 |
| |
| | Он ткнулся лицом в обильно поросший тёмными кучеряшками лобок женщины, и коленки её безвольно разошлись в стороны. Это был самый вкусный из тех пирожков, которые доводилось выпросить Тимуру у полной доброй тёть Зины! Он влез всем лицом к ней между ног и засунул язык так глубоко внутрь, что язык даже заболел, чуть не надрываясь. Тётя Зина прикрыла глаза и вздохнула, нежно гладя обоих приникших к ней малышей по головам. Тимур стал беспорядочно вылизывать жаркую мягкую щель, сминая в руках необъятные прелести пышной тёть Зиныной задницы. Наташа осторожно задрала полы белого поварского халата, чтобы было удобней смотреть. Через минуту тётя Зина стала негромко постанывать, а через несколько минут её попа задрожала, коленки чуть согнулись, писька совсем широко раскорячилась навстречу лицу Тимура, и тёть Зина протяжно заохала, кончая струйками любвеобильной влаги прямо Тимуру в рот... | | |
| |
|
| |
| | Я почувствовала, что ее мышцы больше не напряжены и взяла на палец вазелина. Одной рукой продолжая поглаживать ее, второй я развела упругие ягодицы и вставила палец в анус. Ленка громко выдохнула, но не зажалась. Я нежно стала двигать пальчиком у нее в попе, смазывая кишку. Девочка стала дышать чаще и громче. Закончив смазывание, я окунула наконечник в вазелин и стала очень медленно, бережно вводить ей в попу. | | |
| |
|
| |
| | А однажды, сидя на семинаре, когда кто-то из наших одногруппников сделал замечание по поводу нашего повышенного взаимного внимания, Леша в сердцах сказал: ну люблю я его! | | |
| |
|
| |
| | Это случилось теплым сентябрьским деньком. На улице правило бал бабье лето, и, хотя летние каникулы уже закончились, мы с жадностью использовали каждый погожий денёк для игр и развлечений. Придя из школы и наскоро перекусив, я побежал гулять. Во дворе я встретил только скучающего Виталика. Послонявшись по двору под желтеющими кронами молодых клёнов, мы отправились играть к нему домой. Виталик всегда очень любил заводить разговоры на всякие щекотливые темы. Не помню точно, о чем зашла речь на этот раз, но я, воспользовавшись случаем, открыто спросил его, правда ли, что он уже трахался. Прямого ответа я не получил. Виталику было явно лестно услышать такое предположение. Он сделал загадочный вид, из которого я должен был сделать вывод, что да, трахался, и неоднократно. Я в те времена даже не очень-то и представлял, как же этот процесс должен происходить. Кто-то из моих дворовых друзей предположил, что нужно засунуть "писю в писю". Само это предположение уже звучало дико. Как это засунуть? Зачем? Кроме того, из детского фольклора я знал, что "Ветра нет - кусты трясутся, что там делают? Ебутся!". Это означало, что половой акт сопровождается тряской. Что же заставляет людей трястись, когда они засовывают одну писю в другую? Этого я не понимал. Кто же мог объяснить и научить лучше, чем такой опытный человек, каким являлся Виталик? Вот с такой просьбой я к нему и обратился. Он сразу согласился и научить и показать. Единственным его условием было то, что мы должны делать ЭТО вместе, так как одному ему "неинтересно". Это было не совсем то, что я имел в виду, мне стало одновременно любопытно и страшно. Я сказал, что вообще-то не против, но не имею понятия как ЭТО делается. Виталик обещал показать. Он спустил брюки и трусы до колен и знаком велел мне сделать то же самое. Недоумевая, я подчинился. Мы сидели на кушетке совсем близко, касаясь друг друга голыми коленями. Виталик некоторое время смотрел на моего петушка, не решаясь, видимо, прикоснуться, затем решительно обхватил его рукой и мягко потянул кожу вниз, да так, что она натянулась и стал виден участок головки. Виталик тут же потянул кожу вверх, опять вниз, опять вверх. Успевший уже привыкнуть к регулярным манипуляциям, которые я и раньше проделывал с ним, мой дружок рванулся вверх. Сознание же того, что это делает со мной другой человек, только усиливало эффект. Виталик продолжал гонять шкурку вверх-вниз, не останавливаясь. "А ты - мне", прошептал мне на ухо. Я начал неумело и даже сделал ему больно, но вскоре понял, что от меня требуется, и быстро поймал ритм. Вскоре я почувствовал что-то такое, чего никогда не ощущал раньше. Какая-то теплая волна защекотала меня сначала в яичках, потом поднялась выше и запульсировала на самом кончике. Еще мгновение, и эта волна накрыла меня сладостным, неизведанным прежде ощущением. Глаза заволокло туманом, через который я увидел, как из головки, выстрелила фонтанчиком капелька какой-то жидкости, потом брызнула еще раз, правда, уже не так далеко. Последняя капля просто стекла на предусмотрительно подставленную Виталиком газету. Эта была первая в моей жизни сперма, или "малафья", если пользоваться словарем детского фольклора. Ошеломленный полученным впечатлением, я совсем забыл о члене Виталика. Впрочем, он неплохо справлялся и без меня. Я смотрел на его мелькающую туда-сюда руку, как зачарованный. И вот, он замер, изогнулся и со стоном изверг на ту же газету свою струю, уже побольше. Некоторое время мы молчали, тяжело дыша. Потом я вскочил, и побежал в ванную. Мне казалось, я сделал что-то ужасно постыдное и заслуживаю теперь всеобщего презрения. Торопливо натянув штаны, я выскочил из его квартиры в полном смятении, и понесся к себе. | | |
| |
|
Рассказ №2051
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 31/03/2026
Прочитано раз: 30652 (за неделю: 16)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Стих 1
..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Стих 1
На берегу хрустальных рек,
Где пышно травы расцветают
Свой радостный, счастливый век
Народец милый проживает.
