 |
 |
 |  | - Ну, понимаешь... - Юлька, заметно волнуясь, пыталась подобрать слова. - Когда мы приехали в лагерь и несколько дней находились всё время рядом, я поняла, что хочу всегда быть с тобой. И я решила, что стану твоей, и плевать. И будь, что будет. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Он своим мокрым носом коснулся моего бедра и чуть лизнул мою киску через трусики. Тут мне сорвало крышу. Я спустила его с цепи и привела в дом. Раздевшись я позвала его к себе и сидя на краешке кровати, раздвинула ножки. Пес сразу стал нюхать мою промежность, после чего, он недолго ее вылизывал. От его наглого, шершавого языка я была готова визжать, он раздвигал губки моего нежного бутончика, касаясь самого сокровенного. Я начала гладить его мохнатый мешочек, оголяя еще не вставший алый конец. Смочив руку слюной, я стала дрочить его член и очень скоро, пес начал сам трахать мой кулачок. Встав раком я повернула пса к своей попке, он запрыгнул на меня и начал больно тыкаться своим небольшим членом мне в попку и киску. Когда он попытался проникнуть, мне стало очень больно, потому что его член, с костью внутри, попадал не ровно в цель. Моя киска была совсем не растянута и я испугалась. Поэтому решила сменить позу. Я легла на край кровати и затащила пса на себя. Задними лапами он стоял на полу и моя киска была удобно расположена перед его членом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Зашли в сортир и он мне говорит: "Саня, че хошь делай но я тебя щас ебать буду, полгода я на тебя облизываюсь". А что мне делать было? Ну давай говорю попробуем, но предупреждаю, у меня не было такого, и если больно будет то сразу прекратим, а то я заору так, что вся рота в ружье поднимется. Он согласился и мы прошли во вторую комнату где сам сортир, т. е. кабинки. В последней закрылись, а там тесно пипец. Вобщем он говорит, что сначала в рот давай, я как-то заартачился, но он вывалил своего коня черного, и я уже прижат был к стене. Пришлось опуститься на корточки и начать. Хуй был чистый, сегодня тока баня была, я сосал как мог, хуй выскакивал то идело из рта и бил меня по носу, щекам. Вся рожа с мазке и слюнях. А Мага голову вверх поднял, глаза закрыл, дышит как паровоз, думаю уж не плохо ли ему стало. Потом минут через 5 вытащил и говорит "Давай Санька задок подставляй, говорит, нежно тэбя буду целочку ломать". Я медленно повернулся задом и слезы у меня потекли, он увидел, повернул меня к себе лицом, и стал как бабу взасос целовать и шептать, что не надо боятся, что больно сильно не будет, что я вытерплю. Я снова занял позицию задом к нему. Он опустил мне кальсоны и своим пальцем послюнявленным стал мне на очко давить, да мять его. Мне даже стало нравится, но когда влез в меня палец было неприятно, но не особо больно. Покрутил пальцем он в жопе у меня и захрипел от страсти видимо. Стал уже залупой давить, Она соскальзывает, хуище то у него о-го-го, а дыра у меня маленькая. Мучился он мучился и... о бля как слезы брызнули у меня, да хорошо он мне рот успел зажать, я охренел от боли. А он ебет не останавливаясь. Шепчет: "Все, все еще чуток патэпри малыш, щас я быстро. А какая попочка маленькая, а а а а а". Вобщем ебет парень мальчишку, так это было со стороны. Драл он меня минул пять всего, потом как стал сливать мне в жопу, а она вытекает и по ляжкам течет. У меня рот зажат, я ничего не пойму. Еще все больно, а потом он мне стал дрочить и вот уж тут я поплыл, такую струю пустил в стену, ух. Мага вытащил хуй из меня, красный весб, вспотел. А глаза счастливые. И опять меня в засос, , и говорит: "Ты Саша прости меня, я нэмог болше сдерживаться" и вышел из сортира. А я так и стоял со спущенными кальсонами, жопа вся раздолбана, по ногам малофья его течет. И заплакал, такие чувства в моей душе бились, просто невозможно передать. Ведь если ребята узнаю это все, петля мне. Проревел я часа два, потом пошел подмыл жопу и спать поплелся. Мага уже спал, и я теперь на него посмотрел даже как-то по другому, Теперь я понял, что моя жизнь дальнейшая в его руках. Мага оказался хорошим человеком, ни одна душа не узнала, о том, что он мне целку поломал. И потом у нас было еще с ним и не только с ним. Вот такая истрия, извините за сумбурность, я не писать, впервые такое пишу. Спасибо, что выслушали! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Пристегнув повод к ошейнику старухи, "надсмотрщик" повела её на "процедуры". Пожилую рабу при¬вели в кабинет, где ей увеличивали груди. Её пристегнули к креслу. "Доктор" осмотрел её грудь и большие поло¬вые губы и остался доволен. Приказав, что то своим помошникам, он сел за компьютер. "Медбратья" , с помощью ручной помпы, оттянули соски и пупок старухи. Повесив на большие половые губы рабы зажимы, они, под стоны жертвы, сильно развели их в стороны и закрепили. На крупный клитор по¬жилой женщины установили колбу с отводом и откачали воздух. Выдвинув из кресла приспособление, мужчины зажали и сильно оттянули малые срамные губы рабы. По бокам кресла, они поставили стойки с раствором. |  |  |
| |
|
Рассказ №14021
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 08/07/2012
Прочитано раз: 43496 (за неделю: 35)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Тебе это будет неприятно, но абсолютно необходимо. Я изувечу тебе тело и душу, и ты не забудешь этот опыт до конца своих дней... или до конца своего плена, смотря что наступит раньше. Как перед походом к зубному врачу, в ожидании боли начнётся страх, и это тоже очень важная часть твоих испытаний. Поэтому я и объясняю тебе, какой ужас тебе предстоит... зажимы на всём теле, грузы на этих зажимах, а также всевозможные шлёпалки, хлысты и плети, которые доберутся до самых нежных частичек твоего тела. И тебе при этом будет так больно, как ты никогда не могла себе даже представить...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Он снова вошёл в комнату, и при звуках его голоса я тотчас вернулась в реальность. Голос его изменился, и я наконец узнала своего похитителя.
Это был Эш.
- Ну, как мы тут, Джен?
Он говорил спокойно и буднично, словно врач, принимающий пациента. Я начала извиваться и что-то скулить из-под слоя ленты. Разрозненные куски головоломки внезапно встали на свои места. Только Эш знал о моих сексуальных наклонностях, и, конечно же, он помогал мне во время визитов к Грэму. Время похищения также было выбрано не случайно, ибо Эш знал о моей предстоящей поездке.
Осознав это, я снова испугалась. Я поняла, что он знает, что пройдёт ещё три недели, прежде чем кто-то начнёт задавать вопросы. Мысли мои неслись сразу во все стороны со скоростью тысячу миль в час, пока я сама могла лишь жалобно хныкать.
Затем его руки оказались на моём теле. Я ощутила, как холодная сталь ножа разрезает ленту, притягивавшую мои икры к бёдрам, и я смогла наконец со стоном выпрямить ноги. Небрежно содрав остатки ленты, он позволил мне сесть на край постели. От того, что я так долго пролежала ничком, у меня на мгновение закружилась голова, и, наверное, я качнулась вперёд, так как он схватил меня за плечи.
- Всё окей? - спросил он.
С изумлением я уловила в его голосе успокаивающие интонации. Будто он помог мне в какой-то заурядной ситуации, словно поднял с пола мою упавшую сумочку. Восстановив равновесие, я села прямо.
- Сейчас я сниму с тебя часть ленты, Джен. Мне надо, чтобы ты вела себя спокойно, иначе тебе будет хуже - ты даже не представляешь, насколько. Поэтому веди себя хорошо. Понятно? Кивни, если да.
Выбора у меня не было, и я наклонила голову.
