 |
| |
| | И вот появились. Боже мой! Они в беседке разделись и идут по дорожке голенькие, в одних туфлях. Впереди Леночка бедрами покачивает, свои титечки ладонями приподняла, как на блюде подает. За ней Наташенька - руки за спину заложила и вышагивает, как модель на подиуме. Вот они уже в прихожей, подходят ко мне, и затейница Наташа говорит в стиле сказок "Тысячи и одной ночи" : | | |
| |
|
| |
| | Приспустив на ней трусики я уже вовсю любовался открывшимся мне ее киской и дырочкой в попке. Засунув палец ей в п...у я начал там дрочить, а другой рукой у себя. Через некоторое время уже вовсю разойдясь, я засунул к ней и свой член, и начал ее трахать самым бесстыдным образом, меня просто заводила эта ситуация, когда Вика лежала беспомощная, а я собирался кончить ей. И тут неожиданно раздались голоса на лестничной клетке, я услышал свою жену и ее подругу, и понял, что мне сломался такой кайф. Я быстро вытащил свой член из Викиной киски, кое-как натянул на нее трусики и быстро перебрался на свою кровать. Когда жена с подругой зашли, я уже, что называется, видел якобы десятый сон. Они еще пободтали о чем-то на кухне, а потом разошлись спать, подруга пошла в комнату к Вике, а жена перебралась ко мне. Я почувствовал ее голое тело рядом с собой, и мой член опять проснулся. повернувшись к ней, я с силой вошел в ее анус, отчего она застонала, и недолго пое.ав, кончил ей в жопу. | | |
| |
|
| |
| | Зрелище я представляла собой презанятное - посиневшие припухшие и вытянутые соски, вставший торчком лиловый клитор, высунувшийся наружу сантиметра на два (просто его так высосали), губки влагалища уже ничего не закрывают и малые губы так распухли и растянулись что почти накрыли собой большие, анус просто разворочен так что сфинктер даже не пульсирует, желудок полон спермы, и ею покрыто все мое тело, а вся одежда превратилась в мокрые половые тряпки. Я сидела на подоконнике, расставив ноги по бокам попки и изучала себя, отдыхая, но тут вошли еще два новых мальчика, с вожделением посмотрели на меня и спросили - нам пацаны сказали, что ты всем даешь Кристи, можно мы тоже тебя выебем. Я уже пресытилась обычной еблей, мне хотелось чего-то новенького - и я сказала - можно, но при условии, что один из вас будет ебать другого, пока тот ебет меня, пойдет. Да, да согласились возбужденные мальчики и сбросили с себя одежду. Один из них подошел ко мне и положив мои ноги себе на плечи протолкнул свой отнюдь не маленький кол в мое раздолбанное отверстие, а второй мальчик подошел к нему сзади, собрал в ладошку спермы с моего тела, намазал ей очко товарища и заснул ему в жопу. Я поняла, что они занимаются этим не впервой. Они оттрахали меня в обе дырки по два раза, но я уже не могла кончить и обессилено опустилась на пол в похотливом полузабытьи. Минут через 15 дверь туалета открылась и на пороге застыл, глядя на меня мой учитель математики. Боже Кристи, что ты здесь делаешь, что с тобой - вскричал он, и подбежал ко мне. Да ты вся в сперме, тебя что изнасиловали? Нет, ответила я, я сама подставляла свои дырочки, а вы хотите немного попользоваться маленькой шлюшкой с большими дырками? У него похотливо загорелись глаза и не слова не говоря он, подхватил меня и мою одежду на руки, бегом добежал до учительской и повалил на центральный стол. У нас еще целый час прошептал он, расстегивая штаны и всовывая в мое широкое очко свой 20 ти сантиметровый толстый хер, который с хлюпаньем провалился в заполненную спермой до краев прямую кишку. Он с громким чавканьем входил и выходил из меня, руками держась за сиськи, и сильно их сжимая, а я подмахивала ему своим натруженным тазом. Минут через пять он рывком выдернул хуй из моей задницы и вдвинул его в распухшую широченную пизду, выбив из нее фонтан спермы. Я раздвинула руками красные губки и приняла в себя его напряженные тугие яйца. Такого он еще не испытывал и от этих ощущений тут же начал вливать в меня свою тугую струю. В этот момент дверь учительской распахнулась и на нас уставился молодой преподаватель физкультуры, на его штанах вырос большой бугор от увиденной картины. Что это у вас тут происходит - спросил он. Не смущайся, присоединяйся к нам - ответил учитель математики, такую шлюху надо еще поискать, она давала всем мальчикам в туалете, а теперь и я попробовал ее дырочки. Физкультурник подошел ко мне со спущенными штанами и я помогла ему засунуть член в мою многострадальную письку. Он выебал меня по полной программе, и в заключении я отсосала у него, глубоко пропуская в горло хуй и облизывая язычком яйца. После этого я попросила отвезти меня домой. Они согласились, я натянула на себя мокрую одежду, а физкультурник, сказав что у него есть идея, разорвал мои трусики у входа во влагалище. | | |
| |
|
| |
| | Я всегда мечтала попробовать групповушку, но все никак не доводилось. Меня возбуждают женщины и мужчины, а еще свое тело. Мне очень нравится раздеться, когда никого нет дома, включить музыку и фантазировать.
