 |
| |
| | Через некоторое время она отодвинула голову назад и из её рта вышел уже стоячий и не малых размеров член. Я даже удивилась, как он у неё там поместился. Он вошёл обратно и она стала быстро крутить головой подавая её в зад и в перёд скользя губами по члену, иногда вытаскивая его полностью и облизав головку засовывала обратно. Так продолжалось не долго. Парень поднял её и стал перед ней на коленях. Она поставила ногу на стул, а парень засунул голову ей между ног. Сестра закрыла глаза и опрокинула голову на зад. | | |
| |
|
| |
| | - А теперь, вытри ее мокрым полотенцем, и привяжи ноги под скамейкой! - девушка после изнасилования обкакалась, и Борис, разрядившись, пошел мыться. - Я скоро приду! | | |
| |
|
| |
| | Её не не нужно было долго уговаривать, широко раскрыв рот она жадно захватила член в рот. Почти сутки она не держала во рту мужских отростков, и успела соскучиться по этому солоноватому привкусу, смеси пота, мочи и спермы, когда-то для неё противному... | | |
| |
|
| |
| | Раздевайся-раздевайся, прокричал я из-за ширмы, при этом я сам сначала испугался своих слов. Я сейчас выйду, добавил я, что бы избавиться от мучительной тишины безответности. Сам же стал одеваться медленнее и не отрывался от щели. Наталья уже покраснела. Она повернулась спиной к целителю, скрестив руки перед собой, взялась за краешки обтягивающей фигурку кофточки и потянула ее вверх. Она всегда очень трепетно подходила к выбору нижнего белья, поэтому сейчас она была даже рада возможности покрасоваться перед посторонним мужчиной, нечасто приходится показывать себя кому-то, кроме собственного мужа. Я, немного полюбовавшись столь волнующим зрелищем сквозь ширму, оделся и вышел. Мне было предложено присесть на стул, пока целитель осмотрит Наташу. Она стояла, максимально выпрямив спину и, по просьбе врача, выполняла различные манипуляции телом. Он же водил пальцами вдоль ее позвоночника, местами надавливая и прощупывая что-то. Было интересно наблюдать за действом со стороны. Когда человек мастер своего дела, за ним всегда интересно понаблюдать, а когда в его руках слегка прикрытое тело вашей жены, это тем более привлекает внимание. Я вдруг понял, что его фоновое до этого момента бормотание, это комментарии процесса. Стало немного неудобно, ведь он старался рассказать мне что-то, а я погрузился в свои фантазии. Теперь я внимательно слушал все, что он говорил. Собственно он лишь проговаривал названия мышц и сообщал их состояние. Периодически он просил свою пациентку принять то, или иное положение. То, как он ее ставил, смущало и мою супругу, и меня самого. Не то, чтобы это были слишком непристойные позы, просто сам процесс был нестандартен. Хоть и врач, но все же мужчина ощупывает женщину в присутствии ее мужа, да еще и просит ее всячески выгибаться и наклоняться. Пока он осматривал спину, я еще успокаивал себя, но принципом его метода было то, что он за время сеанса не оставлял без внимания ни одной мышцы, пусть даже она и не беспокоила пациента. Я понимал, что он вот-вот попросит развернуться мою жену. Если бы она готовилась к такому осмотру, то, конечно, надела бы закрытое белье, больше похожее на одежду для занятий спортом. Сейчас же на ней был настолько открытый бюстгальтер, что кружевная линия проходила над самым выступом сосков. Мне очень нравилось, когда Наталья надевала такое белье. Грудь была высоко поднята, и каждое движение открывало взору розовый ореол, а иногда и сам сосок. Я сидел за спинной врача, чуть правее от него. За время осмотра он не раз просил Наталью поднять руки вверх, и я ни разу не замечал, что бы она поправляла бюстгальтер после каких-то телодвижений. Я замирал при каждом слове доктора, ждал, что он попросит ее повернуться, но эта фраза все равно словно ударила меня. Повернитесь, пожалуйста, произнес он. Движения моей супруги казались мне кадрами замедленной съемки. В висках тарабанил пульс, все сжалось внутри и лицо охватило жаром. Наверняка, многие из вас бывали в ситуациях, которые вызывали