Рассказ №21533 (страница 2)

     Я ждал от неё ответной реакции вплоть до подщечины по лицу за наглость. Но через несколько секунд, мамины губки раскрылись и её горячий и влажный язык проник в мой рот и быстро, быстро заходил в нём. Я чуть сознание не потерял от сладости поцелуя в засос с родной матерью. У меня было полуобморочное состояние и подкашивались ноги, чувствуя на своих губах, мягкие, поддатливые мамины губки и её горячий язык у себя во рту. Всё происходящие было за гранью моего сознания и словами не описать то состояние которое было у меня во время страстного поцелуя в засос с пьяной матерью.
     
     - Ой, идет кто-то за сарай кажется. Стыда не оберешься если увидят как мы с тобой целуемся сынок... . .?
     
     - Нина оттолкнула меня от себя запахивая шубку. И вовремя, за сараем послышался хруст снега под ногами и с угла за него зашла женщина в сером меховом пальто и в белом платке на голове. Это была та самая толстая тётка колхозница, сидевшая рядом со мной в доме за столом. Нас с матерью она не видела, а может так сильно хотела в туалет что не смотрела по сторонам. Тётка распахнула полы пальто задрала юбку и спустив на ноги белые панталоны, присела на корточки возле сарая, смачно пернула и стала ссать. Причём ссала колхозница так сильно что казалось рядом кто-то поливает снег из пожарного брайспойта. До того сильный был напор ссак, вырывающиеся из пизды толстой колхозницы.
     
     - Как лошадь ссыт и ещё пердит дура... . .
     
     - засмеялась Нина и потянула меня за руку в противоположный угол сарая, зайдя за него мать потянулась ко мне на носках и сама поцеловала в губы коротким поцелуем в засос.
     
     - Пошли за стол. Я хочу быть пьяной в эту волшебную новогоднию ночь... . .
     
     - сказала Нина и пошла к дому скользя каблуками сапожек по снегу. Видя что пьяная мать вот вот упадёт в сугроб. Я быстро подбежал к ней и подхватил эту большегрудую "малышку " на руки.
     
     - Ой ну Костя, опусти меня. Ну не надо сынок, люди увидят... ...
     
     - запричитала было мать, когда я поднял её на руки и понес к дому. Но во дворе возле ёлки никого не было. Часть гостей из местных уже разошлась по домам а часть более стойких все ещё сидела за столами и смотрела " Голубой огонёк " который шёл до четырёх часов утра. В обычные дни по ночам, советское телевидение не работало. И исключением был только Новый год.
     
     - Я смотрю ты наглеть стал. Руки уже не по делу распустил... .
     
     - притворно гневно, тихо сказала мне мать. Когда в полутемных сенцах помогая Нине снять шубку, я помял ей груди через кофту. Какие они у неё большие и почти не отвислые, подумал я проводя ладонями по сиськам матери, легонько мня их ей через кофту. Да и с чего бы быть у Нины отвислым грудям? Она ещё не старая, тридцать шесть лет всего женщине и самочка в самом соку. Родила меня мать рано, сразу после окончания школы и сейчас мне было восемнадцать а маме тридцать шесть.
     
     - Да я нечаянно мам. Они у тебя такие большие вот и зацепил рукой... .
     
     - в наглую врал я Нине, стоя с ней лицом к лицу в полутемных сенцах где не горела лампочка а свет проходил с улицы через окно.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории: