 |
 |
 |  | Вампир вышел, осторожно прикрыв дверь. Алёна осталась в одиночестве, но она не расстроилась. Игривое настроение не уходило, сердце что-то шептало. Вот-вот и подпрыгнет до неба! Вот-вот разбежится и упадёт на мягкую траву. Отдыхать ей вовсе не хотелась, и она тихонечко выглянула из мраморной опочивальни. Но длинный коридор так и просил: "Пройдись по мне!" - И Алёна, не долго думая, отозвалась на его просьбу. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Потом мы переместились на заднее кресло. Там я ел с растегнутой ширинкой, а она села спиной ко мне иначали продолжать. Так мы наверное дергались минут 25. Потом я кончил. Она скзала что хочет меня сейчас в более привликательной обстановке, но т.к. у меня не было своей квартиры и до друзей я не смог дозвониться у нас все это сначало отложилось на несолько дней. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Алексей не дал ей продолжить фразу. Жарким поцелуем, он накрыл её губы. Прав тот философ, который утверждал, что в любви спешка неуместна. Этот поцелуй был бесконечным: смесь нежности и требования продолжения. Лиза трепетала и стремилась к нему всей душой и ненасытным телом. Ощущение реальности покинуло их обоих. Они находились в пространственном вакууме. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Он полез целоваться и под юбку. Я сказала "подожди". Вышла из машины и стянула юбку - она мнется, зараза... Представляю, как это смотрелось со стороны... Не пришлось решать проблемы колготок - я была в чулках - специально одела, вдруг в машине моему захотелось бы потрахаться... Я села в машину, опять выбралась из его рук и губ и расстегнула блузку. Он откинулся к дверце и стал на меня смотреть. Включил свет в салоне. Я сказала "выключи". он сказал "черта с два". Я пожала плечами и сняла бюстгальтер. Приподнялась на сидении, спустила трусики. Наклонилась, сняла и положила на панель. К юбке и блузке. Показала ему, как опускаются сидения. Легла. Он полностью раздеваться не стал. Как и утруждать себя предвариловкой. Расстегнул рубашку, Расстегнул молнию джинсов и полез. Сначала целоваться и лапать. Потом сказал "раздвинься" и вставил. Немножко охнула. Я была суховата и было немножко больно. Его это не волновало. Он поставил мне засос у соска и на плече. Я возмутилась. Он шлепнул меня по губам. Не прекращая двигаться. Стало приятней. Он двигался не очень долго, наверное. Но сильно. Это да. Спустил, не спрашивая разрешения, в меня. Полежал на мне, потом сел. Полапал меня снова. Поиграл с сосками. Потом сказал, чтобы я взяла в рот. А потом стала раком. Я взяла в рот, он напрягся. Он подвигал моей головой, а потом сказал, чтоб я встала раком. Я сказала, что здесь тесно. Пусть снова на спине. Он залез сверху, не споря. Когда снова вошел в раж и захотел кончить, слез и подлез, сев на грудь и направив его мне в лицо. Я еле успела поймать его ртом - чтобы не в лицо и не на волосы. Ему очень понравилось. Я сглотнула и вытерла губы. Он спросил - "вкусно?". Я сказала "да, хочешь попробовать?" Он ухмыльнулся и спросил: правда, что вкус у всех разный? Я сказала "да". (Не можешь представить в деталях как отодрали нашу шлюшку? Зарядись фантазией посмотрев на эти видео! - прим.ред.) |  |  |
| |
|
Рассказ №25420
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 22/11/2021
Прочитано раз: 15123 (за неделю: 9)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Деби возилась на кухне в фартуке блестящем золотом ошейником и с красивой блестящей золотой затычкой в попе. Соски, клитор, губа, нос и уши в трех местах были проколоты и соеденины золотой цепочкой, язык также был проколот, хотя этого и не было видно. Волосы были заплетены в тугую косу. Все украшения на самом деле Александр дарил Амореции - рабыни не имели права владеть личным имуществом. Но Деби и другие рабыни считали большой честью носить украшения хозяйки - это создавало видимую иерархию среди рабынь...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Ещё раз справшиваю, как это у тебя оказалось?! - кричала Амореция на Таню, отвешивая очередную пощечину.