Он радостно щебечет гимн
Себе и счастью неземному,
О том, что так прекрасен мир,
Когда он дарится лишь гному.
Ведь гномы знают обо всем,
И, зная красоту вселенной,
Они хотят, чтоб в ихний дом
Входило счастье непременно!
Но жизнь, как страшный эрудит,
А может, как маньяк презренный,
Все дать по яйцам норовит,
И даже гному, непременно.
* * *
Жил гном, по имени Альфредо,
И был он добр, и красив
И гномик этот несомненно,
Достоин был прекрасных нимф.
И хоть росточком был он с палец,
Но сложен был, как Аполлон
Он несомненно был красавец,
И нарциссизмом поглощен.
Все эльфы, нимфы и русалки
Любили этого плута
И гордо выпрямив осанку,
Ходил по берегу пруда.
Альфредо знал, что он прекрасен,
Половозрел и натурал,
И был поэтому опасен,
И всех ебал. И как ебал!
Отметить надо, что для гнома
Имел он преогромный член.
И потому с любой из рода
Он вытворял все, что хотел.
Но возгордившись этим местом,
Маленько потяряв чутье,
Он захотел иметь невестой
Такое, чтобы - Е-МОЕ!:
* * *
Короче, не смирив гордыни,
Пошел искать - что покрупней
Чтоб знали все о гнома силе!
И чтобы помнили о ней!
Не будем долго изголяться
Мы в словоблудия грехе
И скажем, что сумел прокрасться
Он к людям - вопреки судьбе.
Стих 2
В том королевстве, где Альфредо
Бродил, ища себе жену,
Встречала юная принцесса
Половозрелую весну.
Она была юна, прекрасна,
Красива, словно нимфа гор.
В половозрелости опасна
Как меч домоклов иль топор.
И нимфам, и русалкам скопом
Дала бы форы в красоте,
И отличалась лишь масштабом:
То бишь размерами... ВЕЗДЕ.
Принцессу звали Герменунда,
И отличалася она,
Помимо красоты подспудной
И изощренностью ума.
Тщеславный гном, прознав об этом,
Приняв свой самый лучший вид,
Решил, что если шанс есть где-то,
То этот шанс его настиг!
Кафтанчик - твид. Штанишки - лайка.
На пальце перстень золотой.
Гель в волосах. В руке нагайка.
И дверь дворца он пнул ногой!:
Зашел в дворец - лакеи в шоке!
И шепчутся - " Гляди: сюда:
Хоть маленький такой, а сколь
В нем понта - карлик хоть куда!:"
Не слыша этот треп лакейский,
И гул приняв как знак судьбы,
Он словно выкидыш еврейский
Поставил фарт свой на дыбы!
Узрев его, девичьим взглядов,
Воскликнув - "Чудо! О - ла - ла!",
К нему принцесса подбежала
А вместе с ней, ее манда!
И понял гном, что финт удался,
Что это он - тот перст судьбы!
И, восторгаясь этим счастьем,
Сел на ладонь своей мечты.
Подняв его с ладонью вместе,
Смотрела дева на него
И восторгаясь, чуть не треснув,
Тащился гном! И член его!
Стих 3
Читатель мой, я мог бы долго,
Со смаком здесь читать мораль,
Но понимая, что нет толка,
Продолжу стих. Хотя и жаль!
Не долго мучаясь терпеньем,
Чрез пару дней совместных игр
Он отличился жутким рвеньем,
Как обезумевший сатир.
В доверье втерся он принцессе,
Как самый лучший в мире друг,
Про них печатала вся пресса
Она ж гордилась у подруг.
Про секс Альфредо знал поболе
Чем весь "Пейнтхаус" иль "Плейбой",
Но на свое, на гномье, горе,
Он не учел размерчик свой.
Сначала он чесал ей груди,
И по напрягшимся соскам,
Он понял, что она не против
Что б он другое почесал.
Но гном порядочен был очень,
И как мужчина пожелал,
Узами брака обвенчаться,
Что б плеву по закону рвал!
Он предложил ей руку, сердце!
Чуть покраснев, пустив слезу,
Она ответила что в детстве
Вдруг наступила на косу.
Она сказала, что случайно.
Он понял, что не стоит слов,
Затратить лишь на то, что странно:
Ну и основа из основ.
И предложила дева гному,
Не тратя много лишних слов,
Гражданским браком повенчаться,
А Гном на все уж был готов!
Гражданский брак - то бишь, сношаться,
А значит - удовлетворять!
А это значит счастье это -
Ебать... Ебать... Ебать... Ебать...
Страсть олигарха бесконечна,
Монаршья похоть - океан.
И гном наивный словно свечка,
Сгорал, но как :- не ведал сам.
Она его и в хвост и в гриву:
То пробежаться по соску,
То полизать себе вагину,
Иль клитор пососать ко сну.
Стих 4
Не надо быть особо умным,
Чтобы понять, что бедный гном
Из-за размеров скудоумных,
Остался с бледненьким хуйком.
Чтоб поиметь махину страсти,
Притом не просто поиметь.
И чтобы кончила от счастья,
Тут гномьий член - что жопе петь
Его и плющило и било,
Он извивался и кричал.
И пропердоленный, как мыло,
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
|
