Рассказ №1480

     Волны накатываются на пустынный пляж и оставляют на песке клочья желто-белой пены. Трудно поверить, но еще совсем недавно этот безлюдный пляж был наполнен звуками беззаботной жизни. Октябрь с его холодными, сырыми ветрами прогнал последних отдыхающих прочь от штормящего Балтийского моря. Уже давно закрылись пестрые зонты летних кафе и лишь ветер гоняет обрывки афиш по опустевшим улицам.
     Могучий гул волн и скрип старых сосен. Оркестр Ее Величества- Природы. Кажется, что время повернуло свое течение и за полосой дюн нет ничего кроме бесконечных сосновых лесов. Поселок, что еще минуту назад был так реален, растворился в туманной осенней мгле и только красный сигнальный огонек причала прорезает наполненный солеными брызгами воздух. Можно часами шагать вдоль берега по рыхлому песку и не встретив никого на своем пути.
     Мне нравиться бродить по дюнам, поросшим жесткой травой, нравиться убегать от волны и трогать холодный податливый песок. Одиночество, столь часто посещающее меня даже среди шума и суеты столицы, потерялось по пути и теперь поджидает меня, чтобы вновь впиться в меня лишь только я вернусь домой. Но оно никогда не сможет настигнуть меня в этом краю спокойствия. И я ежегодно с наступлением осени стараюсь хотя бы на неделю приехать сюда. . .

* * *

     Однажды несколько лет назад в такой же пасмурный полдень я сидел на травяной кочке на краю дюн. Незадолго до этого я так увлекся поисками крошечных частичек янтаря, что не заметил набежавшей волны. Так что теперь мне оставалось лишь ругать себя за неосмотрительность. Одежда промокла насквозь и мой вид был достаточно жалок и самое обидное, что у меня промокли спички так -что о костре мечтать не приходилось. Возвращаться назад в поселок я не хотел и поэтому решил немного обсохнув продолжить прогулку.
     Я не могу похвастаться хорошим зрением и поэтому в первый момент я решил, что оно сыграло со мной злую шутку. Еще -бы примерно в полу километре от меня я почти отчетливо увидел купающего среди штормовых волн человека. От одной только мысли, что у кого-то хватило смелости залезть в десятиградусную воду по моему телу пробежала дрожь. Однако любопытство было столь сильным, что я направился вдоль берега к тому месту, где я заметил пловца и пройдя сотню-другую метров я достаточно ясно разглядел, купающуюся молодую девушку. Ее головка то и дело появлялась среди волн и казалось она играется со стихией. Не знаю сколько времени я наблюдал за ней, но в какой-то момент она заметила меня и поплыла к берегу. Я почти физически ощущал ее взгляд, хотя и не мог еще толком разглядеть черт ее лица. Это было абсолютно новое чувство, зародившееся где-то за гранью моего сознания. Казалось, какое мне дело до этой девушки, тем более что "моржи" в наших краях не в диковинку. Однако она не в коей мере не походила не тех отвратительно толстых женщин, вопли которых время от времени оглашают зимние пляжи Паланги. Она же вела себя так словно сейчас стояла середина июля. В ее движениях не было той суетливости, которая была бы столь естественна для человека попавшего в неприятную для него обстановку. Было видно, что она наслаждается этой опасной игрой с волнами.
     Через несколько минут она достигла мелководья. Я не мог оторвать взгляд от ее хрупкой фигурки, так контрастировавшей с серо-зелеными монолитами водных гор что грозно вздымались за ее спиной. На вид ее было лет восемнадцать. Скорее всего студентка-первокурсница, вероятно даже Художественной Академии или вроде того, ибо кому еще может взбрести в голову мысль приехать в это время года в Швентойи.

     - Такой хороший день, а никого нет. - Ее задорный голос оторвал меня от бесплодный догадок.
     - Здрасьте, русалка. Кого же Вы ожидаете увидеть? - Я постарался ответить как можно веселее, хотя я так и не понял шутит она или говорит серьезно.
     - Вот и Вы. Стоите на берегу, а могли бы искупаться. И вообще у меня имя есть - Рита. Хотя Русалка мне тоже нравиться. - Она весело рассмеялась и тряхнула головой отчего ее русые волосы волнами легли на ее худенькие плечи.
     - Простите, но мой костюм не слишком подходит для купания. - Я и в самом деле ощущал себя очень неловко в своей промокшей облепленной песком куртке, да и джинсы выглядели не лучше.
     - В таком случае Вам просто необходимо разжиться более подходящей одеждой, я то какой отдых без купания. - Она легко переняла мою слегка ироничную манеру общения и наш разговор обещал быть приятным развлечением.

