 |
 |
 |  | Он стал лизать мне анус и ввел язык. Я почувствовал, будто хочу в туалет, я продолжал лежать и ждать ощущений. Происходящее мне не очень нравилось и мне захотелось спать. Тут Слава ввел палец, и стало немного приятней, как он им двигает. Потом он ввел второй палец, мне стало больней, я напрягся, стало еще больней. Я услышал... "Расслабься, подумай, что загораешь на пляже, отвлекись от ощущений на попе." Я попробовал представить что загораю, и сразу меня посетил вопрос... А кто тогда ковыряется в моей заднице как в своей? |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я поняла, что просить бесполезно, и стала отчаянно вырываться. Держа за шею, Ярослав припечатал меня к стене, прижав сзади всем телом. Коленом надавил меж зажатых ног, и, как только у него получилось их немного раздвинуть, он тут же развёл их сильнее второй ногой. Я пыталась освободиться, на что он только ещё сильнее вдавил меня в стену. Свободной рукой он сжал мою ягодицу, и по-хозяйски залез под юбку, сдвинув бельё. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мы зашли в море по грудь, и Злата поплыла. Я поплыл следом. Вода в Балтийском море не такая уж теплая. Моя пиписька остыла и немного сжалась. Потом Злата нырнула. И я тоже. Я больше смотрел на нее, чем на камни, а она нашла в гальке желто-коричневый камушек и всплыла наверх. Глубина здесь была ей по шейку, поэтому она встала на ноги. А я, все еще сдерживая дыхание, мог полюбоваться ею. Так близко я писю девочки еще никогда не видел. Мне хотелось потрогать ее и полизать, я даже проделал это мысленно, при этом моя пиписька опять надулась. Вдруг около Златиной стопы я увидел довольно крупный янтарь. Я схватил его и вынырнул, потому что уже сильно хотелось дышать. |  |  |
| |
|
Рассказ №9622
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 08/07/2008
Прочитано раз: 42505 (за неделю: 7)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это заявление Вики новой информации мне не даёт, уже догадалась. И плакать не собираюсь, пока мне и тут не плохо. Вот только опять заныли проколотые соски, пупок, пизда, слегка кровит татуировка. Но от этого тоже есть средство, которое я с помощью боевой подруги обнаружила в аптечке. Выпиваю таблеточку, и через четверть часа боль проходит. Интересуюсь о дежурстве, и Вика объясняет, что девочки по очереди должны обслуживать охранников. Сегодня нас охраняет мой вчерашний знакомец Отто, и свою порцию любви он получит от маленькой Гретхен. А завтра будет Курт, которого предстоит ублажать мне...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Поздно и трудно просыпаюсь. Голова гудит, ноет в анусе, груди, промежности. Где я? Открыв глаза, вижу в зеркале потолка себя голую на чёрных шёлковых простынях. Ой, вспомнила! Вчера я, доцент кафедры иностранных языков В-ского вуза, кандидат филологических наук Анна Владимировна очутилась в немецком борделе и стала проституткой Лоттой, секс-рабыней и уже обслужила по всем статьям шестерых клиентов. В том числе четверых своих студентов-двоечников. Но почему так всё болит, неужели так затрахали? Ну ладно попа - она только вчера потеряла девственность, но что так колет груди и низ живота? Вроде бы их никто особо и не калечил. Не помню. Помню только, что после трудовой ночи мадам выдала мне какую-то таблетку и велела выпить "чтоб лучше спалось". В том же зеркале вижу, что мои соски и пупок теперь проколоты и украшены пирсингами, такое же украшение и на срамных губках возле клитора. По соседству с ним на внутренней стороне бедра - окровавленная марля. С трудом сажусь, держась за голову (сколько же алкоголя я выпила ночью?) , осторожно снимаю марлю и вижу татуировку. Очаровательное девичье личико, очень похожее на моё, и надпись стилизованной готикой: Fuck me, darling! Ну вот, оформили окончательно.
Дверь бесшумно открывается и заходит Вика Семёнова, она же Гретхен, в халатике, домашних тапочках, в руках поднос с какой-то снедью, накрытой салфеткой.
- Гутен морген, Лотта! Очнулась, Анечка? Мадам велела тебя покормить, а то обед уже прошёл. Ну, как в новом качестве? Ты теперь шлюха по всем статьям, вот и проклеймили тебя. Потерпи, скоро пройдёт, зато с пирсой и татушкой ты такая сексуальная! Все клиенты теперь твои!