| | |
| |
|
Рассказ №24991
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 11/09/2021
Прочитано раз: 23556 (за неделю: 8)
Рейтинг: 78% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Я стал тереть спинку Галине Викторовне. Она сначала все охала, да ахала, мочалом мыть нежно не получается. В итоге она уперлась руками в стену, а я продолжал. Закончив со спиной, я опустился к её попке. Мне это было очень приятно, и к тому же мне хорошо была виден её "бутончик". Я опустился на корточки и перешел на её ножки, и, орудуя мочалом, я изредка касался её "бутончика" и ей это тоже навилось. Осмелев, я уже трогал её там, а она не противилась этому. Потом я помыл её спереди, и предложил потереть стопы. Все повторилось как тогда с Танюшкой. Я тёр Галине Викторовне её маленькие пяточки и любовался видом её низа. Конечно, она это осознавала и, видимо, ей нравилось это не меньше моего...."
Страницы: [ 1 ]
- В следующем году к нам в деревню расселили эвакуированных. Их было три семьи. Одну семью поселили к нам в дом, и они заняли одну нашу комнату. Галина Викторовна была женщиной лет 30, а её дочке Наде ещё не было пяти лет. Потом выяснилось, что Надя была приёмной. Галина Викторовна до войны жила в Смоленске, работала учительницей. Она была доброй и любила детей. Надюшка была дочерью близкой подруги Галины Викторовны, из их семей в живых остались только они.
- Первое время ей было трудно с нами. Она всегда жила в городе и деревенская жизнь для неё была трудна, ведь в деревне бездельников не бывает, всегда есть работа. Её определили на ферму, в одну бригаду с мамой. А Надюшка целыми днями бегала с другими малышами, они были предоставлены сами себе.
- Когда мы все вместе первый раз пошли в баню, Галина Викторовна сильно смущалась, для неё это было в новинку. Раньше ничего подобного в её жизни не случалось. Все время она прикрывала себя снизу, чтобы никто не смотрел. Позже она поняла, что никому она не интересна и перестала прикрываться. Но я украдкой разглядывал её, и она несколько раз ловила мой взгляд. Тогда она краснела и делала попытки повернуться другим боком ко мне другим боком. Через несколько недель она уже и на это не реагировала. Мне было интересно её рассматривать, ведь она сильно отличалась от наших деревенских женщин. Галина Викторовна была худенькой брюнеткой, невысокого роста, её фигура была очень пропорциональной с кругленькой попкой и крупной грудью. Но мне больше всего нравился её низ, который был именно "бутончик". А "бутончик" был хорош! Темно-коричневые мясистые губки совсем не хотели помещаться в её аккуратной щёлочке. У неё там были черные негустые волосы, поэтому мне все хорошо было видно, и я постоянно любовался ею. Потом Галина Викторовна, видимо, поняла это, поняла, что я именно любуюсь её красотой, и уже сама кокетничала со мной. Как и у Танюшки, я в подробностях все там у неё изучил.
- Через какое-то время Галина Викторовна узнала, что мы с мамой не просто спим. Для неё это тоже стало потрясением. Уж не знаю сама она об этом догадалась или мама рассказала, но смотрела она на нас уже другими глазами. Какое-то время она была с нами нелюдимой, избегала общения, но позже все образумилось. Думаю, она просто все обдумала, и поняла, что ничего в этом смертельного нет. Стали мы жить как прежде.
- Один раз в бане Галина Викторовна подошла ко мне бане и попросила чуть отойти.
- Вова, тебе не будет трудно помыть меня? - спросила она меня, смущаясь.
- Конечно не трудно, - ответил я, - давайте помою.
- Я стал тереть спинку Галине Викторовне. Она сначала все охала, да ахала, мочалом мыть нежно не получается. В итоге она уперлась руками в стену, а я продолжал. Закончив со спиной, я опустился к её попке. Мне это было очень приятно, и к тому же мне хорошо была виден её "бутончик". Я опустился на корточки и перешел на её ножки, и, орудуя мочалом, я изредка касался её "бутончика" и ей это тоже навилось. Осмелев, я уже трогал её там, а она не противилась этому. Потом я помыл её спереди, и предложил потереть стопы. Все повторилось как тогда с Танюшкой. Я тёр Галине Викторовне её маленькие пяточки и любовался видом её низа. Конечно, она это осознавала и, видимо, ей нравилось это не меньше моего.
