 |
| |
| | Амина, освободив рот, орала. "ты же порвешь меня. Больно. Дима, не надо, прошу". " расслабь очко, блядь". Дима сильно ударил по попе Амине. она крикнула. Член пролез вглубь. Девушка орала и плакала. Рот снова занял качок. Помаленьку Дима и негр стали буравить очко в унисон. Парням понравилось веселье. Девушкиу драли по 2 члена в попу и рот. Вдоволь наигравшись с Аминой и удовлетворив похоть, Дмитрий поехал спать. Утром на работу. Ну и денёк. | | |
| |
|
| |
| | Да, это был общеизвестный детдомовский ненорматив: летом в дежурство Матвея Изольдовича можно было сбега? ть на ночной пляж их маленькой речки. Всеми остальными ночами двери детского дома с вечера накрепко закрывались, а вот строгий директор школы и безответственный воспитатель Матвей Изольдович любил попить чайку в сторожке у приветливой Марьи Ипатьевны. Правда, негласно им оставлялся за себя какой-нибудь дежурный из мелкашей, который и сообщал через полчаса-час после свершившегося ночного побега о случившемся, зачастую сам перед этим вдоволь набрызгавшись в тёплой ночной воде. Тогда Матвей Изольдович схватывался за сердце и торопился на берег... | | |
| |
|
| |
| | Кто была эта женщина? Молоденькая мокрощелка, отбившаяся от шумной пьяной компании и, повинуясь настойчивому естественному позыву, наивно заголившая манерно выбритую письку около капота моего автомобиля? Или может сорокалетняя женщина, возвращавшаяся из гостей с солидным попутчиком и не рассчитавшая выносливости своего мочевого пузыря? Блондинка или брюнетка? Какую ПИЗДУ увидел слепой и равнодушный снег? Этого мне знать не дано... | | |
| |
|
| |
| | Обмотанный полотенцем вокруг бёдер, Димка сидел, согнув ноги в коленях, и полотенце обтягивало его бёдра, колени и ноги подобно юбке, так что член его под полотенцем виден не был, а между тем член у него, у Димки, уже стоял, дыбился несгибаемым колом - залупившийся член сладостно, конвульсивно вздрагивал, едва Димка, глядя на Расика, предвкушающе сжимал, сладострастно стискивал мышцы сладко зудящего ануса... "пятое время года - это не дни, а ты... ты, Расик... ты, и только ты!" - горячо, порывисто подумал Димка, неотрывно глядя Расиму в глаза. | | |
| |
|
Рассказ №24184
|
