимающихся друг к другу, глаза, а нам не будет до них никакого дела... - юные и счастливый, мы будем неотрывно смотреть друг на друга, упиваясь весной и любовью, и, когда подойдёт автобус, мы запрыгнем в его урчащее чрево и, по-прежнему никого не замечая вокруг, уедем куда-нибудь, на квартиру или на дачу - туда, где на тысячи световых лет никого не будет вокруг, и там, за пределами скучного "здравого смысла", мы будем всю ночь вдохновенно любить друг друга, с юной неутомимостью снова и снова поочередно подставляя один другому свои молодые ненасытимые попки, и лишь когда за окном забрезжит рассвет, опустошенные и счастливые, с опухшими членами и полуоткрытыми норками, прижимаясь друг к другу, мы уснем под одним одеялом, на двоих разделив одну подушку, - слушай, давай приколемся, что мы голубые! . . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наталка молча развернулась на 180 градусов и развела пошире ноги, член в попке продолжал двигаться в ней... И вот второй член вошёл в её бритую пиздёнку! Она застонала ,такого она ещё не испытывала. Третий встал над ней и засунул ей в рот свой член. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | После такого резинового расширителя, мой агрегат просто "летал" внутри влагалища Красной шапочки, и поэтому я решил вновь его вернуть на место, накачав до предела, а сам заполнил вторую дырочку моей обожаемой любовницы, смазав лубрикантом свой орган и сжатый анус "Красной Шапочки" , я стал медленно входить, в ее горюю утробу. "Красная Шапочка" сперва стонала под моим медленным натиском, но по мере того как я начал ускорять свой ритм, она уже сотня в голос приподнимала на встречу моему натиску свои бедра. Моему возбуждению не было предела, я уже со всего маха вгонял свой разгоряченный кол в анус своей пленницы, а она в оргазменном "танце" извивалась на моем "крючке" как пойманная рыба. |  |  |
| |
|
Рассказ №20737
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 04/09/2018
Прочитано раз: 73663 (за неделю: 230)
Рейтинг: 55% (за неделю: 0%)
Цитата: "Не раздумывая, Олька толкнула его, подползла к Дружку под попу, перехватила дрожащий член другой рукой, понюхала, лизнула и обхватила губами. Скользкий фиолетовый член показался Ольке очень соленым, горячим и твердым. Дружок, продолжая шумно лакать обильную бабулину слизь, нервно переступал, приседал и подпрыгивал, отчего его колбаска терлась об Олькины губы. Поняв, чего он добивается, Олька осторожно задвигала головой, скользя губами по стволу, потом увеличила амплитуду и скорость, когда ощутила, как в горло ударила горячая струйка, потому другая. Ладонь, которой она держала член у основания наполнилась чем-то твердым. Обильная, горьковато-соленая жидкость, наполнив рот потекла по щеке за ухо и закапала на пол. Олька, помня бабулины слова, не отпускала трепещущий член изо-рта, принимая все новые порции жидкой собачьей малафьи...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Бабуля встала и убрала тарелки в мойку. Было видно, что лицо ее порозовело.
Вот ведь, Олюшка, как! Я с тобой сейчас поговорила, и у меня как будто камень с души. Тягостно мне было все это. А так будто полегчало. Вон, и у тебя смотрю глазки-то масляные стали. Пощекотать мандюшку, что ли, тебе? - хитро улыбнулась бабуля.
Ой! - радостно пискнула Олька, - Пощекочи, бабулечка! Пощекочи, голубчик!
Бабуля уселась на стул, а Олька проворно стянула трусишки, задрала подол сарафана и оседлала бабкины колени, положив голову ей на плечо. Бабуля мягко пропихнула ладонь между расставленных Олькиных ног и пощекотала пальцем щелку.
Ух ты, мокрощелочка моя! - восхитилась бабуля.
Олька покрутила жопкой, устраиваясь поудобнее, и бабулин палец легко заскользил между губками. Олька выдохнула бабуле в шею, завозилась, расстегивая пуговицы на бабкином халате, по-хозяйски засунула под халат руку и, нащупав морщинистый сосок, стала тихонько теребить его пальцами.
