Рассказ №26161

     Качались фонари под музыку любви,
     Как замок на песке качался мир на волоске.
     И я тонул в её глазах, как в Невской глубине -
     И не было назад, пути тебе и мне.
     
     В водовороте этих событий я оказался, когда подошло время моего призыва на срочную армейскую службу в самом начале 70-х годов теперь уже прошлого 20-го века. До этого я прошел военную медкомиссию, признавшую меня годным по состоянию здоровья к службе в армии, и получил в райвоенкомате приписное свидетельство.
     
     При мыслях об армии, у меня в душе возникало чувство некоторой тревоги, с одной стороны мне, как и большинству моих сверстников, хотелось испытать себя и пройти солдатскую школу мужества, а с другой стороны, было, немного страшновато смогу ли я достойно выдержать этот экзамен. Экзамен для настоящих мужчин! И я считал, что каждый мужчина в нашей огромной многонациональной стране должен пройти этот экзамен.
     
     Меня не пугали физические нагрузки или предстоящий суровый армейский быт, пугала "дедовщина" расцветавшая пышным цветом в Советской армии тех лет. По демографическим причинам, из-за нехватки призывников, на службу начали брать лиц ранее судимых, и они вместе с собой вносили тюремные порядки в солдатские казармы. О "дедовщине" ходило много разных слухов среди призывников и естественно, что подобные слухи не обходили меня стороной. "Перестройка и Гласность в СССР" наступила намного позже, а в те годы подобные темы в прессе и на телевидении были не обсуждаемыми и открыто о них не говорили.
     
     Имея за своими плечами среднее образование и неплохие физические данные (1 разряд по боксу) , я очень надеялся, что попаду служить, в какие ни будь ракетные или авиационные части, а может в погранвойска. Мне так же, как и многим парням нравилась черная морская форма, но служить моряком на флоте больше других срочников на целый год, не очень-то хотелось. В общем, по мере приближения осени я частенько задумывался, гадая, что готовит армейская судьба для меня. Лето подходило к концу, до призыва в армию оставались уже считанные недели и, хоть говорит пословица - "перед смертью не надышишься", а напоследок, все же хотелось хоть хорошенько погулять и поразвлечься.
     
     Вступать в серьезные отношения, а тем более в брак до армии, я считал не разумным делом и старался избегать подобного развития событий с девчонками. После службы в армии я планировал продолжить свое образование, в одном из технических вузов и, кстати, отслужив положенный срок, так и сделал, получив диплом инженера. У меня не было намерений ради развлечений, пудрить кому-то мозги пустыми обещаниями. Как говорят "любила его, верила, ждала, и на тебе обманул" - такого хода событий я совсем не желал и не давал никому для этого повода.
     
     В рабочие дни с утра, я шел на совхозный машинный двор, где меня дожидался старенький колесный трактор "Беларусь", на котором мне доверили трудиться. Специальность тракториста и удостоверение я получил, как и все парни, выпускники, вместе с аттестатом по окончании средней школы. И хотя работа была нелегкой, энергии молодости и задора хватало, чтобы вечером, помывшись, поужинав и переодевшись, присоединится вместе с друзьями к остальной сельской молодежи, которой негде было собраться, особенно конечно - в непогоду, да кроме нашего достаточно большого поселкового клуба, где по выходным и средам крутили кино.
     
     В фойе клуба, почти в центре, стоял бильярдный стол, желающих погонять шары до начала киносеанса всегда было много и, они занимали очередь, а кто-то просто стоял, наблюдая за игроками и их игрой. Еще в клубе имелся небольшой читальный зал с несколькими столами, на которых лежали подшивки центральных газет и журналов, а также имелись комплекты шахмат, шашек и домино. Мне больше нравилось полистать свежие журналы, или забить "козла", а рядом рассаживались любители шахмат и шашек, возле которых всегда собирались советники и болельщики.
     
     Сразу после окончания фильма молодежь часто оставалась и организовывала танцы под магнитофонные фонограммы, а на танцах, как и везде бывало, случались и разборки между нашими порой весьма крепко подвыпившими парнями, которые обычно заканчивались драками "один на один" с выходом на свежий воздух. Всё это тоже было одним из атрибутов местного развлечения.
     
