 |
| |
| | Более того, он, заговорщицки шепча, предложил пойти трахнуть Ритку, нескладную, но уже с прилично выпирающими сиськами подругу его сестры. Я, естественно, высказал ему своё сомнение в том, что нас ждут с распрастерстыми объятиями. Как минимум нам намылят шею, а при ничейной партии пустят юшку, что было без сомнений, так как Ритка и Галка были старше нас на два года и отличались, особенно Галка, бойцовскими качествами и не один пацан вытирал разбитый в кровь нос, при решении с ней конфликтных ситуаций. Сашка посоветовал мне не бздеть и учится у него, потянул меня в дом, где находились предметы нашего обольщения. Сашка деловито доложил сестре о произведенных домашних работах и почти без паузы предложил им с нами потрахаться. Реакция последовала немедленно и, естественно, по моему сценарию. Галка схватила веник как, солдат сапёрную лопатку в рукопашном бою, и с обещаниями "дать" Сашке помчалась за ним, выполнять обещанное. Сашка уже привычный к тому, что его сестра решает все проблемы с ним в основном силовыми методами, как кот метнулся в узкий, между печкой и стеной, простенок имеющий, если и узкие, но надежные выходы в кухню и комнату, и при его ловкости делало его неуязвимым. Я, готовый ретироваться, встал возле входных дверей. Ритка сидела за столом и в баталию не вступала. Она, по-видимому, была не против Сашкиного предложения, так как у них с ним уже был опыт такого общения. Сашка, пользуясь своим позиционным преимуществом, выложил свой главный козырь: "Девки не дадите, я расскажу матери, что вас пацаны трахали". От этого официоза Галка затормозила как заклинившая полуторка. "Вот говнюк. Ведь расскажет. Ритка, да дай ему пусть отвяжется". | | |
| |
|
| |
| | Я легла на спину, чуть разведя ножки. Он стоял надо мной, любуясь. "До чего же ты все-таки красивая!" Он сел на колени и очень бережно поцеловал мне руку, как будто мы были на светском рауте. Он стал медленно чуть касаясь губами переносить свои нежные поцелуи с руки на плечо, потом на ложбинку между грудями, потом на животик. Я в неге еще сильнее раскинула ножки, чтобы ему было удобнее. Но он не торопился, начав касания язычком моих бедер. Я уже хотела его прикосновений к своему лону, а он все играл вокруг него, то обдувая, то деликатно целуя подступы к моему заветному месту. Я уже изнемогала и потянулась рукой к его Дружку, начавшему твердеть. Провела рукой по его яичкам как бы взвешивая их. Он скользнул язычком по моим половым губкам, как бы дразня их и приглашая раскрыться. Он, дежа рядом со мной, подвинул свой торс ближе к моему лицу. И я стал, как бы повторять его даскающие движения. Когда он обнажил движением языка мою Горошину наслаждения, я лизнула самое сладкое для него место. Когда он проводил язычком вдоль моих губ, я лизала его Ствол начиная от самых яичек. Между нами был как бы разговор тихой нежности и мы великолепно понимали друг друга в том что каждый из нас хотел выразить. Волна наслаждения накрыла меня в тот момент, когда Костя разрядился ароматным фонтанчиком спермы. Мы еще с минуту полежали на песке и пошли к родителям. | | |
| |
|
| |
| | Помедлив, я покорно направилась в чулан сама. Совсем не такой представляла я встречу с моим парнем. Сейчас он увидит меня и сразу же узнает, что я бью посуду взаправду, а не для выяснения отношений. Станет ли Оля меня наказывать в его присутствии, размышляла я. В чулане никого не было. Мне стало очень больно, причём я вдруг осознала, что эту боль я ощущаю уже некоторое время. Саша! Где он? Я выскочила в коридор; мои мысли путались, я не могла составить себе никакого плана действий.
Девочка пробегала с подносом, я на автопилоте спросила её:
- Где Саша?
Возвращаясь ныне к этому вопросу, я удивляюсь: ну откуда бы девочке знать, что за Саша, и кто я такая, и где он может быть.
- Сашу дядя Джон увёл в спортзал.
У меня реально болело сердце, я не могла тогда даже внятно сформулировать себе, что это я "беспокоюсь о Саше". Мне хотелось оказаться с ним рядом, вот что! Всё остальное не имело никакого значения.
Я вышла через запасной выход, около кухни, в сад. Он ослепил меня своей красотой и ароматом, но это было несущественно; мне требовались красота и аромат моего парня.
Я пробралась узкой аллеей, отводя от лица тисовые ветки, к бассейну и свернула к гардеробу, за которым, как я предполагала, размещался спортзал.