Рассказывай, - удовлетворенно шепнула она бабуле в ухо.
Ну, слушай. Дальше надо научить его, что когда он вылизывает тебе между ног, то после этого он кончает. Ложись на пол на спину. Голову положи на подушку. Поставь его над собой, чтобы его голова доставала до твоей пиздюльки, а сама мокрой рукой дрочи ему мешок, пока не начнет вылезать залупа. Отведи ее назад между его ног, возьми ее в рот и пососи. Начнет дергать жопой - отпусти и башкой тыкай себе в мандюшку. Пусть полижет. Как начнет глубоко лизать, через минуту опять потереби мешок и соси, пока он тебе не спустит в рот.
Бабулин палец проворно щекотал все Олькины закоулочки, погружая ее в сладкую истому. Олька, не в силах сдерживаться, потихонечку ерзала на бабулиной руке.
Старайся не отпускать его, пока из него течет. Малафьи будет много - готовься глотать или пусть из рта потихоньку стекает. Когда пора будет, он сам с тебя соскочит.
Бабуля, а покажи!
Да что тебе показать-то, бесстыдница!
Ну как тебе Дружок лижет.
Фу, какая! И что за радость на старую бабку глазеть! - бабуля тяжело задышала.
Ну, миленькая! Ну покажи, покажи!
Ну что ты будешь делать!
Олька, не дожидаясь бабулиного согласия, соскользнула с ее колен, выбежала на крыльцо и позвала:
Дружок! Дружочек!! Ко мне!
Дружок вскочил, радостно вильнул хвостом и подбежал к Ольке. Она взяла его за ошейник и завела на кухню.
Олька, ну не надо! Стесняюсь я! - бабуля стояла около стула и смущенно теребила нижнюю пуговицу халата.
Бабуленька, ну один разочек, ну пожа-а-а-луйста!
Не дожидаясь, пока бабуля решится, Олька подскочила к ней, расстегнула халат, и, преодолевая слабое бабулино сопротивление, стянула с нее тугие трусы. Бабуля непроизвольно прикрыла рукой мохнатый треугольник, но поняла, что это ни к чему, и смущенно рассмеялась:
Ух, егоза! Ну, егоза - шило в жопе! Ну: смотри, если охота!
Бабуля села на край стула, откинулась на спинку и развела колени. Потом похлопала себя по пизде ладонью.
Дружок, ко мне! Пизда, Дружок! Лизать, малыш!!! Лизать!!! - бабуля потеребила свои крупные, покрытые волосами губы, подергала большим и указательным пальцем капюшон сикеля, опять похлопала ладонью.
Давай, малыш! Давай!
Дружок радостно подбежал к бабуле, ткнулся носом ей между ног, и энергично виляя хвостом заработал длинным мокрым языком. Язык мелькал, выворачивая мокрые внутренности бабулиной пизды, раздвигая и теребя ее, забирался вглубь и размазывал прозрачную слизь. Мокрые волосы прилипли к большим губам, открывая отличный вид на старательную работу пса.
Ах ты гаде-е-ныш! - заохала бабуля. - Ух ты мо-о-рда кобелиная! Подлизывай, подлизывай, суче-о-ныш!
Она, поставила одну ступню на стул, открывая Дружку лучший доступ к своей промежности, а пальцами быстро-быстро дрочила капюшончик разбухшего до размера маленькой фасолины сикеля.
Олька присела, заглядывая Дружку под брюхо, где ярко алела высунувшаяся залупка, протянула руку и пощупала теплый мешок. Дружок тихонько взвизгнул, продолжая целеустремленно лизать бабулину неправдоподобно припухшую и как будто вывернутую манду.
Вдруг, под Олькиной рукой длинная плотная мокрая длинная колбаска буквально выскочила из мешка и собачий круп задрожал.