подобные ощущения. Очень волнующее и возбуждающее чувство. С одной стороны ревность, стыд, какая-то непонятная жадность будто бы он собирался воспользоваться ею, одновременно с этим, желание предложить отложить осмотр на другое время, но с другой стороны, где-то в глубине, не давала покоя мысль о том, что сейчас я буду свидетелем чего-то необычного. Попытка успокоить себя тем, что это всего лишь врач и для него это стандартная ситуация, не дала никаких результатов. Когда она повернулась, я заметил, что врач на какое-то время отвлекся, он осматривал мою жену, как и я. Мы смотрели на женщину, взволнованную ситуацией, ее дыхание участилось. При каждом вдохе, грудь поднималась. От этого, и без того уже заметный контур ореола, открывался все больше. Она явно была возбуждена, кожа вокруг сосков приобрела характерный, более темный, чем обычно цвет и немного сморщилась, кроме того, стали заметны увеличившиеся соски. Она знала об этом, старалась не встречаться глазами ни с кем из нас. Этот знакомый мне блеск в глазах: Похоже ей нравилось шокировать меня. В таком наряде, она казалась еще более развратной чем, если бы она была совсем голой. Белоснежный, почти не скрывающий грудь, бюстгальтер, длинная черная юбка и обнаженные ступни ног, давали странный эффект, как бы недосказанность. Юбку чуть выше колен поднимите, попросил доктор. Наталья покорно, как мне показалось, излишне низко нагнулась и, взяв руками край юбки, выпрямилась. При этом она задрала подол намного выше, чем ее просили. Когда врач, осмотрев суставы, предложил провести первый сеанс прямо сегодня и сказал, что в обход кассы, это будет дешевле, я уже был не способен над чем-то думать. Ну, как вы? Он переспросил, так и не получив ответа. Если не начнете сейчас, то вас второй раз сюда не затащишь, почувствуете эффект и решите, продолжать или не стоит. Даже если бы мы и решили отказаться, то хотя бы оправдывающую причину нужно было выдать. В общем, так или иначе, мы согласились. Вернее ответ дала моя жена, а я лишь одобрительно кивнул. И снова последовала обжигающая слух фраза. Раздевайтесь, произнес доктор и жестом показал на ширму. Насколько нужно было раздеться, он не сказал, жена моя не спросила, а я не находил себе места. В каком же виде она выйдет? Вышла она, обернув себя простыней, которая лежала в пакете забытом мной. Простыню она держала рукой на груди. Однако простыня должна была лечь покрывалом на кушетку и жене моей пришлось остаться в одних трусиках. Это были скорее маленькие шортики из плотного кружева. Вещица довольно таки красивая и не открывающая лишнего. Началась процедура. Я уже со странным ощущением удовольствия наблюдал, как по телу моей супруги скользят смазанные каким-то маслом руки доктора. Пациентка тоже вкушала прелести массажа. Разогрев, довольно приятная процедура, а после, очень болевые воздействия во время которых, даже мне хотелось взвыть от боли, но после которых, в теле ощущалась такая легкость, что хотелось повторить. Она ели сдерживала крик, на глазах появились маленькие капельки несдержанных слез, от которых немного потекла тушь. Болевые приемы чередовались успокаивающими, почти ласкающими поглаживаниями и растираниями. В такие моменты на лице появлялось блаженство. Она уже не стеснялась смотреть на меня, даже дразнила. Когда было больно, она прикусывала губу. Ее негромкие вскрикивания, стали больше похожи на сладострастные постанывания. Дыхание стало тяжелым, лицо сильно раскраснелось. Она была очень возбуждена и даже не старалась скрыть это. Наоборот всем своим видом она подчеркивала это. Когда врач работал над ее поясницей, она прогибалась изо всех сил, то выпячивала попку, то прижималась лобком к кушетке. Не заметить ее странного поведения уже было невозможно. Наверное, и на моем лице было написано, что я готов кончить от одного прикосновения к члену. Тем временем, руки доктора опускались все ниже. Он уже приспустил широкую резинку белья на несколько сантиметров. Он ничего не говорил, но и мне, и моей жене была