 |
 |
 |  | Палец отпускает кнопку звонка. Пауза. За дверью слышны звуки шагов. Глазок на мгновение темнеет, и тут же поворот ключа возвещает о том что опознание произошло...
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Они с визгом кинулись ко мне и просто зацеловали. Потом Света вышла, вроде на кухню, а Ольга так гибко опустилась на колени и я оказался в раю, в самом прямом смысле этого слова - ну ведь только в раю может быть сладко! Оля взяла в свой красивый сладкий ротик моего взлетевшего в небеса от яркого удовольствия "орла" и вот сейчас я так бурно и сладко кончаю, чуть не рыча от невероятного удовольствия. И вскоре коварная новость - девушки принесли кофе. И коварная прелесть Оля выдала так очень сексуально - она сейчас пьёт "кофе со сливками". И мои красотки громко захихикали! Вот коварные какие! Но зато я точно отошёл от психа из-за постоянных стычек с Мехлисом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Между тем, Игорь, стоя на коленях у Иркиного изголовья, сосал ей соски, лизал ей груди, мял их и тискал. Ирка начала стонать - верный признак приближающегося оргазма. По-видимому, Игорь тоже понял, что медлить уже нечего. Правой рукой он быстро расстегнул Иркины шортики и стал их стаскивать вниз, причем моя супружница активно способствовала этому процессу, приподнимая попку, а когда шорты оказались ниже колен, задрыгала ногами чтобы окончательно сбросить их. Игорь привстал с колен, не отрываясь от Ирки, и даже не сказал, а выдохнул почти не слышно - Юра. В мгновение ока Юра вытянул руки, благо все в купе на расстоянии вытянутой руки и сдернул с Игоря треники, под которыми не было никаких плавок. Член его сантиметров двадцати, белый с красивой розовой головкой произвел на меня, а тем более на Ирку сильное впечатление. Из-за столика вытянулись к Игорю две зовущие руки с придыханием - Ну иди, иди же! Игорь согнул Ирке ноги в коленях, левую спустил с полки, а правую, согнутую в колене, прислонил к стенке купе. Так как правая нога Ирки свободно свисала с полки, то было хорошо видно, как белый член медленно входит в Иркино тело. Наконец он погрузился до конца. Игорь навалился на Ирку и мощно заработал. При каждом погружении его красивые белые ягодицы без единого волоска сжимались, а на обратном ходу распускались. Я был уже на пределе, сладкие стоны жены и вид этих ритмично сжимающихся и расслабляющихся ягодиц сводили меня с ума. Я уже схватился за свой член через тонкую ткань треников, чтобы освободится от этого страшного давления, которое распирало мне яички, как вдруг Юра, о существовании которого я почти забыл, вдруг мягко отвел мою руку и прошептал мне в ухо - Не надо, подожди, я сам облегчу тебя. Нежно обняв меня за плечи, он уложил меня на полку ногами к окну и прижался губами к моему рту. По-видимому, я уже был готов ко всему, так как начал отвечать на его поцелуй. Его щеки были гладкими как у женщины без малейшего намека на щетину. Что еще больше возбуждало меня. Его рука начала спускать мои треники, и скоро я, как и моя дорогая, оказался совсем обнаженным под молодым телом с изумительно нежной кожей, как у женщины. Я и не заметил, когда Юра успел раздеться. Его руки нежно бродили по моему телу, он целовал меня, то в губы, то в шею, сосал мои соски. Я понимал, что за этим должно последовать, но уже был готов на это. Юра согнул мне колени и прижал их к моей груди. Попка моя оказалась в его полной власти. В анусе сладко защемило. Неужели я гей, мелькнула мысль, когда я понял, что хочу и хочу этого как можно скорей. В руках у Юры появился откуда-то взявшийся мягкий пластмассовый флакон с длинным, с палец толщиной носиком. Не бойся - прошептал мне Юра - я все сделаю тебе очень нежно, ты не почувствуешь боли. Носик флакона плавно вошел в меня, направляемый опытной рукой, и я почувствовал, как тягучая, прохладная жидкость смазывает меня внутри. Юра отставил флакон и глубоко ввел в меня палец. Я застонал