 |
 |
 |  | - Вылижи мне попку, и я тебя пощажу. - Сказала я, подходя к Оле. Она с готовностью вылизывала меня, её язык проникал мне в анус, я стонала от наслаждения. Отошла от неё, пленница умоляюще смотрела на меня, я улыбнулась, освободила её от ремней и отвела к кровати, к которой приковала, положив на живот. Ей нужно было немного отдохнуть... Я легла спать, пролежала час, но сон не шёл совсем. В моём воображении я проделывала новые и новые издевательства над Олей. Вернулась вниз, пленница спала совершенно обессиленная. "Вставай, сучка" - Сказала я, шлёпнув девушку по избитой попке. Оля вскрикнула и проснулась. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мы смотрели порнуху. На экране два парня трахали девушку в обе дырки. Наташа подлезла ко мне." Я тоже так хочу, сейчас приспособимся"- сказала Наташа, достала еще один двухсторонний "член", потоньше и подлиннее первого. Она задрала попку кверху. Я смазал конец вибратора. Но Наташа попросила смазать и второй. "Потом увидишь"-ответила она на мой вопросительный взгляд. Она легла на спину и попросила ввести "член" ей в попку. Я нежно выполнил просьбу, благо попка была уже не такая тугая, как в первый раз. Немного подвигав вибратором , я остановился и лег на Наташу. Она вставила окончательно отвердевший член себе в лоно. И началось. Наташа рукой задвигала "членом" у себя в попе, а я начал работать сверху. От возбуждения перехватывало дыхание. Я ощущал своим членом "член", который был в попке через тонкую перегородку, его вибрацию. Наташа тяжело дышала, закрыв глаза. Я почувствовал как она начала искать пальчиком мой анус, а ,найдя его, стала пытаться втиснуться туда. Ну. Раз пошла такая пьянка - режь последний огурец. Особых ограничений я не признавал, не любил только гомиков. Я остановился, слез и подал Наташа баночку со смазкой. Она все поняла без слов, тем более, что сама этого хотела. После смазки моего ануса я опять занял прежнее место. Наташа ласкала уже двумя руками мою попку и легко вводила пальчик вовнутрь. Так мы перешли от скоротечного траханья к осознанному занятию сексом. Тут хозяйка остановилась. Она взяла другой конец "члена", который все время пытался выскользнуть из руки и стала вводить его мне. Такого я себе и представить не мог. От осознания того, что мы будем сцеплены одним "членом" я чуть не кончил. После удачной стыковки мы стали двигаться и вибратор заездил по задницам. Подкатывался оргазм и мы, уже как единый организм, это чувствовали. "Можешь в меня. Не бойся"- шепнула Наташа, и тут же нас затрясло. Наташа добавила "члену" мощности, покрутив выключатель, и мы свалились с кровати на прикроватный коврик. "Член" выскочил из наших задниц. Почувствовалось ощущение пустоты там и я вставил уже свой член в попку к Наташе. Кончания продолжались несколько минут. Обессиленные мы повалились. "Как ты догадался засунуть мне в попку после того как вибратор вывалился. Это было просто супер!"- шептала на ухо Натаха. "Мне просто самому хотелось чтобы кто-то заполнил пустоту в моей"- ответил я . "Правда? А хочешь я тебя трахну?"- спросила она - "Интересно?". Я сходил за бутылкой (пить страшно хотелось) и присосался прямо из горлышка. Опять появилась легкая мутность в голове и я кивнул. "Тебе побольше или поменьше выбрать" - и она предъявила мне целую коллекцию своих "членов". "На твой выбор"-ответил я. Она взяла сняла чулки. "Ложись"-указала на кровать. Я лег. "Не так, на живот. Переворачивайся."-скомандовала Наташа. Перевернув меня, она села мне на шею и стала привязывать мои руки чулками к спинке, оставив при этом узлы не сильно затянутыми. Потом чем-то зашуршала, я уже не видел. Я изнывал в ожидании. Наташа прикоснулась ко мне. На руках, видимо появились перчатки, потому, что я почувствовал прикосновение сего-прохладного. Наташа стала всего меня вымазывать чем-то скольким. Было очень приятно . Рука ее скользнула вниз и мой член тут же встал как на посту. Продолжая ласки, Наташа подобралась к анусу. Смазав его она вставила сразу несколько пальцев. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я аккуратно осваивал мастерство минета, вылизывая и отсасывая член моего друга и одноклассника в школе "это нечто скажу тебе, когда твой друг сосет тебе член и аж так чувствительно это кайф" говорил Егор наслаждаясь тем как я играю языком с его членом и головкой во во рту своем. Я сосал и подрачивал его член и все длилось почти минут 10, пока я в порыве страсти и похоти не стал быстрее дрочить его член и быстрее насаживаясь ртом на член, и вдруг самое желаемое не заставило себя ждать, Егор схватив руками меня за голову стал сам вгонять свой член мне в рот застонав начал кончать мне в рот заливая его спермой, я старался глотать его сперму но ее было очень много, я глотал и наслаждался терпкими вкусом спермы в моем рту ммммм я был на пике что бы сам не кончить в штаны. Егор вылив в мой рот сперму свою выдохнул громко, а я пролжив сосать и высасывать его сперму из члена, вылизывая до чиста "вот теперь точно пар выпустил" сказал Егор "ну наконец-то ахах" ответил я "ты классно сосешь как для первого раза" сделал комплимент Егор "я рад что тебе понравилось как я сосал тебе" ответил я "а тебе понравилось сосать мне?" |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - В зрелом возрасте мужчина продуцирует большое количество спермы, и, если он не вступает с женщиной в половые отношения, то сперма накапливается и требует выхода. Ночные поллюции (от слова "пачкать") потому и происходят. Начинайте, Василий Степанович. Молодой врач взял свой мягкий член в кулак и легко обнажил бледно-синюю головку. |  |  |
| |
|
Рассказ №22713
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/04/2020
Прочитано раз: 26980 (за неделю: 3)
Рейтинг: 26% (за неделю: 0%)
Цитата: "И тогда Олежка отчаянно забился, стараясь вырваться из рук этих извращенок. Но здоровенные Марина с Женькой навалились на него своим пятипудовым весом каждая - одна на плечи и на голову, одновременно сдерживая руки, вторая подмяла под себя его ноги. Лера повесила красный мешок клизмы на один из гвоздей, держащих висящий на стене ковёр, мазала кремом длинный белый наконечник клизмы. Олежка ещё раз вернулся, но был накрепко прижат двумя здоровенными девками. Тут он почувствовал прикосновение прохладных пальцев к своей попе. Пока подруги держали его, Лера уверенной рукой вводила наконечник в его анальное отверстие. И в этот момент он почувствовал прохладу, а затем нарастающую тяжесть в животе. Зачем ему делали клизму, что собрались делать с ним дальше - он просто не воспринимал. Даже ощущение стыда - всё было отрезано какой-то пеленой страха, который сковал, парализовал у него не только тело, мышление, но и восприятие мира, реальности......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
В день своего 18-летия Олег, инфантильный парень, проснулся несколько позже обычного. Было лето, учёба в институте ещё не началась, и он, тем более в честь праздника, не отказал себе в удовольствии "полениться". Нехотя потянувшись, он рассмотрел СМС-ки в телефоне. Все они были от матери, уже несколько дней находящейся в командировке. В одной из них она поздравляла его с днём рождения, в другой уведомляла, где лежит спрятанный ею перед отъездом в командировку подарок для него, и предупреждала, что командировка может затянуться, и пусть он наконец-то научится обходиться самостоятельно, не оглядываясь на неё. Если потребуются деньги, пусть позвонит, но при этом ему следует объяснить, на что он истратил те, что были оставлены ему перед её отъездом.
Подарок на этот раз оказался в виде денег. Его Олежка мог потратить на своё усмотрение. Конечно, парень он был очень несамостоятельный, типичный "маменькин сынок, причём "как маленький". Вкупе со своей стеснительностью, граничащей с "диковатостью", он оказывался настоящим "домашним ребёнком", мало приспособленным к жизни, пугающимся всякой её новизны, и очень остро переживающим её острые моменты. Даже в институт он поступил на самый "лёгкий" факультет, лишь бы избежать службы в армии. Девушек он стеснялся, и скорее даже от страха - "что там будет дальше?" - старался с ними не знакомиться, у него не было и школьных подруг. Круг друзей также был крайне ограничен. Отца он не помнил лет с трёх, мамины родители жили в другом городе...
Но этот день всецело был "его", и он уже решил, куда потратить часть подаренных ему денег. Для начала он позвонил в несколько кафе, в одном из них заказал столик на нескольких своих близких друзей, которые были такими же "домашними мальчиками", как и он сам. От приглашения никто из них не отказался, и около шести вечера они, все пятеро, включая именинника, собрались там. Стол, разумеется, был "детским": никто из них в жизни ещё не пробовал даже курить, не говоря уже о даже самом легком алкоголе. Сладости, кофе и чай, лимонад, фрукты - этого было достаточно. Все на радовались как дети, а так как время подходило к девяти часам, то родители друзей стали им звонить с требованиями вернуться домой. Так, распрощавшись со всеми, он решил ещё немного посидеть, наслаждаясь своей свободой.
Ещё пока он был в компании друзей, выслушивая их поздравления и пожелания, он уже каким-то более чутьём, чем взглядом заметил через пару столов от себя двух девушек, примерно чуть постарше него. Они как-то по-особенному бросали на него взгляды, смотрели чересчур пристально, иногда переговариваясь меж собой при этом. До него даже донеслось слово "Ботан!", но имел ли этот разговор отношение к нему, он не стал задумываться.
Пока оставалось время заказа столика, он сидел в задумчивом одиночестве, и перенасыщенный уже, лениво доедал кусок торта на тарелке. Так, ушедший в себя, он и не заметил, как с обоих боков рядом с ним оказались две эти девушки. Он даже вздрогнул, когда одна из них начала говорить.
- Чего скучаем? - и с этим вопросом она бесцеремонно взяла кусок торта из оставшегося, который Олежка хотел взять домой на завтра. Вторая девушка тоже не отстала, взяв другой кусок.
Хотя ему и не хотелось вступать в разговоры с чересчур развязными девками, но они как-то сумели вытянуть его на откровенности, попутно пожирая безо всякого спроса оставшееся на столе. А у него не хватало даже не столько духу, но и едва ли не понимания, что следует немедленно осадить нахалок. Он и не знал, в каких словах это следует выразить. Так, даже не назвав ещё себя, они выспросили у него и как его зовут, и с кем и как живёт, где учился и учится сейчас, какие изучал языки, и даже улицу проживания. Узнав, что у него сегодня как раз день рождения, они буквально насели на него с предложениями продолжить праздник ещё где-нибудь. Девушки буквально подавляли его, и не только своим напором и бесцеремонностью, но и внешним видом. Это были очень рослые упитанные и крупные девки, плотные, широкие в кости, и не просто нахальные, а весьма наглые. Потому они, когда подошёл к концу срок заказа столика, безо всяких вопросов перенесли всё оставшееся и недоеденное на свой столик, и перетащили к себе и Олежку. Там у них оказалась недопитая бутылка вина, и они налили ему рюмку. Никогда не пробовавший спиртного, Олежка с опаской понюхал вино, сделал мелкий глоток.
- Да чего ты пробуешь, будто это отрава? Или кислота? - со смехом сказала одна из них. - Смотри! - она налила себе рюмку до краёв и опрокинула себе в рот. - Вот так и пей! Совсем ты ещё щегол! - Она запустила ему пальцы в волосы, и пригнула голову. - Пей!
Олежка глубоко вздохнул, выждал несколько секунд, и в один глоток опустошил рюмку. Откинулся назад. В голове у него зашумело.
Неизвестно, что сыграло больше роли - его непривычие к алкоголю или то, что до этого он съел много сладкого - но в глазах у него всё поплыло, зашумело в ушах. Как сквозь сон он разговаривал с девушками, почти не понимая значения слов. Оказалось, что беленькую звали Мариной, а вторую, с крашеными в красный цвет волосами - Женькой. Затем, когда он несколько вошёл в себя, Женька предложила ему потанцевать, на что он ответил, что не умеет.
- Да ты что?! Давай сразу и научим! Ты хотя бы на гитаре бренчать умеешь?
- На аккордеоне - да, - заплетающимся языком отвечал Олежка. - Не так давно играл на свадьбе у брата моего друга!
- Ну, тогда чувство ритма должен понимать! Пошли! - потянула его девушка.
Кафе переходило на "ночной режим работы". Из динамиков полилась музыка, уже танцевали несколько пар. Женька вытянула Олежку на край свободного пространства, и хоть он не танцевал, а лишь перебирал словно ватными ногами, "повела" его в танце. И под эти ритмичные раскачивания телом он почти не заметил, как её рука скользнула в задний карман его джинсов - одеть что-то праздничное он не догадался - и стала мять его ягодицу. Но теперь уже и под влиянием выпитого ему не пришло в голову как надо отбрить наглую девку, он лишь сделал движение попой в сторону и постарался отстраниться. Но Женька обхватила его за плечи, прижав к себе, а второй рукой только крепче вцепилась ему в ягодицу. В это время Марина с кем-то разговаривала по телефону. Находилась она недалеко, некоторые слова были слышны, и могли бы насторожить кого угодно, но только не Олежку, слышащего как сквозь вату обрывки фраз.
