 |
 |
 |  | Левая рука мамы лежала на ее животе. Но ее правая рука находилась на ширинке Сергея Петровича, сидящего на стуле с широко раздвинутыми ногами. Со своего места, я видел, как мамина рука нащупала выпуклость на ширинке доктора, охватила ее пальцами и начала гладить. Сергей Петрович разглядывал мамин рот, но я видел, что его обнаженное предплечье ритмично потирает правую мамину грудь. Дважды, во время смены инструментов, доктор откровенно гладил ладонью через свитер мамины титьки. Длинные мамины ноги были широко разведены и ее левое колено поднято вверх. Юбка была задрана на самые бедра. Под юбкой были чулки без пояса и бирюзовые трусиками. Между чулками и трусиками оставалось несколько сантиметров обнаженной плоти. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Обхватив основание рукой, я глубже заглатываю его член, что вызывает у него продолжительный стон, но я не даю ему кончить раньше времени, и переключаю своё внимание на основание пениса и яички.... Сначала я облизываю каждое по отдельности, потом беру в рот и перекатываю его из стороны в сторону, одновременно лаская язычком, затем беру сразу два, в это время нежно массирую ствол и глажу место между анусом и мошонкой. Наконец я легонько касаюсь язычком головки и слизываю выступившую капельку, целую и медленно беру в рот его штык всё глубже и глубже, неожиданно его тело напрягается и он эякулирует.... Уставшие, но довольные, мы вытираем друг друга полотенцами и идём пить чай. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вытаскиваем. Подтаскиваем к двери. Руки не слушаются - никак не могу вытащить ключ из кармана, вставить в замок - дверь открыта - втаскиваем - все!!! Все... садимся на пол и приходим в себя. Но теперь все! Она наш - вся! Вся наша - наша химичка - в полной нашей власти. Моих дома не будет еще два дня как минимум - уехали к родичам. Мы еще не верим тому, что мы это сделали, но надо торопиться - вдруг она очнется. Надо связать ей руки за спиной: достаем веревку, начинаем вязать. Вот блин - это только в кино про индейцев все раз и просто - попробуй так связать руки, чтобы надежно было... Вовка с третьей попытки наконец вяжет так, что вроде бы надежно - главное ведь чтобы еще и руки у нее не затекли... Затем у нас кое-что подготовлено заранее - над этим мы постарались: специальная повязка на глаза - не слетит, крепко на резинках закрепили и пластырем прилепили - не содрать так просто. Все. Готово. Уши мы сначала тоже хотели ей залепить, но ведь кайф не тот будет - решили, что уши оставим, но будем говорить только шепотом. По шепоту она ни в жизть не догадается - кто это был. Теперь сильно хлещем ее по лицу - еще раз - еще - и вот она зашевелилась. Через 10 минут химичка окончательно пришла в себя. Села и сидит - думает - что с ней. Надо начинать, а тоже психологический тормоз офигенный. В общем я подсел к ней и громким шепотом говорю: "будешь скандалить - мы тебя накажем. Будешь если хорошей девочкой - просто поебем и отпустим, поняла?" Тут до нее дошло. Она стал брыкаться как лошадь и закричала. Этого я никак не ожидал, что она кричать будет - думал постесняется. Ну крикнула она не очень громко, ерунда, но это надо остановить. Я весьма чувствительно врезал ей по щеке ладонью - аж красный след остался - говорю - не заткнешься - будет плохо тебе совсем. И еще ударил ее пару раз. Замолчала она, заплакала. Плачущая химичка связанная - это меня наконец возбудило и я ее осмотрел уже по-хозяйски. Вовка все-таки перетрусил и пока нерешительно смотрел - как я с ней разбираюсь. Тут я применил тактику, которую вычитал как-то в книге. Шепчу ей на ухо: в общем так, сучка - слушай сюда. Если ты будешь послушной девочкой - мы тебя ебать не будем - просто пощупаем и отпустим, поняла? Ну а если будешь непослушная - на себя саму пеняй. Смотрю - вроде поняла, хотя хрен поймешь... да