от удовольствия. Тебе больно? - участливо спросил Юра, не вынимая пальца. Нет - прошептал я в ответ - очень приятно. Юра ввел второй палец, потом третий, массируя и растягивая мое колечко. Юрочка, я больше не могу, хочу тебя - прошептал я. Что делалось на соседней полке, меня больше не интересовало. Юра развел мне ноги в коленях, чтобы я увидел то, что через секунду будет во мне. Он был тонкий и длинный, сантиметров двадцати пяти. Юра опять свел мне колени и развел в разные стороны мои лодыжки. Навалившись грудью на мои сведенные в коленях ноги. Отчего моя попка приподнялась, он подсунул туда тощую вагонную подушку и, держа мне левой рукой бедра, плотно прижатые вместе, другой рукой направил свой член в мою заждавшуюся его дырочку. Проникновение было легкое и безболезненное, как будто это было не в первый, а в сотый раз. Никогда не думал, что погружение в тебя мужского члена может быть настолько приятным. Я не мог сдерживаться, из моих губ вылетали прерывистые вздохи наслаждения. Входя в меня, Юрин член скользил по простате, вызывая судороги наслаждения, которые вскоре окончились сильнейшим оргазмом, который я до сих пор никогда не испытывал, ни при онанизме, ни при минете, ни просто при совокуплении. Моя струя достала мне до лица и залила грудь. Не спеша, Юра вышел из меня и я без сил вытянулся во весь рост. Теперь я мог посмотреть на соседнюю койку. Игорь только что кончил и сидел, широко разведя ноги и тяжело дыша, его член еще не успевший совсем опасть, блестел от Иркиных выделений. Ирка же, по-видимому, затраханная до потери пульса, даже не изменила позы: лежала, свесив одну ногу и держа у стенки вторую, согнутую в колене. Ее бритая пуська тоже еще не успела закрыться и между двух покрасневших мокрых губок чернела дырочка влагалища, из которой крупными каплями вытекала белая сперма. |  |  |
| |
|
Рассказ №23063
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 24/07/2020
Прочитано раз: 32242 (за неделю: 5)
Рейтинг: 75% (за неделю: 0%)
Цитата: "От голоса учительницы я, не ожидая того, сильно возбудился. Снял напряжение сам на сам, не стыдясь. Котёнок в животе молчал. Мне чудилось, молчал укbestоризненно, намекая на двух кобыл со мной в доме. В конце концов, я встряхнулся, отгоняя наваждение, а перед внутренним взором, грея сердце, взошла Елена Прекрасная. И я разрядился, утонув в удовольствии. Возбуждение спало, но желание обладать девушкой не уменьшилось...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Секретик: дело там у меня, серьёзно. Повидаться кое-с-кем, взять кое-что. Утром привезти, вечером забрать. Надо, Люб, больше не к кому обратиться.
- Ладно, Джемс Бонд, поговорю с Борей: какой ты деловой, прямо Корлеоне. Хорошо, я тебе перезвоню.
Буквально через полчаса связалась.
- Я тебе Борин номер эсэмэской скину, договорись сам. Предварительно он не против.
- Спасибо!
- Спасибо - много: помнишь мою левую руку, пальцы? - говорила, жутко стесняясь. Я подтвердил, что помню. Подтвердил без намёка на усмешку. - Так вот, что-то действовать перестали так, как положено. Ну, ты понимаешь, о чём речь:
- Без проблем, исправлю! Когда подойти? Могу сейчас:
- Нет! Сейчас не надо. У меня дома тоже не надо: нет, у меня в квартире, конечно, но когда Боря будет присутствовать: в ванне посидит, - заметалась Люба в мысленных попытках не оставаться со мной наедине.
- Когда скажешь, тогда встретимся. До пятницы я совершенно свободен.
Люба пообещала, что позвонит. В итоге, на следующее утро Боря за мной заехал.
От голоса учительницы я, не ожидая того, сильно возбудился. Снял напряжение сам на сам, не стыдясь. Котёнок в животе молчал. Мне чудилось, молчал укbestоризненно, намекая на двух кобыл со мной в доме. В конце концов, я встряхнулся, отгоняя наваждение, а перед внутренним взором, грея сердце, взошла Елена Прекрасная. И я разрядился, утонув в удовольствии. Возбуждение спало, но желание обладать девушкой не уменьшилось.