Так и есть: пройдя мимо шкафов раздевалки, я вступила в пустой спортивный зал с раскрашенным деревянным полом. В углу была дверь, как я понимаю, нечто вроде тренерской. Я обошла стопку матов и рванула дверь на себя.
Саша был привязан скакалками к чёрному кожаному коню, а дядя Джон был без трусов. Он смазывал свою маленькую письку прозрачным гелем из флакона, который он встряхивал и рассматривал на свет.
Уважаемая Мария Валентиновна! Отдаю себе отчёт, что надоела Вам уже со своими цитатами из речей мальчиков. Всё-таки позвольте мне в завершающей части сочинения привести ещё одну, Сашину:
"Женька, ты такая вбежала в тренерскую и с порога ударила по мячу; забила Джону гол. Отбила педерасту хуй."
Неужели события развернулись столь стремительно? Мне казалось, что я вначале осмотрелась в помещении, затем, поразмыслив немного, составила план действий.
Дело в том, что я ненавижу баскетбол; вздорное изобретение люмпенов; к тому же у меня все пальцы выбиты этим жёстким глупым мячом, которым нас заставляет играть на физкультуре наш физрук Роман Борисович.
Поэтому оранжево-целлюлитный мяч у входа в тренерскую как нельзя лучше подходил для выплёскивания моих эмоций: дядя Джон собирался сделать с Сашей то, что Саша сделал со мной!
Я была поражена. Как можно сравнивать Джона и Сашу! Саша - мой любимый, а Джон? Как он посмел сравниться с Сашей? С чего он взял, что Саше нужно то же, что и мне?
Я пнула мяч что есть силы. Хотела ногой по полу топнуть, но ударила по мячу.
Мяч почему-то полетел дяде Джону в пах, гулко и противно зазвенел, как он обычно это делает, отбивая мне суставы на пальцах, и почему-то стремительно отскочил в мою сторону.
Я едва успела присесть, как мяч пронёсся надо мной, через открытую дверь, и - по утверждениям Саши - попал прямёхонько в корзину. Стук-стук-стук.
Вообще я особенно никогда не блистала у Романа Борисовича, так что это для меня, можно сказать, достижение. От значка ГТО к олимпийской медали.
Дядя Джон уже сидел на корточках, округлив глаза, часто дыша. Его очки на носу были неуместны.
Я стала отвязывать Сашу. Это были прямо какие-то морские узлы.
В это время в тренерскую вбежала Оля и залепила мне долгожданную пощёчину. Вот уж Оля-то точно мгновенно сориентировалась в ситуации.
Одним глазом я начала рассматривать искры, потекли слёзы, я закрыла его ладонью, а вторым глазом я следила за схваткой Оли и Саши.
Спешившись, Саша совершенно хладнокровно, как мне показалось, наносил Оле удары кулаками. Несмотря на то, что он был младше и ниже ростом, он загнал её в угол и последним ударом в лицо заставил сесть подле завывавшего Джона.
Я уже не успевала следить за своими чувствами: кого мне более жаль, а кого менее.
Саша о чём-то негромко беседовал с обоими.
- Вам что же, ничего не сказали? - доносилось до меня из угла. - Вас не приглашали на ночной совет дружины заднефланговых?
"Не приглашали" , подумала я, "да я бы ещё и не пошла; дура я, что ли; ночью спать надо, а не шляться по советам."
Мне вдруг захотелось спать, я начала зевать. Возможно, по этой причине дальнейшие события я помню, как во сне.
Дядя Джон, вновь прилично одетый и осмотрительно-вежливый, вновь сопроводил нас, широко расставляя ноги при ходьбе, до гардероба, где в шкафчиках висела наша одежда, с которой начались наши сказочные приключения.
Для меня-то уж точно сказочные.
Я с сожалением переоделась, Саша с деланным равнодушием.
Обедали мы уже в лагере, Саша в столовой степенно рассказывал своим друзьям о кроликах и о том, как фазан клюнул меня в глаз. Я дождалась-таки его ищущего взгляда и небрежно передала ему хлеб. Он сдержанно поблагодарил и продолжил свою речь; но я заметила, что он был рад; он улыбнулся! Он сохранил тайну.
Я планировала послесловие к моему рассказу, перебирая черновики, наброски и дневники на своём столе, но звонкая капель за окном вмешалась в мои планы, позвала на улицу.