и черт с ней. Если что - еще врежу. Поставил рядом с ней стул - говорю - садись. Помог ей - забралась она на стул - сидит. Теперь, говорю, снимай свои туфли. Она снимает. И вот они - вот они эти ножки перед нами - на которых мы так драчились с Вовкой - теперь они в нашей власти. Я сажусь перед ней, беру ее ножку в колготочках и начинаю ее ласкать. Какой вкус... какой запах... это непередаваемо - ласкать ноги своей химички... сосу ей пальчики... достаю и начинаю драчить. Вовка не выдерживает, подходит и начинает щупать ей коленки. Она вздрагивает, но я уже знаю как с ней обращаться. Встаю и еще раз даю ей пощечину. Она тут же затихает. Задираем ей юбку, раздвигаем колени и смотрим ТУДА. Там под трусиками ничего не видать. Я неожиданно крепко хватаю ее между ног - она опять сильно дергается и я снова влепляю ей еще две пощечины. Не помогает. Еще две сильнее! Она затихает и видно, что начинает плакать. Ну вот и чудненько - теперь смирно будет сидеть. Щупаю ее между ног. Как горячо там... какой это пиздец - щупать между ног у химички - взрослой женщины! Вовка от нетерпения пританцовывает - буквально сбрасывает ее со стула и она валится на бок. Я говорю ему: Вовка, давай как тогда в туалете представляли! Он снимает носки и сует свои ноги ей в лицо. Соси давай! Она отшатывается. Я наконец хочу добиться ее покорности, и снова ей шепчу: "Значит так: либо ты слушаешься, либо я тебя так изобью, что непоздоровится". Для убедительности с силой пинаю ее ногой под зад и влепляю еще пару пощечин- но уже по-настоящему, без дураков. Она начинает плакать снова. Вовка опять сует ей свои ноги и она покорно открывает рот и начинает у него сосать. Я командую процессом: "так, соси пальчики... так... между пальчиками языком вылизывай... так... теперь пососи большой палец... так.. теперь лижи подошву, пятку облизывай. Я беру Вовкину ногу и помогаю ей: вожу его ногой ей по лицу. Картина охрененно возбуждающая, Вовка сидит и драчит. Я заставляю ее лазить ему пятку, а сам не выдерживаю и начинаю тоже ласкать языком ему пальчики. Тут мы начинаем понимать, что ведь в самом деле что захотим - то с ней и сделаем. Вовка очень быстро подсуетился, и в момент засунул ей член в рот. Эх видели бы нас ребята... мы трахаем нашу химичку в рот... сосать она не стала, и Вовка просто сам стал ее ебать в рот. Я положил руку ему на попку, вторую - ей на шею, и помогал ему всаживать ей по самые яйца. Но меня привлекало кое-что другое. Я задрал ей юбку и стал стаскивать колготки. Как ни странно она не сопротивлялась - видимо поняла, что мы не отступим. Впервые я прямо перед собой видел голую женщину - такая попа... такие ляжки... она очень эротично положила ножку на ножку, и я уже стерпеть не мог: я раздвинул ей попку и приставил свой член прямо к горячей дырочке. Опыт того, как трахать парня, у меня уже был, поэтому я как-то совершенно автоматически всунул ей член именно в попку. Но Вовку интересовало именно влагалище, поэтому он подстроился и всунул ей свой член. Было так необычно: мы сидели почти напротив друг друга и ебали ее. Наши члены так отчетливо терлись друг о друга через тонкую стенку, и это дополнительно возбуждало. Я стал ебать ее в попку так же жестко и энергично, как в свое время трахали меня, а Вовка не менее энергично всаживал ей спереди. Мы словно забыли, что перед нами учительница - сейчас перед нами была просто телка. Впрочем - нет, так ведь интереснее, и я прошептал Вовке: "химичка" - и кивнул на нее. Он понял, что мне доставляет удовольствие именно осознание того, что я ебу учительницу. Вовка долго сдерживаться не мог, и кончил довольно быстро. При этом он в голос застонал, но думаю что она вряд-ли по стону его узнает - да и не до этого ей сейчас. Член у меня был в общем не слишком маленький, а в попку ее наверное никогда раньше не трахали, так что ей было несколько напряженно. Но