Боря вопросов о цели поездки не задавал и не ревновал меня к Любе от слова совсем. Разве что посетовал на то, что якобы контракт сорвался, но чего только ради корефана, меня то есть, не сделаешь. Я посочувствовал, но извиняться за финансовые потери не стал, а сделал вид, что намёк не понял. Боря заткнулся.
- Здесь останови, - сказал я, когда мы подъехали к ведьминому участку. Дом стоял немного в глубине, за металлическим забором из крупной сетки Рабицы.
Боря тормознул и удивился.
- А куда ты здесь?
- В дом зайти надо, меня ждут, - сказал, кивая в сторону кирпичного строения.
- В какой? - удивился водитель. - Тут же пустырь!
- Да вот же, присмотрись внимательней! - произнёс взволнованно, показывая направление рукой. Сердце заколотилось, ускоряясь. Либо я свихнулся, либо:
Боря, прищурившись, глядел в указанном направлении.
- Ха! Вот же, блин, не заметил. Давай братан, приехали. Когда за тобой заскочить?
У меня отлегло от сердца. Ай да ведьма, ай да сукина дочь! Отворот, так отворот, глобальный!
- Понятия не имею! Думаю, вечером позвоню.
- Договорились, братан, без проблем, но: я бы туда ни за какие коврижки не полез и тебе не советую.
- Почему?
- Да как тебе объяснить: спину скребёт что-то, будто советует: отвернись, мол, Боря, нечего тебе там делать. Мистика какая-то. Возможно, просто гон, но я своему чутью доверяю: ты здесь уже был?
- Бывал, Боря, не переживай. Это гоны, всё там нормально: - сам же я высказанной уверенности не испытывал. Ухоженный дом из красного кирпича волновал, давил, гнал от себя. Сглотнув, я вышел из машины.
Слава богу, ведьма жила в небольшом одноэтажном доме, а то провозился бы до ишачьей пасхи, а не с десяти утра до полуночи. Хорошо, что каникулы.
О чём ведьма забыла мне сообщить? Правильно, о самой себе. И я не подумал. Поэтому, когда, преодолевая острое нежелание входить в добротный, ухоженный дом из матово-рыжего кирпича, пройдя веранду, заставленную на удивление живыми, не завядшими, несмотря на глубокую осень, цветами, попал в большую комнату с зашторенными окнами, то чуть не обделался. На антикварном столе красного дерева лежала моя старушка, в том самом положении, которое врезалось в память - ничком. Рухнула, протягивая ко мне скрюченные пальцы, и застыла. Пепельно-седые, редкие, длинные волосы покрывали спину и плечи, одетые в светлый, вышитый орнаментом непонятной этнической принадлежности сарафан. Из его широких длинных рукавов торчали иссохшие корявые руки в пергаментной коже. Поворачивать голову и смотреть на лицо желания почему-то не возникло. Повезло, что ведьма мумифицировалась ещё в момент смерти, а то представляю, какой бы сейчас стоял запашок: а скорее соседи наплевали бы на отворотное заклятье: а может и не учуяли бы - дом стоял на отшибе посёлка.
Рассуждая таким образом, я прибрал первый трофей - позеленевшую от древности медную вазу со скрытым купоросной грязью орнаментом. Из выплывших знаний старой ведьмы понял, что это алтарь, посвящённый какому-то давно забытому божеству, ответственному за творение земли. Земли-матушки, а не планеты. Чаша, больше похожая на глубокое блюдо под фрукты или на салатницу, лежала рядом с головой опрокинутая; дно её было помято, помято очень давно, наверное, столетия назад, если не тысячелетия. Живо представил, как берегут посудину в походах, как случайно роняют, как по кожаной седельной сумке на излёте бьёт тяжёлый кистень: тряхнув головой, сбросил наваждение.