понятна причина небольшой паузы. Растирать нежную кожу через кружево было не очень то удобно. Супруга не стала дожидаться предложения. Она приподняла попку и медленно спустила трусики почти до колен. При этом, она так согнулась, что ее попка едва не коснулась груди сидящего позади ее доктора. Все это время она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Ее глаза были преисполнены похоти. Опускаясь, она расправляла перед собой простынь, а когда руки были на уровне груди, она поправила ее, но не просто удобно уложила, сильно сжала и оттянула соски. Сидящему сзади врачу, не было заметно этих подробностей, но акт ласки не остался незамеченным. Он уже понял, что является участником некой игры. Он давно заметил, что супруги, находящиеся в его кабинете, оказались в подобной ситуации впервые, что ситуация эта вызвала интерес у обоих, и что они совсем не против подобного эксперимента. Дошла очередь до ног. Я уже говорил, без внимания не оставлялась ни одна группа мышц. Естественно было необходимо немного расставить ноги, но этому мешали трусики, которые так и остались на уровне колен. До последнего момента, я надеялся, что это небольшое развлечение, игра закончится на этом. Трусики должны были оказаться на прежнем месте, они больше не мешали. Я ошибся! Моя супруга села на кушетку и сняла их совсем. Она стояла абсолютно голая. Ты не против, милый, неуверенно сказала она. Не знаю почему, но я не стал возражать, хотя сам вопрос и голос были поставлены так, что она как будто спросила разрешения на то, что бы ее поимели на моих глазах. Самое интересное то, что я был согласен и на это и всем своим видом давал им обоим понять это. | | |
| |
|
Рассказ №16395
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 03/03/2015
Прочитано раз: 22673 (за неделю: 9)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Саша между тем делал свою мужскую работу, стараясь снова, уже в который раз, высечь искру из Маревской. Вдруг в изножье развороченной кровати возник силуэт постаревшего "Карлсона, который живёт на крыше" , безмолвно, как уликой, потрясающего белой разорванной ночной рубашкой. "Японский бог!" - дёрнулась Елена- "Дверь нараспашку!" Шеф смотрел на неё глазами полными ужаса и восхищения, он хотел что-то сказать, но, дёрнув подбородком, бросил на кровать рубашку и вышел, не затворив за собой дверь. "Придётся искать новую работу" , - обречённо подумала Елена. Ей вдруг стало жалко старого шефа, который ради неё приехал в эту командировку в ненавидимую им Россию, ради неё вставил новые зубы и выкрасил волосы в чёрный цвет. Забавно, но Александр даже не заметил только что разыгравшейся драмы. Да и Елена вскоре снова провалилась в бездну своего упоительного грехопадения...."
Страницы: [ 1 ]
Приняв душ и намазав лицо толстым слоем питательного крема, Маревкая готовилась упасть в объятия Морфея на широкой двуспальной кровати своего номера-люкс. Со словами "А пошли вы все на хер!" она свернулась калачиком под толстым одеялом и провалилась в приятную полудрёму. Ей виделась она сама, молодая, лет этак двадцати. Будто сидит она на экзамене по истории языка и никак не может перевести текст, написанный на древнем лангобардском языке, но почему-то арабской вязью.
Сидит одна в актовом зале, когда как вся группа давно отстрелявшись, ушла дружными рядами в студенческое кафе "Лингва" и квасит там компот из сухофруктов с молочными коржиками по 10 копеек. "Ну, что же Вы, Маревская, не можете выполнить элементарный перевод. Что-то вы совсем, голубушка, ку-ку!" - промолвил явившийся ночным кошмаром профессор Лурье и постучал себя костяшками пальцев по веснушчатому лбу, почему- то в ритме матросского танца "Яблочко". "Тук. Тук. Тук-тук. Тук-тук-тук-тук, тук-тук!" - раздался повторный стук, и Елена проснулась. Стучали в дверь. "Ах ты, старых хрен! Ну, я тебе сейчас устрою ночь любви со следами насилия на лице!" - взвилась с кровати Елена Борисовна, уверенная, что это любострастный шеф ломится к ней среди ночи, и рывком распахнула дверь.