попка кстати была у нее изумительной красоты... всаживать свой член в ТАКОЕ было верхом наслаждения. Вовка всунул свой обмякший член ей в рот, сказал "соси" и она послушно стала его облизывать и сосать. Эта покорность меня очень возбудила, и дикие фантазии стали во мне пробуждаться. Я встал, замахал руками, Вовка отодвинулся и я сказал ей: "так, теперь ползай на карачках по кругу". И пинка ей под зад. Она поперлась на четвереньках! Вовка охренел от этой картины и набросился на нее. Я раздвинул ей попку и смотрел, как Вовка неумело вставляет ей в попку член - у меня это лучше получается - натренировался на Вовке:-) Он засунул и мечтательно стал двигать. Я зашел сзади него и стал щупать его попку. Надолго меня тоже не хватило, и я аккуратно залез к нему в попку. Он трахал ее, а я его. Вот это была комбинация.. В общем надо сказать, что мне интереснее было кончить конечно в ее рот, чем в попку Вовки - туда я еще сто раз успею... поэтому я вылез из него и выебал ее в рот. Интересно было смотреть, как мой член входит к ней в рот. Вовка снова кончил, и я тогда засунул ей прямо в горло и тоже кончил. После этого мы отвалились, привязали ее к батарее и вышли из комнаты - держать совет - что с ней делать дальше. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Услышав это я не выдержал, и, выскочив из-за дерева, вонзил амбалу в ногу нож. От неожиданность, он выронил свой нож, отпустил девушку и, развернувшись, схватил меня за шею, и тут уже я от неожиданности махнул ножом перед собой, и сам того не осознавая порезал ему горло, от чего он резко вскрикнул и швырнув меня в сторону бросился бежать из парка, я же отполз к стенке беседки и прислонившись к ней спиной, стал переводить дух. |  |  |
| |
|
Рассказ №12050
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Пятница, 24/09/2010
Прочитано раз: 66224 (за неделю: 13)
Рейтинг: 83% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она хочет сказать что-то ещё, но Наталья вновь находит своими губами её рот, и они опять сливаются в долгом поцелуе. Дыхание их учащается, тела всё теснее прижимаются друг к другу. Продолжая ласкаться, они медленно опускаются на пол. Лёжа снизу, Наталья начинает стонать, когда пальцы Ирины, поблёскивая, раз за разом погружаются в её лоно. Время от времени то одна, то другая поглядывают на меня - либо убеждаясь, что я продолжаю смотреть, либо возбуждаясь от моего вида. Помимо своей воли я начинаю возбуждаться сам, но тут напоминает о себе жёсткий пластик, заключающий в себе мой член - плотно охватывая набухающий орган, он недвусмысленно даёт понять, что эрекция внутри него абсолютно недостижима...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я просыпаюсь с жуткой головной болью и оттого, что мне холодно. Не шевелясь, я медленно открываю глаза и пытаюсь понять, где нахожусь. Комната мне явно незнакома, и явно является чьей-то спальней - огромная кровать возле стены, телевизор напротив, всякие безделушки, раскиданные там и сям. Спальня, очевидно, женская. Но почему я лежу не на кровати, а на полу? Я пытаюсь подняться, и в эту же минуту понимаю, что я абсолютно голый - из одежды на мне находятся лишь наручники и прочный стальной ошейник.
Весь мой сон снимает тотчас же, как рукой. После безуспешной попытки встать выясняется, что ошейник прикован к стене крепкой цепью чуть больше метра длиной. На обоих её концах - небольшие висячие замки, один из которых соединяет цепь с моим ошейником. Я пытаюсь открыть замок, пытаюсь разогнуть звенья цепи непослушными пальцами - безуспешно. Дико озираясь, я ищу поблизости хоть какой-нибудь предмет, с помощью которого можно освободиться. Рядом ничего нет, кроме деревянного стула в двух метрах от меня, до которого я не могу дотянуться даже ногами. Спальня большая - явно находится в каком-то частном доме - и я сижу в углу, на голом паркете.