Он снова перевернул меня на живот и начал срезать ленту ниже локтей. Я шевельнула пальцами, но, поскольку локти оставались крепко связанными, дальше дело не пошло. Но меня не собирались освобождать так быстро. Меня не развязывали, а всего лишь связывали по-новому. Каждое запястье обмотали верёвкой, затянув узлы на каждой из них отдельно. Очевидно, там оставались свободные концы, так как мне снова дали сесть, после чего оба конца обернули вокруг меня и завязали спереди.
Затем липкая лента покинула мои локти и верхнюю часть тела. Эш, очевидно, не мог распутывать меня без того, чтобы не щупать за грудь и теребить за соски, но я с таким облегчением расставалась с тугой обвязкой, что едва это замечала.
Сняв остатки ленты, он затянул верёвки вокруг моего тела, и я наконец поняла, что он задумал. Руки мои оказались стянуты за спиной на манер смирительной рубашки - левое запястье касалось правого локтя, и наоборот. Я издала ещё несколько жалобных звуков, которые ни к чему не привели.
Теперь Эш переключился на мою голову. Это было куда больнее - лента плотно прилипла к волосам. Надо полагать, в процессе удаления ленты я жаловалась слишком громко, и Эш вряд ли был из тех, кому такое по нраву. Моё лицо обожгла внезапная пощёчина.
- Заткнись, чёрт тебя побери! - Интонация голоса резко изменилась. - Хочешь, чтобы я оставил всё как есть? Да?
Я жалко мотнула головой. Он продолжал резать и отдирать, и я стиснула зубы, когда вся масса ленты наконец покинула мою голову - по всей видимости, сохранив её форму. Остались лишь отдельные полосы, которыми он изначально заклеивал мне рот и глаза.
Пот начал заливать моё освобождённое от ленты лицо скопившимися за всё это время ручьями. Я чувствовала, как влага капает мне на ночную рубашку. Волосы намокли и слиплись. Я вдыхала запах своего пота, к которому примешивался оттенок страха.
- Подымайся! - приказал Эш.
Кажется, он не собирался удалять всю ленту до конца. Я подчинилась, и он повёл меня через комнату. Босыми ногами я ощутила холод бетонного пола. Меня подвели к какому-то стулу... я ощутила под коленками металлический каркас и села. Стул при этом не шелохнулся, и я догадалась, что он привинчен к полу. Кажется, это был самый обычный стул, которые часто встречаются на конференциях - мягкое сиденье и спинка на стальной основе. Эш чуть ослабил привязанные к мои запястьям верёвки, чтобы завести мои руки за спинку стула, после чего снова связал верёвки вместе около пупка. Всё это было пока что не очень страшно - до тех пор, пока широкий кожаный ремень не обвил меня под грудью и не прихватил меня к стулу.
Хрюкнув от напряжения, Эш туго затянул ремень и застегнул пряжку. Затем на моих лодыжках оказалось что-то вроде кожаных браслетов, за которые он потянул мои ноги назад и оторвал их от пола, привязав к задней части стула. Когда поверх моих бёдер туго затянули ещё один ремень, я подумала, что дальше меня обездвиживать уже некуда. Но этот человек ещё не закончил... верёвку, привязанную к задней левой ножке стула, он пропустил над моим правым плечом и горлом, после чего привязал её к правой ножке. При этом он затянул верёвку так, что голова моя была вынуждена смотреть прямо вперёд.
Наступила тишина, и я чувствовала, как он смотрит на меня, любуясь и смакуя мои связанные очертания. После этого на голом бетоне хрустнул ещё один поставленный рядом стул.
- Да, - сказал он с явным удовольствием. - То, что надо. От тебя прямо глаз не оторвать, Джен. Очень соблазнительно. Наверно, ты гадаешь, зачем я привёз тебя сюда. А может, уже и догадалась по ходу дела кое о чём. Такая умница, как ты... конечно, догадалась. Ну что, начнём сначала? Нам удобно в таком положении? Надеюсь, что да. Я поместил тебя в эту позу для того, чтобы ты как следует вникла в смысл моих слов. Это очень важно... чтобы ты полностью осознавала суть своего плена, его цель и, что самое главное, его бесповоротность. Проще говоря, ты никуда отсюда не денешься, пока я сам этого не захочу. А могу и не захотеть. Это понятно?
