 |
| |
| | Положил машку на бок, ноги ей согнул в коленях и прижал к животу, верёвкой примотал, чтоб зафиксировать её такой скрюченой. опять всё с огромным удовольствием с ней проделывал, и положил вот так, и всовывал в неё наконечник этой чудо-промывайки, с тёпленькой водичкой, предварительно смазав его. но одного я не учёл, не знал теперь, как заставить её кишечник выплеснуть в таз всё содержимое. пробовал на живот ей нажать, но это не помогло. решил залить ещё порцию воды. а потом ещё. на третьей у машки начались самопроизвольные спазмы желудка, на что я и надеялся. выплеснулось не так уж и много какашек, довольно чистенько было. я подумал, что теперь можно промыть её струёй душа, открутив с него лейку, вставив ей в попку и включив напор посильнее. чтобы всё это проделать, мне нужно было тоже раздеться. я сел на край ванны, положил машку животом на колено, так, чтобы попка была в ванне, а голова свисала за борт ванны. очень мешал при этом стояк, который был столь сейчас таким, как никогда! продержал её так минут пятнадцать. вода уже долго вытекала из неё абсолютно чистая. зрелище шикарное - мокрая, связанная, спящая девка, со шлангом от душа в жопе! и раз уж она всё равно мокрая... и я тоже. и мы с ней в ванне. в общем, я захотел обоссать её. незамедлительно я выполнил задуманное. жуть, какой же я грязный извращенец! что за бес в меня вселился! | | |
| |
|
| |
| | О, господи, вблизи вижу с некоторым даже испугом, что, ну вот совсем-совсем уж прямо ещё молоденькая. Сколько же ей, интерес-но, лет-то? Поджала губки и молчит. Насупилась. Даже глаз не поднимает. Только лишь пальцы нервно застучали по столику. О, боже, а ноготочки-то чёрненькие. Пальчики хрупкие-хрупкие прямо такие вот, тоненькие, но ноготочки-то на них уже именно вот всё же вызы-вающие такие вот, угрожающие, экстримные, ядовито именно чёрненькие!!! Говорящие о том, что девочка в общем-то сейчас передо мной не простая, не так себе, а цевильненькая! Старающаяся казаться уже взросленькой. О, господи, ну конечно же уже ебётся! Да в этом даже и сомненья быть не может. | | |
| |
|
| |
| | Я стал гладить свои уставшие ноги в телесном капроне с голубым отливом. Мне было очень приятно трогать эти гладкие, нежные и шелковистые ножки. Особенно мне нравилось трогать мои обтянутые капроном колготок пальчики и шевелить ими в нём. Я задрал подол, чтобы посмотреть, что у меня платьем и... не увидел ничего сквозь капрон, кроме гладкой поверхности между ног. Даже два маленьких холмика от яичек куда-то пропали. Но меня это уже нисколько не волновало - ведь я девочка - а девочек такие "пустяки" не должны волновать. Поэтому я закрыл это место подолом платья, аккуратно оправив его, продолжил любоваться на свои ноги в капроне, гладя их. | | |
| |
|
| |
| | - Простите, но я не ношу нижнего белья. Меня не предупредили, и я не готовилась к такой беседе. Может быть, Вас устроит мой вид в неглиже? | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 18598 (за неделю: 12)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 26%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
|