На пороге стоял Саша. Он шагнул к Маревской и молча прижал её к себе. Елена упёрлась кулаками ему в грудь: "Какого!:" Но Александр закрыл ей рот ладонью: "Молчи! Только не надо ничего говорить!" Елена попыталась удержать расползавшуюся по плечам батистовую сорочку, тогда Саша рывком сорвал её и бросил на пол. "Интересные дела!" - успела подумать Елена, когда молодой человек поднял её на руки и понёс к кровати.
Зачарованная стремительным натиском Маревская утратила здравый смысл и всякую волю к сопротивлению. Она обнимала своего партнёра руками и ногами, впивалась в его спину ногтями и совершенно не осознавала глубину своего падения. Ей было хорошо, очень хорошо, как никогда за всю её женскую жизнь. Ей снова было двадцать, и она любила, любила всем сердцем здесь и сейчас этого мальчика. Его нетерпение и страсть будили в ней ответную бурю. Она не стеснялась своего уже не молодого тела, пресловутого целлюлита, на борьбу с которым у неё не было ни желания, ни сил, небезупречной линии живота и слегка округлевшей талии. Всё это было не важно, ведь ей сейчас было двадцать, она выпала из времени и пространства и летела, раскинув руки, в тёплых потоках восходящего воздуха.
Собственно, Маревская не была красавицей в общепринятом смысле этого слова. Она была небольшого роста, её можно было бы назвать коренастой, если бы не ноги. Ноги были хороши! Ровные, с сухими щиколотками и точёными ступнями, которыми она в тайне очень гордилась. Ногти на ногах в любое время года всегда были выкрашены в красный цвет. Не то чтобы она готовилась к встрече с мечтой, нет, она это делала для себя, сама любовалась своими аккуратными плотно пригнанными друг к другу пальчиками и розовыми по-детски гладенькими пяточками.
Вот и сейчас, даже в эти роковые минуты она смотрела с удовольствием на свои ритмично подрагивающие над спиной Александра ножки. Кудрявые волосы её разметались по подушке змеями Медузы Горгоны. Эти волосы она ненавидела в молодости, их невозможно было уложить в модную причёску сэссон, они торчали своенравно во все стороны, обрамляя её семитское лицо, узкое с чуть горбатым носом (в минуты особого недовольства собой именуемым "шнобелем") и скорбными серыми глазами. Всю школьную юность и первые курсы института Елена не пользовалась успехом у соучеников мужского пола, на дискотеках исправно согревая спиной кусок стены, пока на экраны страны не вышел фильм "Грязные танцы". И тут обнаружилось, что Лена Маревская просто однояйцевый близнец главной героини культовой картины. Мировая слава актрисы Дженнифер Грэй осенила своим крылом Елену. Её так и стали звать в институте- "Бэби". Поклонники пошли косяком.
Саша между тем делал свою мужскую работу, стараясь снова, уже в который раз, высечь искру из Маревской. Вдруг в изножье развороченной кровати возник силуэт постаревшего "Карлсона, который живёт на крыше" , безмолвно, как уликой, потрясающего белой разорванной ночной рубашкой. "Японский бог!" - дёрнулась Елена- "Дверь нараспашку!" Шеф смотрел на неё глазами полными ужаса и восхищения, он хотел что-то сказать, но, дёрнув подбородком, бросил на кровать рубашку и вышел, не затворив за собой дверь. "Придётся искать новую работу" , - обречённо подумала Елена. Ей вдруг стало жалко старого шефа, который ради неё приехал в эту командировку в ненавидимую им Россию, ради неё вставил новые зубы и выкрасил волосы в чёрный цвет. Забавно, но Александр даже не заметил только что разыгравшейся драмы. Да и Елена вскоре снова провалилась в бездну своего упоительного грехопадения.
Саша лежал рядом, блаженно закрыв глаза и улыбаясь. Елена смотрела на него, опершись не локоть: "Вы соображаете, молодой человек, что Вы сейчас сделали? Изнасилование, статья 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, срок лишения свободы от двух до десяти лет." "А по уложению о наказаниях 1845 года - смертная казнь. Но я согласен" , - не открывая глаз, беспечно сказал юноша. - "Тем более что ты мне отвечала. Так что, всё, что произошло здесь, было сделано по обоюдному согласию." Маревская замолчала. Саша перевернул её на спину и прижал запястья к спинке кровати: "Когда мы снова увидимся?"
