 |
| |
| | - Помоги- попросил насильник и тут же её голову сильно дернули за волосы к полу. Катя закричала от боли и на мгновение потеряла контроль за ситуацией. Этого было достаточно, чтобы огромный кол вошёл в её кишку и начал медленно продвигаться, пытаясь войти целиком. Боль была жуткая. Кате казалось, что её разрывают пополам, выдергивают позвоночник. Она не могла даже кричать, судороги сбивали ей дыхание. В глазах потемнело, боль ушла, и она увидела происходящее со стороны. Вот она сучит ногами, пытаясь вырваться, её крепко держат за волосы, а с другой стороны её тело нанизаны на толстый и длинный шампур. Кричит она звонко, громко, вкладывая в крик всю свою боль. Рядом насилуют Гульнар. Она плачет на взрыв, стонет от боли и дергает стройными ногами. | | |
| |
|
| |
| | Включив ребенку мультики, я пошел в комнату. Жена сидела перед ними по пояс голая, а врач ее слушал. "Все хорошо, давайте приспускайте трусики и поворачивайтесь, на бочек, будим температуру измерять". "А почему ректально, может можно по старинке, подмышкой" спросила жена, одевая лямки сорочки. "Ректально более точна, измеряется температура, давайте не стесняйтесь". Тут она увидела меня в дверном проеме. И вопросительно посмотрела на меня. Я лишь помотал головой в знак не согласия. Жена запустила руки под одеяло, приспустила трусики, повернулась на бочок и откинула немного одеяло, тем самым оголив свою попу. | | |
| |
|
| |
| | Прямо на меня смотрела женская жопа, юбка была задрана, трусы слегка спущены. Жопа ритмично колыхалась в такт странным звукам. Наша вожатая стояла раком и заглядывала в ту же скважину, что и я. Она подсматривала за пацанами и "дрочила". Как я сдержался, не помню. Мне так хотелось, с оттяжкой, врезать по этой жопе. Вожатая несколько раз дернулась и затихла. Я наблюдал, как она натянула трусы, поправила юбку, взяла какие то бумаги и вышла. Я еле дождался конца осмотра мальчишек. Быстренько покинув своё убежище, я пришел в класс. После того, что я посмотрел, всё остальное стало мне не интересным. Ещё очень долго, встречая вожатую в коридоре школы, я отводил глаза. Мне так хотелось заорать во всю глотку: "Я всё видел, там в подсобке". Когда я смотрел на неё сзади, мой писюн невольно вставал дыбом. | | |
| |
|
| |
| | С этого момента Ольга потеряла счет дням. Как-то во время обеда, когда она встретилась глазами с Сергеем, он взял со стола солонку - да так, что в его руке она предстала не солонкой, а фаллосом. И оба рассмеялись. А потом, на что бы ни падал ее взгляд, все представлялось ей фаллическими символами: и столб с часами, под которым лежали два огромных валуна, и кнехт прогулочного катера, с которого на берег отдавали швартовы, и пушка с двухколесным лафетом, из которой когда-то якобы стреляли. Со смехом она признавалась в этом Сергею, и тот с видимым удовольствием соглашался. Он упросил ее не надевать днем белья и везде, где его заставало желание, он заставлял ее испытывать острый стыд и не менее острое наслаждение - от того, что вокруг были люди, а они занимались: он опять принуждал ее произносить это вслух: е. . ей! И на пляже, где, едва укрывшись в редком кустарнике, он расстилал ее под собой на песке. И в солярии, где он (не стесняясь сестричек, которые, случись им оказаться неподалеку, лишь стыдливо отводили глаза) прижимал ее за углом к дальней стенке и чуть ли не на плечо себе задирал ее ногу. И вечером на дискотеке, где в прозрачной полумгле коридора он заголял ее ягодицы и вставлял свой "вечно живой". И даже во время обеда, когда он взглядом вызывал ее к туалету, а там, заведя в кабинку (тем более, что никаких "мэ" и "жо" на ней не было) , усаживал на стульчак и предлагал соленый и терпкий "десерт". Ее все это удивляло, забавляло, волновало - и приводило к долгим, бурным, никогда прежде не испытанным оргазмам. | | |
| |
|
Рассказ №24401
|