Начал поиски с чердака и чертыхнулся. Пыль и невесть откуда взявшийся птичий помёт - слуховые окна были плотно заперты - покрывали всё, включая поверхности под многочисленной рухлядью. Единственный более-менее ценный свёрток старого холста нашёлся в большом деревянном сундуке под грудой бесполезного женского тряпья модели какого-то лохматого года возрастом века два - три. Завёрнуты были скрученные в трубку листы пергамента, покрытые непонятными надписями и рисунками, почерк и языки которых угадывались разные, все незнакомые.
В скромной спальне с обычной современной двухместной кроватью, из простой деревянной тумбочки выгреб пластиковый файл с документами и заглянул в паспорт. Старушке два дня назад исполнилось сорок три. На фото она выглядела очень симпатичной, эффектной женщиной, улыбающейся с загадкой Джоконды. Елизавета Юрьевна Юрьева, прошу любить и жаловать, уроженка города-героя Ленинграда.
С чёрно-белого пожелтевшего снимка, с подпалённым краем, с изломом по центру, на меня глядела гражданка Юрьева, одетая точно, как Аксинья в кино Тихий Дон возрастом ни на день не старше современной копии. Та, деревенская красавица, обнимала за плечо девушку - ровесницу моей Катришки, которая выглядела лукавой и явно строила глазки. Можно было подумать, что ранняя мама с дочерью сходили в баньку, переоделись, причесались и присели на завалинку отдохнуть, а тут городской пижон с фотоаппаратом и комплиментами нарисовался. Изба за спиной селянок выглядела добротной, была сложена, казалось, из вековых брёвен; окна украшали весёлые резные наличники. Хозяева явно не бедствовали. Больше ничего, что напоминало бы о личной жизни владелицы дома, найти не удалось. Искал я тщательно и аккуратно, стараясь не оставлять следов.
Я стал обладателем бумаг с записями на неизвестном языке, шкатулки с золотыми и серебряными ювелирными изделиями, многие с камнями - наверное, дорогие, не специалист. Украшения с каракулями лежали, особо не скрываясь, в трюмо под зеркалом в гардеробной комнате размером со спальню, сплошь завешанной женской одеждой, от белья до шуб и сапог. Моя ведьмочка, оказывается, любила помодничать, а этно-сарафан, похоже, являлся рабочей спецовкой. Или данью традиции.
Кухня была заставлена современной техникой, прям как в кулинарных телещоу. Зверский голод, шесть часов прошло, заморил сырокопчёной колбасой без хлеба, который насквозь пророс плесенью, запил чаем. И решился взяться за тайник, наконец.
Я впервые стал свидетелем настоящего чуда. Мысль об искусной иллюзии, исследовав подполье в поисках намёка на механизм, отбросил. На третий стук, едва отзвучало забавное двустишие, две половицы пошли волнами и растаяли. Да, элементарно испарились, растворились в воздухе и прочие сравнения - выбирай любой. Открылась выложенная старым кирпичом яма размером с коробку из-под микроволновки, в ней старинная книга в кожаной обложке с металлическими застёжками и переплётом, две деревянные шкатулки, как в "Поле чудес" и стопки бумажных рублей купюрами по тысяче и по пять. Деньги были скреплены аптечными резинками, наверное, по сотне штук.
Отдельно обнаружился матерчатый свёрток, в котором звенели монеты. Посмотрел - золото и серебро царской чеканки, насколько я понял. Вытащил предметы, поковырял стены и прилегающие балки, и как только рука покинула объём тайника, половые доски возникли из ниоткуда, нагло, будто всегда здесь лежали, не исчезали ни на секунду. Звук при постукивании не отличался от соседних мест, пустота не откликалась. Тяжело вздохнув, пересилил желание открыть находки немедленно, полез в настоящий подвал. Кроме солений - варений ничего интересного не обнаружил. Разве что баночку клубничного десерта прихватизировал, который на кухне с чаем смолол, ожидая наступления темноты: бабулю необходимо было куда-нибудь деть, чтобы вокруг исчезновение старой ведьмы напустить туману.
Ел варенье и размышлял, куда деть бабку. Что удивительно, ни страха, ни дискомфорта рядом с трупом не испытывал: пока не надо было подходить вплотную, прикасаться руками: бр-р-р. На улице, однако, смеркалось:
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 74%)
|