Обхватив колени скованными руками, я лихорадочно вспоминаю события предыдущего дня. Ночной клуб... оглушительная музыка... девушки, девчонки, девки... две из них разговаривают со мной и смеются... Дальше всё погружается в путаницу бессвязных отрывков, среди которых я еле-еле припоминаю поездку в машине. С кем? Когда? Неизвестно. Я даже не помню, что именно я пил и в каких количествах. Очевидно, у меня всё-таки хватило после этого ума склеить какую-то барышню и приехать к ней домой. Но цепь? ошейник? наручники? . . Я ещё раз внимательно исследую свои оковы, но по-прежнему очевидно, что снять всё это без посторонней помощи я не могу.
Моё внимание переключается на женский смех и шаги за дверью. Дверь открывается, и в спальню входят две женщины лет тридцати - я тут же узнаю их лица по обрывкам воспоминаний из ночного клуба. Они одеты в банные халаты, волосы влажные - видимо, только что из душа. Остановившись неподалёку от меня, они обнимают друг друга за талию и со смехом смотрят на меня.
- Проснулся наконец наш герой-любовник, - говорит одна из них. У неё мелированные волосы, и под розовым халатом угадывается высокая грудь. Лицо у неё совсем простое, а-ля пэтэушница из вагона метро. Она насмешливо смотрит на меня, и я вижу, как её рука соскальзывает на попку подруги, начиная поглаживать её.
- Да уж, - хихикает подруга. - А каким орлом вчера был! Прямо дон-жуан!
- Ага, - соглашается первая. - А сам еле языком ворочает. Интересно, как он запоёт сейчас, трезвый и голенький?
Вторая женщина чуть ниже ростом, и груди у неё почти нет совсем. Она с удовольствием принимает ласки своей подруги, нежно глядя на неё большими серыми глазами. Волосы у неё светлые от природы, прямые и длинные, до лопаток. Обе - совсем не уродины, но явно не в моём вкусе. Особенно теперь, когда они, усмехаясь, откровенно разглядывают меня, голого и сидящего на цепи.
- Вы кто такие? - хрипло произношу я, прикрываясь скованными руками. - Где я вообще?
- Ну что, начнём его прямо сейчас воспитывать? - не обращая на меня внимания, спрашивает блондинка у полногрудой.
- Конечно, - отвечает та. - Чем раньше осознает, что к чему - тем лучше. Так вот, раб, - обращается она ко мне, - слушай меня внимательно. Ты находишься в нашем доме, и пробудешь тут столько, сколько мы захотим. Дом находится далеко за городом, до ближайшей трассы пятнадцать километров, поэтому кричать и звать на помощь не советую - всё равно никто не услышит. Прав у тебя нет никаких, поэтому слушаться нас надо сразу и быстро. Далее...
- Да пошли вы нахуй! - разозлившись, кричу я им прямо в лицо. - Вы что о себе возомнили, психопатки ёбаные?!
- Не понимает, - со вздохом говорит блондинка. - Начинаем экзекуцию?
- Конечно.
Они не спеша снимают с себя халаты, под которыми ничего нет. Плоскогрудая блондинка отходит в угол комнаты, а её мелированная подруга, присев на корточки, с насмешкой смотрит на меня. Блондинка возвращается, неся в руке метровый хлыст - кажется, такими пользуются жокеи при выездке лошадей. Затем они обе подходят ко мне, и начинается борьба. Я сопротивляюсь как могу, но со скованными руками и с цепью на ошейнике ничего не могу поделать против их сильных рук. Через некоторое время я лежу на полу лицом вниз, а на ногах моих сидит блондинка, придавливая их к полу.
- Далее, - отчеканивает голос её подруги, и на мои ягодицы со свистом опускается хлыст. - Говорить с нами можно только тогда, когда мы сами к тебе обращаемся. - Ещё удар. - После каждой фразы надо говорить "госпожа Ирина" или "госпожа Наталья", в зависимости от того, кто к тебе обращается. - Ещё два удара. - Госпожа Ирина - это я, так что не забудь поблагодарить меня после порки как полагается.
Удары сыплются на меня один за другим. Я кричу от боли и что есть силы пытаюсь увернуться, но бесполезно. Прочная цепь надёжно держит меня спереди, крепкий и горячий зад "госпожи Натальи" припечатывает меня к полу сзади.