- Да не, совсем щенок... Что ты, восемнадцать есть! Сегодня исполнилось! Просто по жизни салага ещё... Так что не ссы, не совращение... Этот потом не расскажет... Конченый лопух...
Когда они вернулись к столу, Марина закончила разговор с кем-то, кого она называла Лерой, и тут девушки сказали, что раз уж договаривались продолжить праздник в другом месте, то надо ехать. Тем более, что такси уже вызвано. Была тёплая летняя ночь, они стояли у входа в кафе, и пока не подъехала машина, девки курили и почему-то придерживали Олежку под руки, словно боясь, что он уйдёт.
Так же разместились и в машине - на заднем сиденье, он был в середине, а девушки по бокам. Ехали не очень долго. Поднялись на лифте на седьмой этаж, Марина ключём открыла дверь.
Это была двухкомнатная квартира новой планировки. На кухне, явно скучая, сидела ещё одна девушка, в отличии от подруг щуплая, небольшого роста, с жидкой чёлкой и длинными волосами по бокам, которые однако не могли скрыть громадных ушей. Единственно, что было в ней привлекательно - это огромные глаза и длинные, похожие даже на веера, но явно свои, ресницы. На давно не мытом кухонном столе лежали обсосанные кости вяленой рыбы и стояла двухлитровая бутыль пива.
- Привет! Меня зовут Лера, - встала она навстречу Олежке, в то же время делая двум другим девушкам какие-то знаки глазами.
Те, так же держа его под локти, повели его в маленькую комнату. Марина ненадолго задержалась, принимая от Леры какую-то вещь и пряча её за спиной. В этой комнате стояла кровать с ворохом подушек и высокий шкаф. Но как только они оказались на середине комнаты, девушки вдруг с силой сжали Олежку меж собой, схватили за руки, свели их внизу. Не успел он опомниться, как на его запястьях защёлкнулись "браслеты" наручников, да не тех игрушечных, что продаются в секс-шопах, а настоящих полицейских. В ту же секунду с него поехали штаны, оголяя округлые выпуклые ягодицы...
- Какие прелестные булочки! Даже жалко такие портить! А ведь придётся, если не будет слушаться! - со смехом произнесла Женька.
Олежка только сейчас пришёл в себя.
- Вы что! ... - только и успел выкрикнуть он, и тут же получил такой удар по затылку, что стемнело в глазах.
- Вот только крикни ещё раз! Придушим как кутёнка! Вино нальём в рот так, что пропадёт в дыхательные пути, и потом ничего не докажут! Слишком резко сосанул из горла, и захлебнулся! - прошипела ему в ухо одна из них. - Вперед!
Его толкнули на кровать, штаны вместе с трусами были сняты с него полностью, рубашка задрана на плечи. Пока Марина держала его, Женька достала откуда-то клеёнку, подоткнула под него. Парализованный страхом, он лежал, потеряв дар речи. Зачем-то около кровати появился тазик... И только когда в комнату вошла Лера с наполненной кружкой Эсмарха в руке, он понял, что его ожидает.
И тогда Олежка отчаянно забился, стараясь вырваться из рук этих извращенок. Но здоровенные Марина с Женькой навалились на него своим пятипудовым весом каждая - одна на плечи и на голову, одновременно сдерживая руки, вторая подмяла под себя его ноги. Лера повесила красный мешок клизмы на один из гвоздей, держащих висящий на стене ковёр, мазала кремом длинный белый наконечник клизмы. Олежка ещё раз вернулся, но был накрепко прижат двумя здоровенными девками. Тут он почувствовал прикосновение прохладных пальцев к своей попе. Пока подруги держали его, Лера уверенной рукой вводила наконечник в его анальное отверстие. И в этот момент он почувствовал прохладу, а затем нарастающую тяжесть в животе. Зачем ему делали клизму, что собрались делать с ним дальше - он просто не воспринимал. Даже ощущение стыда - всё было отрезано какой-то пеленой страха, который сковал, парализовал у него не только тело, мышление, но и восприятие мира, реальности...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 65%)
|