С помощью Вики привожу себя в порядок и завтракаю, попутно обсуждаем с ней подробности прошедшей ночи. Землячка к этому уже привыкла, а для меня впечатление довольно сильное.
- Ты молодец, Аня, в первую ночь шесть клиентов, да с оралом, аналом, групповухой, лесби, золотым дождём! Классно отработала. А какая ты в постели! Вот не думала на кафедре, что ты такая блядь (последнее сказано с глубочайшим уважением) ! И ещё, мне с тобой понравилось, ты такая нежная...
- Викочка, да ведь ты тоже проститутка - высший класс, - комплиментом на комплимент отвечаю коллеге. - Я даже не догадывалась, что наша тихоня-красавица имеет такой опыт и навыки. И мне с тобой тоже понравилось...
Вика начинает тихо ласкать и целовать мои плечи, спину, грудь, бёдра, промежность, аккуратно не касаясь пирсингов и татуировки.
- Бедненькая! Тебе больно, моя хорошая?
Я с удовольствием отвечаю на её ласки, крепко целую в губы. Ух ты, а под халатиком то она голенькая!
- Ничего, Викочка, я потерплю.
Вновь, как вчера ночью из низа живота поднимается волна истомы. Я начинаю постанывать. Вика мягко и настойчиво укладывает меня на подушки, раздвигает мне ноги и начинает ласкать язычком мою щёлочку. И так как её щёлочка, как и вчера, надо мной, я начинаю обрабатывать этот бутончик. Он слегка сладковатый, влажный и свежий и мне очень приятно орудовать в нем моим хоботком, вызывая всё более проникновенные и страстные вздохи и стоны Вики. Сама я тоже не молчу, мы охаем и повизгиваем почти в унисон. Наконец, мы на вершине! Дружно и громко кончаем.
- Браво, девочки! Такое не стыдно и клиентам показать! - на пороге с довольной улыбкой стоит наша мадам - фрау Дорт. Сейчас она, как и мы, в каком-то шлафроке.
- Гретхен, не забудь, ты сегодня дежурная с Отто. А наша новенькая пусть сегодня отдохнёт. А завтра сменит тебя. Хорошо, что вы вместе. Гретхен, покажи Лотте, что, где и для чего здесь имеется, а то, боюсь, вчера она не до конца изучила свою уютненькую комнатку.
Фрау Дорт подходит, треплет меня по щеке, щиплет за подбородок Вику и величественно удаляется, шаркая шлёпанцами по полу.
Вика добросовестно выполняет поручение. Оказывается, в шифоньере и туалетном столике имеется целый склад всяческих сексуальных игрушек: вибраторы, наручники, плётка и кожаные причиндалы для мазохизма, забавное приспособление из кучи ремешков со здоровенным искусственным членом и другие штуки. В баночках, тюбиках и пузырьках, помимо косметики, в которой я уже начала ориентироваться, различные смазки, вагинальные кремы, анальные свечи, афродизиаки. В общем - набор "Подарок проститутке". Впрочем, не подарок, Вика объясняет, что все эти аксессуары вместе с одеждой, мебелью, стиркой, уборкой, выпивкой, медосмотрами при поступлении на работу и по субботам и т. д. и т. п. заносятся нам в счёт и суммы получаются достаточно кругленькие.
- А тебе, дорогая, в счёт занесены ещё и все расходы по доставке тебя сюда, плюс премия фирме в России, которая тебя ущучила, и фирме в Германии, которая определила тебя именно к фрау Дорт. Тебя ведь, фактически, купили. Так что, не удивляйся тому, что увидишь в своей расчётной книжке. До пенсии придётся ноги раздвигать. А пенсия таким как ты не положена. Так что, Лотта, вряд ли ты в новом учебном году встанешь за кафедру. Уж скорее ты на неё ляжешь. Раздвинув ножки.
Это заявление Вики новой информации мне не даёт, уже догадалась. И плакать не собираюсь, пока мне и тут не плохо. Вот только опять заныли проколотые соски, пупок, пизда, слегка кровит татуировка. Но от этого тоже есть средство, которое я с помощью боевой подруги обнаружила в аптечке. Выпиваю таблеточку, и через четверть часа боль проходит. Интересуюсь о дежурстве, и Вика объясняет, что девочки по очереди должны обслуживать охранников. Сегодня нас охраняет мой вчерашний знакомец Отто, и свою порцию любви он получит от маленькой Гретхен. А завтра будет Курт, которого предстоит ублажать мне.
- Ничего, им много не надо, обычная норма: минетик, трах сверху, трах снизу, иногда - анал, ещё минетик, и ты свободна, - поясняет Вика. Смотрит на часы:
- Ну вот, пора подежурить, пока, - нежно целует меня, гладит по щеке и уходит.
Скучно. Накидываю халат и ползу в залу. Там несколько девочек смотрят очередной "учебный фильм". Видимо, по замыслу хозяев мы должны думать только о производственной необходимости. Смотрю новые художественно осмысленные трахи, а заодно знакомлюсь с девочками, которые постепенно собираются почти все. Оказывается, из двадцати проституток в заведении фрау Дорт немок только трое - Рената, Лора и Эрика. Все они студентки из бывшей Восточной Германии и на каникулах подрабатывают, чтобы оплатить обучение. А так - нас русских четверо (мы с Викой, Светка-Эльза из Ставрополя и Люся-Кэтрин из Иванова) . Все мы, кроме Вики - "матрёшки", завербованные якобы для работы вожатыми, горничными, уборщицами секс-рабыни. В этом же положении украинки Галя из Одессы и Калина из Львова, здесь они соответственно Инга и Клара. А вот сербские девочки Милен, Карла и Герда - на контрактах. Венгерки Марго, Сильвия и Шамони и польки Магда, Ева и Рада тоже. Экзотику заведению прибавляют кубинка Инесс - стройная знойная мулаточка, пописавшая годовой контракт, и Фань - китаянка, которую уже пять раз перепродали по пути из Гирина. Настоящие имена я знаю только для русских и украинок, остальные девушки не раскрывают своих псевдонимов. А я и не напрашиваюсь. Они достаточно дружелюбно рассказывают мне о порядках в заведении, о причудах клиентов, о том, как использовать те или иные приспособления из бордельного арсенала. Я в свою очередь делюсь с ними подробностями моей одиссеи, описанной в первой части. И больше половины слушательниц понимающе кивают головами. Приступ тихого веселья вызывает эпизод с обслуживанием нами с Викой четырёх наших двоечников, такого в заведении фрау Дорт ещё не было! Правда, Эрика как-то ублажала бывшего одноклассника, а Шамони очутилась в койке с шефом своей венгерской фирмы, которому, кстати, упорно не давала на родине, но эти маленькие сенсации уже стали делом прошлого. К разговору (а мы беседуем по-немецки) с интересом прислушивается Готлиб, который, как я поняла, исполняет функции фотографа, вышибалы и охранника, а заодно экзотического швейцара. Пока девушки со смехом смакуют подробности моей истории, он исчезает, а через пять минут возвращается, сунув нам пакет фотографий и поставив в видик какую-то новую кассету. Фотографии добротно иллюстрировали мой рассказ. Готлиб весьма художественно заснял нас в окружении лапающих наши сиськи и письки мальчишек, групповой минет, двух- а потом и трёхсторонний трах меня и Вики, Вику, сосущую Гере, меня под Пашей, лесбис-шоу, золотой дождичек...
Искусство фотографа было должным образом оценено. А потом Готлиб включил видик, и вместо очередной художественной эро- или порнофантазии на экране появился розовый кабинет, а в нём я, Вика, Эдик, Гера, Паша и Салих. Теперь всё шло в режиме реального времени. Тут как раз подошла Вика с дежурства, раскрасневшаяся, влажная после душа в халатике и "рабочих" туфлях на шпильках. Ох, и вытянулась же её физиономия! Наверное, так же, как и моя. А наши товарки весьма профессионально вслух оценивали нашу работу, называя все вещи своими именами. Сколько новых немецких слов и оборотов я узнала за время сеанса! Впрочем, судя по комментариям, мы оправдали оказанное нам высокое (и глубокое) доверие. Девочки вполне одобряли нашу деятельность, лесбис-шоу даже вызвал сочувственные вздохи зрительниц, слезинку на щеке впечатлительной Ренаты, а Сильвия как бы невзначай начала меня поглаживать. Что, впрочем, мне понравилось. Одновременно я заметила, как Вику поглаживает и целует за ушком Инесс. Ещё я заметила, что весь фильм от начала до конца просмотрела фрау Дорт, устроившаяся на своём обычном месте во главе залы.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 20%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 44%)
|