Я понимаю всецело, Мария Валентиновна, что звонок для учителя, но разрешите мне всё же дописать до точки и поскорее сбежать на перемену; перемену мыслей и поступков, составов и мозгов, и сердечных помышлений и намерений, а также всяческих оценок. | | |
| |
|
| |
| | Усиленными рывками надрачивая зачехленный член, он, не закрывая темных глаз, широко раскрыл рот, предавшись сладостному ожиданью открытия желаемого источника. И... не без смешка, Теона сначала брызнула одиночной струею мочи по его щеке, а затем, выпустив с уст глубокий вздох облегчения, разрядилась потоками прямо в его пошлый рот! Всего за какие-то считанные мгновенья, её горячая моча бодро окатила всё его лицо и смачно зачмокала в глотке! | | |
| |
|
Рассказ №21519
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 06/04/2023
Прочитано раз: 34766 (за неделю: 40)
Рейтинг: 38% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я знал что женщин можно ебать в то место из которого они срут и видел подобные сцены в порножурналах. А увиденное мной вчера при свете керосиновой лампы, тёмно коричневое очко Мариши, возбуждало моё сознание. Выебать родную мать в жопу и слушать её сладкие стоны, мечта любого сына. Но учитывая непредсказуемый характер нашей атаманши, просить у неё напрямую заняться с ней анальным сексом, было опасно. Хотя и её очко выглядело как " рабочее" но кто знает, может Марина и не давала своим бойфрендам на семинарах, ебать себя в задний проход?..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Витёк ещё спал и вероятно видел девятые сны, судя по его задористому молодому храпу, когда мать меня разбудила. Марина повернулась ко мне лицом, поцеловала в шею слегка кусая зубками и взялась рукой за член. У меня и так был хороший утренний стояк а в тёплой руке мамы он стал " каменным".
- Пошли сходим на улицу пописаем Костя... .
- шёпотом чтобы не разбудить старшего сына, сказала на ухо мне мать. Я поцеловал её в щёку в знак того что проснулся и просунул руку ей под ночнушку. Мамина бритая " девочка" была влажной, Марина сильно хотела в туалет и из письки немного протекло ей на ляжки.
- Пошли любимая, я тоже хочу... .
- ответил я маме шёпотом. Мне хотелось побыть с Мариной наедине в надежде согнать "дурь" и снять ломоту в члене. Да и посмотреть как она ссыт при свете тоже хотелось. Тогда ночью мать ссала во дворе и я плохо видел действо. То сейчас на улице было светло и мне было интересно увидеть в живую как мама писает.
- Возми бутылку, а я куртку одену... .
- Марина дала мне в руки начатую бутылку вина со стола а сама шмыгнула к себе в закуток. Там на стене висела её куртка в кармане которой, лежал заряженный " вальтер". Я тоже одел на голое тело ветровку, на улице хоть было начало июня но цвела черемуха и " черемуховые холода" давали о себе знать.
- Глотни сынок, голова небось болит после вчерашнего... .
- спросила у меня мать, когда мы вышли на крыльцо дома. Марина запрокинула голову делая из бутылки несколько приличных глотков и передала её мне. Голова у меня конечно побаливала но похмеляться я не хотел и выпил глоток вина только за компанию с мамой.
- Жуть то какая, ни души кругом... . .
- Марина посмотрела вверх по улице в сторону разрушенной церкви в начале деревни и нащупала в кармане куртки пистолет. Мать была права, в селе стояла зловещая тишина и вокруг не было слышно ни звука и рядом лес, тёмный и молчаливый. Нет хорошо что у нас появилось оружие с пистолетами нам никто не страшен. Подумал я вглядывась как и мать в начало улицы.
- Собачку нужно нам завести. Хоть залает если кто чужой к дому подойдёт...
- мама поставила на крыльце наполовину пустую бутылку и вышла во двор, сверкая голыми ножками под короткой курткой.
- Марина, не ходи в туалет. Хочу посмотреть как ты писаешь... .
- остановил я мать, заметив что она направилась по тропинке к деревянной уборной.
- А что интересно как мать ссыт... .?
- засмеялась Марина и не дойдя до туалета свернула под куст сирени, росшей во дворе.
- Только смотреть, без всяких, а то я тебя знаю... .
- мама показала пальцем на свой рот, с намеком на мою ночную наглую выходку. А я смотря как мать подставляет палец к ярко накрашенным губам, так и подумал что лучшая утренняя разрядка для меня сейчас, это дать Марине за щеку. Просто посидеть поговорить с мамой без Витька, брат своим присутствием всё портит. А потом попросить Маришу сделать мне минет. Мне хотелось заняться сексом с мамой, один на один. Смотреть как накрашенные помадой губы Марины, охватывают мою залупу, сосут её, скользя по стволу члена. А я буду гладить мать по волосам и говорить ей ласковые слова. Но больше всего мне хотелось в плане секса с Мариной, так это попробовать с ней анал.