Экзекуция продолжалась уже десять минут, Таня была уже вся в слезах, лицо горело. Предметом разбирательства жещнины в пеньюаре и обнаженной Тани было мини-платье, которым Амореция тресла перед лицом Тани.
- Ты своё место забыла? - Амореция схватил Таню за завитые белокурые волосы и подняла голову так, чтобы смотреть Тане в глаза, - Отвечай.
- Нет, госпожа, что вы! Я не знаю как платье попало ко мне, пожалуйста, не выгоняйте меня, - едва разбиралось в писке, который издавала Таня. Тушь давно растеклась, страх сковал тело. Таня не смела сопротивлятья ни единому действию Амореции.
- Хочешь быть свободной женщиной? - будто не замечая всхлипов Тани, продолжала нагнетать Амореция, - А про это ты забыла? - Амореция крепко схватила запястье Тани и вывернула внутренней стороной к лицу Тани.
- Нет, госпожа, не забыла, - всхлипывала Таня, стараясь сохранить остатки контроля за собственными словами и действиями.
- Что это означает? - спросила Амореция, приближаясь всем телом к Тане, - Расскажи-ка мне.
- Это означает что я рабыня, - ответила Таня.
- Нет, ты не так должна отвечать, - прошептала Амореция на ухо Тане, - попробуй еще раз и погромче. Таня на секунду замешкалась, но Амореция тихонько напомнила:
- Ты - блядь.
- Да, я - блядь моего господина, - промямлила Таня.
Амореция отпустила руку Тани, отчего одна из её собственных рук освободилась. Вторая продолжала удерживать Таню за волосы.
- Громче! - скомандовала Амореция, хлестко шлепнув рукой по-груди Тани. Таня машинально дернулась от боли, но рука Амореции, державшая Таню за волосы не дала Тане скрючиться.
- Я - блядь моего господина! - изо всех сил крикнула Таня.
- Нет, полосковый код означает не это, вспомни, как тебе я говорила, когда ты только приехала в этот дом? - прошептала Амореция на ушко Тане, задевая ухо гумами. Глубоко дыша Таня вспомнила фразу, которую повторяла каждое утро в этом доме, пока не была переведена в категорию блядей:
- Я - вещь, я - товар, я - игрушка моего хозяина. Право служить своими дырками и быть блядью для моего хозяина я еще должна заслужить упорным трудом и послушанием.
- А теперь медленно и то же самое, - сказала Амореция.
- Я - вещь, - произнесла Таня.
- Как надолго? - спросила Амореция. Таня вздрогнула и незамедлительно произнесла:
- Навсегда.
- Пока мы не решим от тебя избавиться, - произнесла Амореция, холодным взглядом пронизая Таню насквозь.
- Не надо от меня избавляться, - задрожала Таня.
- Это ведь во многом от тебя зависит, Таня, - произнесла Амореция, - Давай дальше.
- Я - товар, - продолжила Таня.
- И всегда им будешь, - подтвердила Амореция, - дальше.
- Я - игрушка.
- А ты знаешь, что бывает, когда игрушки надоедают, правда ведь? - продолжала комментрировать Амореция, - Дальше.
- Право служить своими дырками... , -
Таня наконец обратила внимание на то как намокла и как её соки уже потихоньку начали течь по бедрам, -
... и быть блядью для моего хозяина...
- А также для его ненаглядной хозяйки, - добавила Амореция.
... а также для его ненаглядной хозяки... , -
Таня посмотрела Амореции прямо в глаза:
... я еще должна заслужить.
- Чем? - спросила Амореция, смотря прямо в глаза
Тане.
- Упорным трудом и послушанием, - выдохнула Таня.
- Ну а ты что? - спросила Амореция.
- Клянусь, госпожа Амореция, это не я, я не знаю как ваше платье попало ко мне в комнату, я знаю своё место и очень ценю то, что я - блядь.
- Я тебе верю, в этот раз, но ещё раз попадешься с чем-то таким - так легко не отделаешься. А теперь покажи как ты ценишь, что ты блядь нашего господина. Ложись и приготовь свой блядский язык для моей киски.
Амореция, конечно, знала, что Таня не виновата. Она ведь сама подкинула платье, чтобы устроить скандал и поставить одну из рабынь своего мужа на место, а заодно получить очень старательно исполненный кунилингус. Ничто, конечно, не могло заменить крепкий член её мужа, но это было лучше чем ничего, последнее время, её муж предпочитал трахать рабынь, что помоложе, в частности девятнадцатилетнюю Таню, а ей член доставался в лучшем случае три раза в неделю. Да и то половина приходились на анал.
Амореции было уже за 30. Стереотипная свободная женщина наших дней - знала языки, была в прекрасной физической форме, как и многие девочки из богатых семей в детстве поучила начальное медицинское образование, пела и играла на парочке музыкальных инструментов. Ее удачно выдали замуж в ХХ за Александра, человека почти вдвое старше нее. В те же ХХ она родила сына Теодора, в ХХ - Лукаса, в ХХ - дочку Жозефину. После этого Александр заявил, что детей ему хватит и Амореция сделала небольшую операцию, чтобы так и было.
Когда Амореция переехала в дом Александра у него уже было четыре рабыни: Джулия - высокая стройная темнокожая женщина лет 24х, считавшаяся среди рабынь главной, Лола - среднего роста блондинка спортивного телосложения с шикарной растяжкой, ей было около двадцати, Фиби - миниатюрная смуглая девушка лет девятнадцати откуда-то из Лаоса и Деби - чуть старше самой Амореции, смуглая латиноамериканка. Джулия стала воспринимали ее как просто очередную новенькую. Было непросто в ХХ лет поставить себя как хозяйка в доме, первые месяцы рабыни третировали Аморецию - она тогда определенно была готова стоять за себя.
Тогда ситуацию для Амореции спас Александр. После того как Джулия решила показать кто здесь главная и заставила насилием и угрозами вылизать себе киску Аморецию - Амореция сказала об этом Александру, после чего случилось то, что никто из рабынь не ожидал - Александр в присутствии Амореции самолично высек всех четырех рабынь, причем так, что каждая видела экзекуцию над каждой. Тогда он еще предложил Амореции попробовать посечь рабынь, но Амореция тогда отказалась. Больше всего тогда досталось Джулии, помимо розг по спине ей еще досталось стеком по щекам, пизде и грудям.
И вдобавок Джулии досталось самое незавидное, что могло произойти с домашей рабыней - её продали на международном рынке. Амореция даже в какой-то момент начала просить продать Джулию на городских или региональных торгах, но Александр был непреклонен. Как сложилась жизнь Джулии дальше - никто не знает, но это событие определенно дало свои результаты - непоколебимый авторитет Амореции перед рабынями как уже бывшими в собственности у Александра, так и перед всеми прибывшими после, а также в желание Амореции больше никогда не делать никому кунилингус. Это прочно зафиксировалось в её сознании как унижение.
Деби возилась на кухне в фартуке блестящем золотом ошейником и с красивой блестящей золотой затычкой в попе. Соски, клитор, губа, нос и уши в трех местах были проколоты и соеденины золотой цепочкой, язык также был проколот, хотя этого и не было видно. Волосы были заплетены в тугую косу. Все украшения на самом деле Александр дарил Амореции - рабыни не имели права владеть личным имуществом. Но Деби и другие рабыни считали большой честью носить украшения хозяйки - это создавало видимую иерархию среди рабынь.
Во дворе Фиби обучала гимнастике Жозефину. Лолу не было видно, видимо, но, вероятнее всего, её сейчас где-нибудь на крыше драл Лукас. Александр ещё не пришел. Теодор же уже учился в колледже, поэтому жил там и сейчас должен был быть на занятиях.
Амореция прошла в середину комнаты с модным журналом и аккуратненько села в кресло. Муштровка молодых рабынь была завершена - сейчас у них было занятие по пилатесу, так что было самое время заняться полезным занятием - изучением журнала: Амореция делала заметки, что ей нужно прикупить, чтобы достойно представлять своего мужа в качестве эскорта.
Через час пришел Александр. Как послушная жена Амореция встречала Александра около порога. Амореция помогла снять Александру легкую куртку и повесила ее на вешалку.
- Как дела, дорогой? - спросила Амореция, прильнув телом, прикрытым пеньюаром к мужу и одной рукой погладив его могучие плечи, а другой проведя рукой ему по прибухшему члену.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 39%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 48%)
|