- Если не будешь нас слушаться - будешь наказан. Если заговоришь с нами без разрешения - будешь наказан. Если вздумаешь сбежать или выкинуть ещё какой-нибудь фокус - будешь наказан так, что своих не узнаешь.
Острая, жалящая боль затмевает всё. Пот заливает лицо, зубы стиснуты намертво. Я готов на всё, лишь бы мучения прекратились.
- Тебе всё понятно?
- Да!
Ещё несколько ударов.
- Тебе всё понятно?
- Да, госпожа Ирина!
- Так-то лучше. Но на всякий пожарный - вот тебе ещё двадцать ударов для закрепления.
Наконец порка заканчивается. Дрожа всем телом, я притягиваю к себе ноги и, скорчившись в позе младенца, лежу неподвижно. Спину и ноги раздирает болью так, словно с них содрана кожа. Словно в тумане я вижу, как надо мной склоняется "госпожа Наталья".
- Где благодарность, свинья?!
- Спасибо, госпожа Ирина и госпожа Наталья, - еле выговариваю я.
- Ноги раздвинь! Живо!
Я торопливо подчиняюсь и вижу, как она надевает на мой член что-то прохладное и твёрдое. У основания его перехватывает жёсткий пластик, на который прикрепляется крохотный висячий замок. Такой же пластик, прозрачный и твёрдый, покрывает весь мой член, заключая его в непроницаемую трубку с небольшими отверстиями по всей её площади.
- Этот отросток тебе всё равно не понадобится, - усмехается блондинка, любуясь делом своих рук. - Как ты думаешь?
- Да, госпожа Наталья.
- Ишь, какой стал покладистый, после порки-то. Надо нам его почаще пороть, а, Ир?
- А как же, - отвечает Ирина, садясь рядом с ней. - Без этого никуда.
Я со страхом гляжу на двух голых женщин, которые сидят рядом со мной на корточках, касаясь друг друга бёдрами, и презрительно смотрят на моё исполосованное тело. Я вижу, как Ирина опускает руку себе в промежность и начинает легонько тереть себя снизу. Заметив это, Наталья хихикает и, обнимая подругу за плечи, целует её в щёку.
- Я и не знала, что тебя так возбуждают голые мужики, - смеясь, говорит она.
- Не говори глупостей.
Они нежно смотрят друг на друга, и Ирина не перестаёт теребить свои мягкие складки в обрамлении тёмных волосков. Они медленно встают, прижимаясь друг к другу, и начинают целоваться. Я вижу, как их языки переплетаются и скользят по губам, как их груди прижимаются сосками друг к другу, как их руки нежно и мягко гладят упругие ягодицы. Я отворачиваюсь от них, пытаясь подняться на ноги, но в тот же момент сильный пинок возвращает меня на пол.
- Тебе кто разрешал отворачиваться? - звенящим голосом спрашивает Ирина.
- Простите, госпожа Ирина, - униженно бормочу я.
- Когда мы в комнате, тебе разрешается смотреть только на нас, - продолжает она. Подруга продолжает покрывать поцелуями её плечи, руки, полную мягкую грудь. - Будешь смотреть куда-то ещё - будешь наказан, понял?
- Да, госпожа Ирина.
Она хочет сказать что-то ещё, но Наталья вновь находит своими губами её рот, и они опять сливаются в долгом поцелуе. Дыхание их учащается, тела всё теснее прижимаются друг к другу. Продолжая ласкаться, они медленно опускаются на пол. Лёжа снизу, Наталья начинает стонать, когда пальцы Ирины, поблёскивая, раз за разом погружаются в её лоно. Время от времени то одна, то другая поглядывают на меня - либо убеждаясь, что я продолжаю смотреть, либо возбуждаясь от моего вида. Помимо своей воли я начинаю возбуждаться сам, но тут напоминает о себе жёсткий пластик, заключающий в себе мой член - плотно охватывая набухающий орган, он недвусмысленно даёт понять, что эрекция внутри него абсолютно недостижима.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 38%)
|