Я знал что женщин можно ебать в то место из которого они срут и видел подобные сцены в порножурналах. А увиденное мной вчера при свете керосиновой лампы, тёмно коричневое очко Мариши, возбуждало моё сознание. Выебать родную мать в жопу и слушать её сладкие стоны, мечта любого сына. Но учитывая непредсказуемый характер нашей атаманши, просить у неё напрямую заняться с ней анальным сексом, было опасно. Хотя и её очко выглядело как " рабочее" но кто знает, может Марина и не давала своим бойфрендам на семинарах, ебать себя в задний проход?
- Смотри как я умею писать...
- Марина подошла к кусту сирени и слегка присев, задрав короткую ночнушку, стала ссать поливая желтоватой мочой, траву во дворе. Мама писала почти стоя, необходимости присаживаться для того чтобы сходить в туалет по маленькому у Марины не было из за её переднего расположения влагалища. Наша грозная атаманша, ссала слегка согнув ноги в коленях, поливая как заправский мужик, траву под кустом сирени. Я видел вживую как из пухленького " пирожка" мамы внизу лобка, вырвалась сначала робкая струйка мочи а потом хлынул настоящий потоп. Марина ведь чуть не обоссалась на диване во время сна и сейчас, опорожняла свой мочевой пузырь на глазах у младшего сына. Чтобы не облить мочой ноги и ляжки, мать двумя руками раздвинула половые губки и ссала показывая сыну, алую плоть своего влагалища, обычно скрытую под темными с синеватым отливом, половыми губами. И я стоя перед матерью, видел её мочеточник, дырочку вверху над самой вагиной, из которой вырывались тяжелые струи желтоватых женских ссак. А так же мне хорошо был виден клитор Мариши, он выглядывал из своего " капюшона" небольшой головкой и прямо манил к себе взгляд. Я вспомнил как вчера ночью лизал его, держал губами и мне захотелось вновь ощутить этот отросток у себя во рту.
- Давай ссы тоже, что стоишь столбом... .?
- сказала мне мать, заканчивая поливать траву мочей под сиренью. Поток ссак у Марины иссяк и она сейчас ссала небольшими вялыми струями, которые так и норовили обрызгать матери ляжки. В туалет я сильно не хотел да и ссать со стоячим колом членом было неудобно. Но заметив взгляд матери на мой стояк, я был без трусов голый в одной ветровке на плечах. Кое как поссал, тоже обливая ссаками куст сирени. Марина стояла рядом и с интересом смотрела как её сын ссыт и когда я закончил, взяла рукой меня за член и помяла его.
- Костя, у тебя яички полные спермой. Думаю что их нужно опорожнить, тогда легче будет сынок. Но давай сначала покурим а потом пойдем домой в мой закуток за печкой и мама выгонит из них всё что накопилось за ночь... .
- смеясь сказала мне Марина, держа рукой мои яйца и слегка массируя их подушечками пальцев.
- Мам, ты прямо мои мысли прочитала. Я только об этом и думал как встал с тобой в туалет... .
- я обнял мать и поцеловал её в губы в засос. Мы стояли с Мариной посреди двора, полуголые и целовались, я упирался членом маме в лобок под короткой ночнушкой и мял руками её пухлую жопу. Вокруг не было ни души и мы не боялись что нас кто-то может увидеть.
- Костя, ты мне больше нравишься чем Витя. И я тебя люблю сынок а его нет. Но только это между нами. Не хочу чтобы брат ревновал тебя ко мне... .
- неожиданно призналась мне мать, когда мы стояли с ней на крыльце терраски, пили вино по глотку из бутылки и курили.
- Спасибо Марина, я тебя тоже люблю, сильно, сильно, дорогая. Не как мать а как женщину, любимая... .
- ответил я маме и крепко обнял родного человека за талию. Марина с такой любовью и нежностью посмотрела на меня, что аж сердце в груди зашлось от взгляда зелёных глаз нашей атаманши. Никогда мать не смотрела на меня так как сейчас. И это грело мне душу от того что меня любит эта безумно красивая женщина в объятиях которой я тереяю сознание.
- Тогда пошли радость моя в мой закуток за печкой. Я тебя поласкаю пока Витя спит... .
- позвала меня мама, туша окурок в консервной банке из под кильки в томате. Мы ели дешовые рыбные консервы а банки из под них служили вроде пепельниц в доме и на терраске.
- Марин, можно спросить у тебя? Если ты меня любишь, то разреши мне тебе в попку кончить. Я хочу с тобой мам без презерватива попробовать. Но боюсь что не выдержу... . .
- попросил я у матери с замиранием сердца. Я видел как расширились зрачки зелёных кошачьих глаз у Марины. Мой вопрос застал мать не то чтобы врасплох но она глянула на меня с изумлением.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 25%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 52%)
|