Не раздумывая, Олька толкнула его, подползла к Дружку под попу, перехватила дрожащий член другой рукой, понюхала, лизнула и обхватила губами. Скользкий фиолетовый член показался Ольке очень соленым, горячим и твердым. Дружок, продолжая шумно лакать обильную бабулину слизь, нервно переступал, приседал и подпрыгивал, отчего его колбаска терлась об Олькины губы. Поняв, чего он добивается, Олька осторожно задвигала головой, скользя губами по стволу, потом увеличила амплитуду и скорость, когда ощутила, как в горло ударила горячая струйка, потому другая. Ладонь, которой она держала член у основания наполнилась чем-то твердым. Обильная, горьковато-соленая жидкость, наполнив рот потекла по щеке за ухо и закапала на пол. Олька, помня бабулины слова, не отпускала трепещущий член изо-рта, принимая все новые порции жидкой собачьей малафьи.
У Длузька тозе хуй, - раздался рассудительный голос.
Олька скосила глаза и увидела сидящего чуть сзади на корточках Сереженьку.
: а у бабуськи пизда.
Сережка! Внучок!!! Иди-тко сюда, маленький! - задыхающимся голосом позвала бабуля.
Сереженька встал и исчез из Олькиного поля зрения.
Давай: Подлижи бабкину пизду: Подлижи как мамке лижешь. Ах ты: Ммм-ых: Ух ты, кутенок!! Почмокай, почмокай!!! Манда-то у бабки ебл-и-и-вая!!! Так и распира-а-ет!! У-у-у-гх, молодчик!!! И-еще!! И-еще!!!
Бабуля сладко пыхтела, охала и ахала. Дружок все сливал малафью Ольке в рот - она все не кончалась и не кончалась.
Мама!!! Оля!!! - растерянный и изумленный мамкин голос дрожал.
Олька выпустила изо рта член Дружка, выскользнула из-под него и на корточках бросилась к мамке, стоящей в проеме двери.
Не теряя времени на разговоры, Олька обхватила мамкины колени и изо всех сил дернула. Мамка потеряла равновесие и, скользя по косяку, осела. Горячая похоть застучала у Ольки в голове. Толчок - и мамка завалились назад. Секунда, и Олька оседлала ее голову, вдавливаясь своей пизденкой ей в рот.
Мамка что-то замычала, вырываясь, ее халат задрался на живот, открывая уже знакомый Ольке орган.
Н-на!!! - Олька с размаху влепила ладонью по мясистым губам
Мамка, взвизгнув, дернулась, сжимая бедра.
Н-НА!!! Н-НА!!! Н-НА!!! - Олька лупила мамку по выпроставшимся грудям, одновременно поднимая и с силой опуская свой таз ей не лицо. - ЛИЖИ!!! ЛИЖИ!!! ЛИЖИ!!!
И только услышав снизу торопливое чмоканье и чавканье, Олька уронила ставшие вдруг ватными руки, запрокинула голову и ритмично задвигала попой.
Из-под ее закрытых век текли слезы.
***
Как жить-то дальше будем, бабы? . . - бабуля, стоя у плиты, подтирала полотенцем у себя между ног.
Олька расслаблено лежала у мамки на животе, рассеянно копаясь пальцами в мокрых складках ее мягкой манды. Выебанный мамкин рот припух. Глаза безучастно смотрели в потолок. Сереженька приставал к Дружку, пытаясь пальцем залезть ему в мешок.
Натворили ведь дел, теперь не воротишь: А и так ведь нельзя - паскудство одно.
Вы как хотите, а я без ебли не могу, - выдохнула мамка, и погладила Ольку по голове. - Если не в доме - по рукам пойду. Для меня мои детки это ведь единственное спасение теперь.
Да уж: рохля ты, рохля и есть, - бабуля сокрушенно и обреченно покачала головой. - А ты, Олька, что скажешь-то.
А я: Я: Я еще хочу!
Бабуля, довольная, расхохоталась, а вслед за ней засмеялась и мамка. Энергичный Сереженька, глядя на смеющихся женщин, радостно носился между ними.
ОЛЬКА. День крайний
Сегодня Ольке было некогда - она готовилась к отъезду.
Девочка уже сбегала во все свои любимые места, попрощалась с речкой, лесом и бесконечным деревенским горизонтом. Теперь она сидит на корточках рядом с сараем, поглядывая на двух женщин, о чем-то тихо беседующих в доме у открытого окна, и чешет мохнатое пузо Дружка. В ее голове вертится калейдоскоп событий, которыми была насыщена прошедшая неделя.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 35%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 84%)
|