- В итоге вечером я спал уже с Галиной Викторовной, а Надюшка на печи с сестрами. Конечно, все это произошло с подачи мамы, они, скорее всего, обсудили это заранее. Сначала она немного нервничала, переживала, но потом все случилось. Мне очень хотелось доставить удовольствие этой приятной женщине. Сначала она была суховата, но позже все наладилось и дело пошло. Галина Викторовна оказалась очень темпераментной и полностью отдалась моей власти. Забавлялись мы почти полночи.
- Как-то раз в бане случился конфуз. Я мыл Галину Викторовну сзади и засмотрелся на её красоты. От таких видов у меня встал. Конечно, и раньше такое бывало, но никто на это не обращал внимания. А тут Надюшка тихонько подкралась ко мне и схватила ручонкой за мой хрен. Да крепко так взяла, что мне аж больно стало. Женщины увидали это, и давай смеяться в голос, а я стою и не знаю как быть, малая держит меня не выпуская, залупа полностью открылась и от такого давления стала бордовой, а Надюшка смотрит на неё не отрываясь. Женщины просмеялись и Галина Викторовна освободила мое хозяйство. Они потом часто вспоминали тот случай. А Надюшка всегда потом в бане рассматривала меня.
- Прошло три года и мы, как многие в деревне, уже обжились, свое хозяйство обустроили. Я запасал больше дров, и мы иногда позволяли себе свою баньку. Потихоньку за лето я её привел в нормальный вид, и с осени мы стали туда ходить. В общественную мы тоже ходили иногда, чтоб люди не судачили про нас. На пять женщин в нашей семье был только я один. Надо и воды натаскать, и дровишек приготовить. В субботу я её готовил, а в воскресенье мы мылись. К тому времени уже, и снабжение чуть наладилось, можно было и мылом разжиться. Банька наша была небольшая, на такое число не рассчитанная. Так вот, первыми шли мы с мамой и Людкой, я их веником обрабатывал и шел в сени, дровишек подкинуть да дух перевести. Они домывались и уходили, а на смену приходили остальные девчонки. Тут уж мы мылись с толком. Я всех их сначала веником, потом вихоточкой с мылом. Ставлю их по очереди на нижний полок и драю. Мне так было удобней, я ведь рослый, а они маленькие. А Надюшка все на меня заглядывается, как не гляну на неё, а она все туда смотрит. От этого у меня сразу вставал, а она, видимо, только этого и ждала. Девчонки, видя это, ещё больше заливаются.
- Да потрогай уже, Вова не против, - сквозь смех говорила Галина Викторовна дочке.
Я повернулся к Надюшке и она стала мусолить моё хозяйство. Было неприятно, но пришлось терпеть, а девки только потешались.
Такие банные дни мы ждали как настоящего праздника. Мама с Людкой особого восторга не выказывали, мол, просто баня и баня, а вот остальные светились от радости. Оно и понятно, ведь тогда радости в жизни было очень мало.
- Так и пошла дальше наша жизнь. Мы работали, уставали неимоверно, но всей стране плохо было. Поэтому радовали друг друга как могли. Все свыклись, и не устраивали из наших отношений никаких трагедий. Работали честно, от всей души, своими руками вывели колхоз в лидеры. Потом война закончилась, и стали мужики возвращаться домой. Только вернулись далеко не все, из наших возвратилось не больше четверти, да и те отходили еще несколько лет. Кто пил беспробудно, кто с ума сошел, а кто молчал как немтырь. Жизнь после войны налаживалась медленно, и опять все легло, в основном, на женские плечи.
- Наш батя с войны не пришел. Так мы и не узнали когда и что с ним произошло. В 1947 году нам, наконец, ответили, что он в Польше погиб, а похоронка нам не дошла. Вот и продолжили мы жить как прежде. Галина Викторовна с дочкой остались в деревне, только переехали в отдельный дом. Я, как и прежде был и с ней и с мамой, ласкал сестренку. Не знаю, как в других семьях обсуждали этот вопрос или нет, но жизнь людей не менялась, никто это не обсуждал на людях и никого не осуждал, хотя бывало, что и детки в деревне рождались.
- Потом колхоз направил меня в ремесленное училище в Челябинск. Я учился на механика гусеничной техники, а в результате меня оставили на заводе слесарем механо-сборочных работ. Позже стал бригадиром, а потом мастером участка. Так всю жизнь там и работал. Как дали общежитие, перевез маму и Таню, а Людка уже была замужем. В городе Таня вышла замуж и уехала с мужем в Краснодар, а там выучилась на врача. Мы потом редко виделись и всегда вспоминали наши проказы. Я ей тогда признался, как любовался её красотами. Таня тоже призналась: "А я это знала, поэтому и старалась тебе всем угодить. А тебе спасибо, что старался не только для себя, но и мне хорошо делал". С Людой мы виделись часто, но такие истории нас не связывали.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 55%)
|