"Никогда."
"Почему?"
"По совокупности причин. Всё, тебе пора, уходи! Поезд дальше не пойдёт, просьба освободить вагоны!"
"Ну почему?! Тебе же было хорошо со мной, я же видел, я чувствовал!"
"Вот именно поэтому. Я не имею права быть смешной. Всё, уходи!"
Саша сел на кровати, обхватив руками колени. В этой позе он был похож на ребёнка, который проснулся один в тёмной комнате и увидел, что никого рядом нет. Его невероятно синие глаза были печальны.
"А ведь ты даже не узнала меня!"
"?"
"А я ходил на все твои семинары по теории перевода. Сидел в первом ряду и смотрел тебе в рот. Ну как же, разве блестящая доцент Маревская заметит какого-то второкурсника! Много их таких, желторотых, ловящих каждое её слово!"
Ах, вот оно что! То-то Елену преследовало ощущение, что она уже где-то видела этого парня. Ну конечно! Он сидел на первой парте в крайнем левом ряду, смотрел на неё, не отрываясь, чем сбивал с мысли, и однажды даже она раздражённо спросила, не хочет ли он что-нибудь ей сказать. Да, но где же очки с толстыми стёклами, которые он постоянно поправлял на переносице характерным жестом Валерки из "Неуловимых мстителей"? Опять, словно прочтя её мысли, Александр сказал: "Это линзы, не могут же быть у нормального человека глаза как у сиамского кота! Мой собственный цвет глаз - светло-серый, как у тебя."
"Зачем линзы?" - тупея на глазах спросила Маревская. "Чтобы лучше Вас слышать, Елена Борисовна" , - ехидно ответил бывший ученик и попытался снова обнять её. Елена выскользнула из его рук и, встав с кровати, завернулась в простыню. "В таком виде ты вполне можешь читать лекции по римскому праву. Лучше в термах" , - пошутил Саша. Он вытянулся на кровати во весь рост и подложил под голову мускулистые руки. Плоский мальчишечий живот почти прилип к позвоночнику, длинные смуглые ноги образовали с краем кровати равнобедренный треугольник. Но Елена Борисовна не улыбнулась. Стараясь не смотреть на вершину равнобедренного треугольника, она подняла с пола разбросанные джинсы и синюю водолазку и бросила их на кровать: "Выходя из поезда, не забывайте свои вещи!"
***
К завтраку Маревская вышла в строгом сером костюме, непокорные волосы собрала в небрежный узел на затылке. Никакой косметики, только губы алели на бледном лице. Когда-то умудрённая женским жизненным опытом тётушка из Воронежа - пианистка-аккомпаниатор и просто дама с хорошим вкусом - учила юную племянницу: "На лице - либо глаза, либо губы. Если и то, и другое, это вульгарно." Поискав глазами шефа, Елена двинулась к столику у окна. Вслед ей, оторвавшись от своих тарелок и газет, немедленно повернулись все мужские головы в зале. "Качественно оттраханная женщина неизменно привлекает к себе повышенное внимание мужчин" , - снова ожил в голове внутренний голос. Маревская села напротив шефа и налила себе кофе. "Hure!" - вместо приветствия констатировал шеф и сам себя перевёл: "Блият!"
"Спасибо, Карл! Я знаю" , - ответила Маревская и обезоруживающе улыбнулась: "Вы берёте уроки русского языка? Браво! Давно пора. Язык врага надо знать!"
"На кой черт мне ваш змеиный язык! У меня есть переводчик. И не вздумай уволиться!"
Елена, готовая подать прошение об отставке, вопросительно посмотрела на шефа. Тот ожесточённо орудовал ножом и вилкой, расправляясь с яичницей с беконом. Потом вдруг резко отодвинул тарелку и под столом снова положил Елене руку на колено.
"Есть у революции начало, нет у революции конца!" - устало процитировал поэта-песенника Каменецкого внутренний голос. Маревская вздохнула, достала из сумочки лист бумаги и ручку: "Прошу уволить меня по собственному желанию:" Дата. Подпись. Она поднялась из-за стола и, не оглядываясь, вышла из зала.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 0%)
|