     Не знаю почему, но с самых первых секунд нашего разговора я почувствовал что эта необычная девушка притягивает меня. Это чувство было ново для меня. Казалось между нами протянулись какие-то невидимые нити, которые не дают мне уйти. Да что там уйти, я как зачарованный смотрел на нее не в силах даже отвести взгляд. Внешне она ничем не отличалась от большинства девушек ее возраста. Невысокого роста, она тем не менее обладала пропорциональной фигурой. Возможно единственным недостатком была небольшая грудь, хотя закрытый купальник, возможно, просто слишком сильно ее сжимал.

     - Да у меня как не странно есть имя- Гинтарас. Но это не столь важно. - Я попытался даже сделать реверанс, чем вызвал у нее смех. Действительно на зыбком песке мое телодвижение выглядело нелепо.
     - Я вижу Вам не терпится сбежать подальше от моря. - В этом она была абсолютно права. Я действительно хотел спрятаться в дюнах от пронизывающего ветра.
     - В общем да. Тем более что и ты рискуешь замерзнуть. Так что лучше перебраться в дюны -
     - Ну что ж с радостью составлю компанию, хотя мне совсем не холодно. - И действительно казалось ее тело совсем не реагирует на холод. - Тем более я одежду спрятала далеко. Вот под тем деревом. И идти туда мне не охота - И она махнула рукой в сторону возвышавшейся на порядочном отдалении сосны.

     Мы сидели на песке прижавшись друг к другу, словно давние знакомые. Она рассказала мне что ее восемнадцать и она только что поступила в Художественную Академию, что сюда она приехала с однокурсниками, но они с утра уехали на выставку в Клайпеду, а она решила побыть в одиночестве и теперь жалеет о том что не поехала со всеми. Я рассказывал ей о своих жизненных перипетиях и чувствовал что если я сейчас что нибудь утаю, то никогда больше не смогу ее об этом рассказать. Непонятная тревога поселилась в моем сердце и все больнее колола меня своими иглами. Временами мне казалось, что все происходящее всего лишь игра воображения и стоит мне прикоснуться к Рите и она раствориться в воздухе и сольется с низким небом.
     Все получилось само собой. Несколько раз я вначале случайно я потом уже вполне сознательно я прикасался к ее телу и с каждым прикосновением я чувствовал что мне все труднее оторвать руку от ее гладкого тела. В какой-то миг тело Риты вдруг стало податливым. Без тени смущения она сбросила с себя ставший помехой купальник и обвила своими руками мою шею. Я осыпал ее лицо, шею и грудь поцелуями, и она ответила мне тем-же. Еще миг и мы лежим обнаженные на песке. Я ласкал губами ее тело и оно отзывается на мои страстные ласки. Ножки Риты раздвинулись, и она видимо не в силах более сдерживать себя впустила меня. И уже нет ни холодного сырого ветра, ни мерного гула бушующего моря. Нет ничего, что могло бы помешать нам и мы одни на всей Земле. Адам и Ева? Нет. Скорее мы похожи на последних оставшихся людей и за этой минутой близости мне уже видился свинцовая тяжесть безвозвратной утраты. И мы двигались вместе, стараясь схватить огненный плод наслаждения. Секунда- и этот плод упал нам в руки.

     - Гинтас миленький, мне уже пора. - Она гладила мое лицо. -Мне время. -
     - Мы встретимся в Швянтойи?- Я задал вопрос ответ на который я уже увы знал.
     - Не надо, мне уже пора. . . Время. . .

     Я хотел ее остановить, но непонятная тяжесть навалилась на меня, словно небо опустилось на мои плечи и я провалился в забытье.

* * *

     Когда я очнулся, первой моей мыслью было во что бы то не стало найти Риту. Я бегал по пляжу, кричал, звал ее, но мне отвечали только встревоженные моим криком чайки. Я нашел сосну, но под ее корнями небыло никакой одежды, только пара давно забытых кем-то пляжных туфель, пролежавших здесь не один год, да груда такого же ветхого тряпья.
     Не помню как я добрался до поселка и зашел в единственный работающий бар. Единственным посетителем был Юстас- художник-скульптор. Мы познакомились с ним несколько дней назад. Он также любил приезжать осенью в эти края. Несколько раз я приглашал его прогуляться к морю, но он постоянно отклонял мои предложения и я решил более его не беспокоить. Тогда же я понимал, что это единственный человек с которым я бы мог поговорить и не слишком церемонясь присел к нему.
     "Три девятки" согрели меня и я решился рассказать Юстасу о произошедшем. Он оказался прекрасным слушателем. Было видно, что история его определенно заинтересовала, но чем дальше я продолжал свой рассказ тем мрачнее становилось его лицо.

     - Гинтас, я тоже тебе хочу кое что рассказать. - Он выпил и посмотрел на меня. - Это произошло ровно пять лет назад... Был сильный шторм... И я до сих пор не могу себе простить, что оставил ее одну. Когда уезжал она еще БЫЛА, а когда вернулся ее уже НЕБЫЛО. Ее небыло потому что ее в тот день НЕ СТАЛО, а я остался. - И видимо более не в силах что то объяснять он вышел прочь.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также в данной категории: