 |
| |
| | Моя киска была готова принять что-нибудь более внушительное, нежели язычок подружки. Я сказала: "Макс, иди сюда". Маша отодвинулась, а Макс дотронулся своей головкой до моего клитора и застыл у входа в пещерку. "Макс, пожалуйста", - простонала я, и он вошел в меня, но не весь, а только одной головкой, и тут же вышел. "Пожалуйста!" - вскрикнула я. Он снова начал погружаться в меня, но опять не весь, а как бы по ступенькам: сначала головка, и обратно, потом до середины члена - обратно, потом весь член - обратно, потом опять до середины: и вновь только головка... От такого странного секса я начала кричать. Но Маша села мне на лицо, я почувствовала вкус ее маленькой киски и принялась ее лизать, загонять в нее свой язык. Макс начал ускоряться, Маша неистово терлась об мое лицо, я перестала что-либо соображать, влага переполнила меня, что-то там, под клитором задергалось и разразилось фонтаном эмоций. На сей раз оргазм был длительным, волнообразным и я кричала так, как никогда еще не кричала. | | |
| |
|
| |
| | Все больше и больше требований Госпожа выдавала мне. И сомневаться в их серьезности не приходилось. Елена не шутила, когда говорила таким тоном. Все это я выслушивал, лежа на спине, совершенно обнаженный и ощущая обе ступни Госпожи на себе... | | |
| |
|
| |
| | Моча была очень горячей, щипала глаза, затекала в рот. Другие парни также придумали игру. Громила вынув член взял уже изнасилованную, опущенную Аню за волосы и введя ей член в рот сказал:" Если прольешь каплю тебе пиздец"- и на моих глазах Анюта выпила все. Подняв ее за волосы он с ухмылкой наступил ей ботинком на пальцы ног: "Заорешь отрежу клитор"- предупредил он и поднес нож к ее вагине. Аня со слезами продолжала стоять, но он сильнее нажал она закусив губу ,застонала. Ее тонкие изящные пальчики были под подошвой грубого ботинка бандита . Немного постояв на пальцах жены он вдруг резко провернулся на носке сильно поцарапав кожу на ее стопе.Аня застонала на прикушеной губе ее появилась кровь. "Молодец сука"- и он со сех сил ударил ее под дых. Жена упала. Носком ботинка он ударил ей по ребрам, Аня взвизгнула. Вдруг он обратился ко мне: "Ну как нравится, что мы с вами делаем?" "Да ...господин"- ответил я. "Да ты все понимаешь!"- он ухмыльнулся: "Живо лег спиной на землю и раздвинь ноги"- я повиновался. "Э-э-х"- он расстегнул и спустил брюки, присев надо мной. "Кушать подано"- парни заржали. Дальше было просто ужасно, по их приказу я держал рот открытым, а ноги разведенными один из них наступил мне на яички и стал прижимать туфлем их к земле острая боль пронзила мой пах , а в это время другой испражнялся мне в рот ....казалось что эта пытка никогда не кончится. Дерьмо из него так и шло, а я... я все должн был есть, глотать, жевать, проглатывать. Аню один из них взяв за волосы заставил смотреть, естественно я все съесть не мог , и он потащил ее. "Негры в городе"- крикнул он и сунул ее лицом в кучу дерьма которая образовалась рядом со мной, затем дернул назад ее голову. Куски кала облепили ее лицо: "Ешь блядь"- заорал он и ударил её по ребрам. Жена резво начала выполнять его приказ, ползая по собачьи и подьедая за мной, ведь если ослушаешься- удар по ребрам или сигарета к соску, она уже это поняла. "Это так больно, пожалуйста не бейте ее"- попросил я но удар в живот заставил меня заткнуться. Изнасилованные, опущенные мы лежали на траве все измазанные калом, облитые мочой, избитые пока наши хозяева выпивали и закусывали. Недалеко была горная речка и под конвоем одного из них мы помылись и подгоняемые пинками под зад пошли обратно к машине. Тут я увидел газель рядом с микроавтобусом. Водитель газели был явно их знакомый, чем ближе мы подходили тем похотливее становился его взгляд видимо уже обо всем договорившись он сел на складной стул и подозвал нас. "Значит так сучки, живенько мне миньет, да такой чтобы крышу срывало, причем оба!" и он заржал. Мы покорно опустились на колени и начали делать то что он приказал. Аня и я старалась изо всех сил, понимая что член во рту лучше сигареты на соске или ботинка под ребра. Мы сосали умело. Водила закатил глаза и ловил кайф. | | |
| |
|
| |
| | Я возлежал на ее пышном теле, и только теперь ощутил его приятную упругость. Тело Нины стало совсем розовым, а на лице было состояние полного блаженства. Наконец, я слез с нее и растянулся в изнеможении. Танька, решив напомнить, видимо, что все-таки она моя жена, положила мне голову на грудь. Костя, уже долго томившийся в роли зрителя при нашем с Ниной соитии, успел снова возбудиться и начал раздвигать ноги Таньки. Она, лежа на моей груди, косила глазом вниз, где Костя уже развел ее слившиеся губки и вправлял в дырочку свой разгоряченный член. Я покрепче обнял ее плечи, гладил ее мягкую грудь с торчащим отверделым соском, а мужчина долбал ее, как отбойный молоток. Это было дико возбуждающе, держать в своих объятиях жену, которую в это время трахает чужой мужик. | | |
| |
|
Рассказ №14627 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 07/05/2013
Прочитано раз: 64914 (за неделю: 15)
Рейтинг: 71% (за неделю: 0%)
Цитата: "В последующие приезды на расспросы сестры Катька бодро рапортовала, куда отправляются те, кто на нее наезжает. Теперь уже наступила Нелькина очередь заучивать наизусть заковыристые обороты: ученица определенно превзошла учительницу. Которая и учительницей-то еще не была, кстати. А тем летом, когда сестра отгуляла на выпускном из девятого, Н. Н. Баранова закончила свой истфак - и приехала преподавать в родной школе. С красным дипломом в сумке и ходящей кругами под рыжими волнами мыслью: "Вот попала, а?" А куда деваться, если мать совсем уже работать не может, пенсия никакая, а Катюха в самом опасном возрасте и без копейки карманных денег? По рукам же пойдет, моргнуть не успеешь...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Надо признать, что на тот момент покрытая веснушками рыжая растрепа Катька была разве что соблазнительной мишенью, в соблазнительную девушку ей предстояло превратиться года через два. Но, встретив назавтра сестру возле школы, Нелька была всерьез шокирована: в ее время в этой школе таких слов девчонкам не говорили. Внутренне она ждала, что сейчас прозвучит что-нибудь на тему национальности, и тогда можно (и нужно) будет идти отрывать уши и что там еще можно оторвать у семиклассника. Не знал тогда Костян Хоев, какие важные части организма спас ему внутренний голос, шепнув в критический момент: "А вот это уже лишнее!"
В тот раз Нелька не стала вмешиваться, хорошо уже понимая (после шока педпрактики) , что она скоро уедет - а Катьке быть среди "этих" еще годы и годы. "Сама должна справиться", - так она сказала матери, а сестре объяснила доступным языком, куда следует посылать малолетних гопников. И наизусть повторить заставила. Осознавая, что в особом аду для педагогов в этот момент сияющие черти прикручивают сияющую табличку "Н. Н. Баранова" на совсем уж нестерпимо сияющий пустой котел.
В последующие приезды на расспросы сестры Катька бодро рапортовала, куда отправляются те, кто на нее наезжает. Теперь уже наступила Нелькина очередь заучивать наизусть заковыристые обороты: ученица определенно превзошла учительницу. Которая и учительницей-то еще не была, кстати. А тем летом, когда сестра отгуляла на выпускном из девятого, Н. Н. Баранова закончила свой истфак - и приехала преподавать в родной школе. С красным дипломом в сумке и ходящей кругами под рыжими волнами мыслью: "Вот попала, а?" А куда деваться, если мать совсем уже работать не может, пенсия никакая, а Катюха в самом опасном возрасте и без копейки карманных денег? По рукам же пойдет, моргнуть не успеешь.
Да и, в конце концов, это еще не котел с табличкой. Выберемся.
И когда сестренка ей радостно и по большому секрету рассказала, что она уже... это... ну, с мальчиком... , и назвала имя мальчика - вот тогда и плеснула под волнами новорожденная мысль: "Удавлю!" И с тех пор так и ходила там, в глубине. Потому и огибал взгляд училки Наумовны четвертую парту во втором ряду слева.
И все-таки не обогнул.
У старшеклассника Хоева последние полтора года тоже зрели некие смутные мысли относительно исторички-истерички. Что-то из области "обесчестить и бросить в полк". Конечно, воли им Костик не давал, невозможному в данной реальности обесчещиванию и бросанию предпочитая старательный обход рыжей стервы по максимально возможному радиусу... но в глазах что-то плескалось, видимо.
- Итак, начиная с девяносто третьего года... Что ты на меня так смотришь, Хоев?
- А что, нельзя? Я вообще-то на вас и должен смотреть.
- Ты слушать должен! А не пялиться!
(Хихиканье на грани слышимости)
- Кто пялится? Я?? Да было б на что пялиться... ой, бля...
В тишине громко упала выпавшая у Оли Киреевой ресница. Старшеклассники на линии, соединяющей училку и Хая, инстинктивно легли на парты - когда в канале пойдет разряд, каждый сантиметр расстояния может спасти жизнь. Физику в классе любили.
Запахло озоном.
- Тты. Ссс... Встал быстро!
С грохотом товарного поезда меееедленно отодвигается стул.
- Сюда иди! Исссторик, ссукин ссын!
- Да ты вообще, что ли? Белены обожралась?!
- Сюда, я сказала, козел безрогий! И заткнись, пока есть что затыкать!
(Шепот в пространстве, не имеющий отношения к звуковым волнам: "ващщщще... ")
Подчеркнуто шаркающие шаги.
- Ну, пришел. Че теперь?
На этот раз взгляды почти вплотную. Нелькины волосы начинают пушиться и вставать дыбом. Вот-вот заскачут искры.
- Ты, урод! Историком себя вообразил? Рассказывай.
- Че рассказывать?
- Тему слышал, идиотик? По теме, с самого начала.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 86%)
|