Я не шевелилась.
- Я сказал... это понятно?!
Голос его, спокойный и увещевательный, внезапно обратился в крик. Что-то просвистело в воздухе, и мою левую грудь под материей рубашки обожгла боль. Я вскрикнула заклеенным ртом и закивала так, как только позволяла мне верёвка на горле, а позволяла она мне совсем чуть-чуть.
В следующую секунду он был уже сама мягкость и теплота.
- Вот и хорошо, Джен, вот и хорошо. Я рад, что мы понимаем друг друга. Сегодня я расскажу тебе лишь малую часть истории. Завтра, быть может, я расскажу чуть побольше - зависит от того, насколько способной ученицей ты окажешься. Как ты, должно быть, уже догадалась, меня зовут Эш. Да-да, тот самый, кому ты доверяла все свои сомнения и желания за последние шесть месяцев. Сейчас я знаю о тебе очень много. Жаль, что ты пропустишь свой отпуск, но это тебя совершенно не касается - я объясню это чуть подробнее завтра, или как-нибудь потом. Главное, что теперь ты находишься в темнице Эша, который в обозримом будущем станет твоим домом.
Как-то напыщенно звучит это слово, "темница". Правда? - Он хихикнул. - Здесь нет крыс, нету замшелых стен, на которых предыдущие обитатели царапали свои инициалы. Полная звукоизоляция и соответствие мировым стандартам, ха-ха. В своё время я дам тебе познакомиться с ней получше, когда ты сможешь двигаться посвободней. Но не обольщайся - я буду ограничивать свободу твоих движений до тех пор, пока это будет нужно, пока ты полностью не подчинишься моей воле. Ты оказалась здесь, Джен, по двум причинам... в целях эксперимента и в целях моей собственной выгоды. Эксперимент заключается в том, что с этого момента ты становишься рабыней... моей личной рабыней.
Ты будешь заперта здесь всё время, пока я буду заниматься твоим воспитанием. Однажды, когда ты продемонстрируешь полное и безоговорочное подчинение моей воле, я могу наградить тебя чуть большей свободой. Знаю, знаю, всё это звучит как-то чересчур, а-ля безумный профессор, но на дворе двадцать первый век, Джен. Каждый день во всём мире происходят самые странные вещи. Люди пропадают бесследно... Так что отныне ты будешь подчиняться мне без раздумий. Я знаю, что ты сейчас думаешь.
Всё это не очень похоже на то, что я говорил тебе про отношения "господин-нижняя", да? Действительно, здесь нет никаких обоюдных согласий. Никаких отношений на любви и доверии, никакой добровольной передачи власти. Всё намного проще. Я распоряжаюсь тобой целиком и полностью. Ты будешь есть только с моего ведома. Ты будешь спать только с моего ведома. Ты будешь срать только с моего ведома! - Голос его подскочил на октаву вверх. - Ты хорошо меня понимаешь, Джен Шервуд?
Я кивнула, чувствуя, как трясусь всем телом настолько, насколько это было возможно в моей позе. В тёплой комнате словно похолодело от веса его слов. Психопат. Классический душевнобольной. Что-то внутри меня протестовало, уверяя меня, что всё это ошибка, жестокая шутка, и через минуту он отпустит меня и отвезёт в аэропорт, чтобы я успела на самолёт.
- Короче говоря, Джен, от меня зависит сама твоя жизнь. Я могу бросить тебя здесь в цепях, чтобы ты умерла от голода. Или от жажды. Процесс будет долгим и непростым. Можно, конечно, и по-другому... как-нибудь быстрее и безболезненнее. Суть в том, что Хозяин отвечает за благополучие рабыни, но если рабыня не оправдывает ожиданий, благополучие может пострадать. Неповиновение будет наказано. И наказание будет суровым. Ты понимаешь это, Джен?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 78%)
|