     В то время на селе легковые автомашины были еще роскошью, но мотоциклы имелись во многих семьях. У меня тоже был выпускавшийся в те годы легкий мотоцикл без коляски "Восход", купленный у знакомых по дешевке и часто ломавшийся. Но тем не менее, я был доволен такой техникой, сам ремонтировал и даже кое-что изменял в конструкции для улучшения надежности. Отцы у моих приятелей, хоть и строгие, обычно разрешали им в свободное время гонять по проселочным дорогам на мотоциклах, не имея водительских прав. На них мы ездили рыбачить и купаться на речку, катали девчонок, а также иногда устраивали между собой мотогонки и, соревнуясь, выделывали всяческие финты.
     
     Как-то нам пришла идея - устроить на окраине села небольшой трамплин, используя для этого кучу строительного мусора, присыпанную глинистым грунтом, которую когда-то оставили после себя молдавские строители, возводившие здесь молочную ферму. Мы, объединив усилия, расчистили отрезок трассы, проходивший по куче, от выросших кустов бурьяна, сгладили неровности и придали ей форму небольшой горки. Подъезжая к горке, парни разгоняли свои мотоциклы, набирая скорость, влетали на нее и лихо прыгали - как с трамплина, соревнуясь на дальность прыжков. В один из таких заездов я переусердствовал, не рассчитав свои возможности, и во время приземления упал вместе с мотоциклом, подняв большое облако пыли.
     
     К счастью падение было довольно удачным, если так можно сказать - ведь все мои кости остались целыми. Падая вместе с мотоциклом на левый бок, я сильно ушиб свою левую ногу и руку, разорвал штанину и рукав рубашки, а также содрал кусками верхний слой кожи от локтя до плеча и по всему бедру. Друзья отогнали мой мотоцикл в наш двор, и помогли мне быстро добраться в поселковый медпункт. Ну а домой я решил дойти сам и попросил их не ждать, пока меня тут перевяжут.
     
     Молодая, еще незамужняя фельдшерица Любовь Григорьевна, была у себя на месте. Именно так, несмотря на ее возраст, а ей был всего 21 год, к ней обращалось большинство сельчан. В селе всегда было большое уважение к учителям и медикам. Ее родители жили в нашем областном центре, там она выросла, окончила школу, а затем медицинское училище, сразу после окончания которого, несколько месяцев назад, приехала работать в наше село по распределению. Согласно существовавшему в те годы порядку - все молодые специалисты обязательно должны были отработать определенный период времени там, обычно три года, куда их распределяли, а иначе у них могли возникнуть проблемы с дипломом.
     
     Мы с ней были уже конечно знакомы, в нашем не очень большом селе, практически все наши жители знали друг друга. Этим летом Люба, в свободное от работы время, часто ходила загорать и купаться на нашу небольшую, но глубокую речку. Она была выше среднего роста, имела стройную классную фигуру, а на лицо не сказать, что красавица, но и очень-очень хорошенькая. И, кроме того, Люба была очень обаятельной вежливой девушкой, все в нашем селе её очень уважали.
     
     Были слухи о том, что ей не нравится жить в сельской местности, а усугублялось это тем, что её, как одинокую и молодую, временно поселили для проживания на квартире у пожилой пенсионерки. Под невероятно бдительным оком еще довольно шустрой бабули - ее личная свобода в большой степени оказалась весьма ограниченной. Вот даже пригласить к себе в гости парня - ей было не так-то просто. В общем, сельская реальность не радовала Любу, поэтому она настраивалась подыскивать для себя уважительную причину, по которой вскоре можно было прекратить отработку и вернуться обратно в свой родной областной город. Понятно, там у неё были родители, квартира, друзья и, конечно, большая свобода. Ну и жених, как я понял...
     
     Люба, увидев меня на пороге, в рваной одежде и с кровоточащими ссадинами на теле, сразу попросила пройти к кушетке - для оказания медицинской помощи. Прихрамывая и морщась от боли, я дошел до кушетки и осторожно сел на нее. Прицыкивая языком, она стала аккуратно трогать меня и внимательно осматривать мои раны. Ну вот беда, Женчик, ты же такой ловкий, как же тебя так угораздило?
     
     Ну, а теперь, сказала Люба, попробуй поднять ушибленную руку перед собой и согнуть ее в локте, я поднял руку и согнул так, как она просила. Ну вот, рука работает нормально, а то, что ты можешь ходить, я видела. И Люба, ласково приговаривая, что ничего страшного с тобой не случилось, кости и мышцы у тебя целы, а кожа нарастет. Конечно, сейчас тебе будет немного больно, придется потерпеть, чтобы дать возможность хорошенько обработать твои, как пошутила Люба, "боевые раны" и до армии они точно заживут.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории: