 |
| |
| | Раздевайся-раздевайся, прокричал я из-за ширмы, при этом я сам сначала испугался своих слов. Я сейчас выйду, добавил я, что бы избавиться от мучительной тишины безответности. Сам же стал одеваться медленнее и не отрывался от щели. Наталья уже покраснела. Она повернулась спиной к целителю, скрестив руки перед собой, взялась за краешки обтягивающей фигурку кофточки и потянула ее вверх. Она всегда очень трепетно подходила к выбору нижнего белья, поэтому сейчас она была даже рада возможности покрасоваться перед посторонним мужчиной, нечасто приходится показывать себя кому-то, кроме собственного мужа. Я, немного полюбовавшись столь волнующим зрелищем сквозь ширму, оделся и вышел. Мне было предложено присесть на стул, пока целитель осмотрит Наташу. Она стояла, максимально выпрямив спину и, по просьбе врача, выполняла различные манипуляции телом. Он же водил пальцами вдоль ее позвоночника, местами надавливая и прощупывая что-то. Было интересно наблюдать за действом со стороны. Когда человек мастер своего дела, за ним всегда интересно понаблюдать, а когда в его руках слегка прикрытое тело вашей жены, это тем более привлекает внимание. Я вдруг понял, что его фоновое до этого момента бормотание, это комментарии процесса. Стало немного неудобно, ведь он старался рассказать мне что-то, а я погрузился в свои фантазии. Теперь я внимательно слушал все, что он говорил. Собственно он лишь проговаривал названия мышц и сообщал их состояние. Периодически он просил свою пациентку принять то, или иное положение. То, как он ее ставил, смущало и мою супругу, и меня самого. Не то, чтобы это были слишком непристойные позы, просто сам процесс был нестандартен. Хоть и врач, но все же мужчина ощупывает женщину в присутствии ее мужа, да еще и просит ее всячески выгибаться и наклоняться. Пока он осматривал спину, я еще успокаивал себя, но принципом его метода было то, что он за время сеанса не оставлял без внимания ни одной мышцы, пусть даже она и не беспокоила пациента. Я понимал, что он вот-вот попросит развернуться мою жену. Если бы она готовилась к такому осмотру, то, конечно, надела бы закрытое белье, больше похожее на одежду для занятий спортом. Сейчас же на ней был настолько открытый бюстгальтер, что кружевная линия проходила над самым выступом сосков. Мне очень нравилось, когда Наталья надевала такое белье. Грудь была высоко поднята, и каждое движение открывало взору розовый ореол, а иногда и сам сосок. Я сидел за спинной врача, чуть правее от него. За время осмотра он не раз просил Наталью поднять руки вверх, и я ни разу не замечал, что бы она поправляла бюстгальтер после каких-то телодвижений. Я замирал при каждом слове доктора, ждал, что он попросит ее повернуться, но эта фраза все равно словно ударила меня. Повернитесь, пожалуйста, произнес он. Движения моей супруги казались мне кадрами замедленной съемки. В висках тарабанил пульс, все сжалось внутри и лицо охватило жаром. Наверняка, многие из вас бывали в ситуациях, которые вызывали подобные ощущения. Очень волнующее и возбуждающее чувство. С одной стороны ревность, стыд, какая-то непонятная жадность будто бы он собирался воспользоваться ею, одновременно с этим, желание предложить отложить осмотр на другое время, но с другой стороны, где-то в глубине, не давала покоя мысль о том, что сейчас я буду свидетелем чего-то необычного. Попытка успокоить себя тем, что это всего лишь врач и для него это стандартная ситуация, не дала никаких результатов. Когда она повернулась, я заметил, что врач на какое-то время отвлекся, он осматривал мою жену, как и я. Мы смотрели на женщину, взволнованную ситуацией, ее дыхание участилось. При каждом вдохе, грудь поднималась. От этого, и без того уже заметный контур ореола, открывался все больше. Она явно была возбуждена, кожа вокруг сосков приобрела характерный, более темный, чем обычно цвет и немного сморщилась, кроме того, стали заметны увеличившиеся соски. Она знала об этом, старалась не встречаться глазами ни с кем из нас. Этот знакомый мне блеск в глазах: Похоже ей нравилось шокировать меня. В таком наряде, она казалась еще более развратной чем, если бы она была совсем голой. Белоснежный, почти не скрывающий грудь, бюстгальтер, длинная черная юбка и обнаженные ступни ног, давали странный эффект, как бы недосказанность. Юбку чуть выше колен поднимите, попросил доктор. Наталья покорно, как мне показалось, излишне низко нагнулась и, взяв руками край юбки, выпрямилась. При этом она задрала подол намного выше, чем ее просили. Когда врач, осмотрев суставы, предложил провести первый сеанс прямо сегодня и сказал, что в обход кассы, это будет дешевле, я уже был не способен над чем-то думать. Ну, как вы? Он переспросил, так и не получив ответа. Если не начнете сейчас, то вас второй раз сюда не затащишь, почувствуете эффект и решите, продолжать или не стоит. Даже если бы мы и решили отказаться, то хотя бы оправдывающую причину нужно было выдать. В общем, так или иначе, мы согласились. Вернее ответ дала моя жена, а я лишь одобрительно кивнул. И снова последовала обжигающая слух фраза. Раздевайтесь, произнес доктор и жестом показал на ширму. Насколько нужно было раздеться, он не сказал, жена моя не спросила, а я не находил себе места. В каком же виде она выйдет? Вышла она, обернув себя простыней, которая лежала в пакете забытом мной. Простыню она держала рукой на груди. Однако простыня должна была лечь покрывалом на кушетку и жене моей пришлось остаться в одних трусиках. Это были скорее маленькие шортики из плотного кружева. Вещица довольно таки красивая и не открывающая лишнего. Началась процедура. Я уже со странным ощущением удовольствия наблюдал, как по телу моей супруги скользят смазанные каким-то маслом руки доктора. Пациентка тоже вкушала прелести массажа. Разогрев, довольно приятная процедура, а после, очень болевые воздействия во время которых, даже мне хотелось взвыть от боли, но после которых, в теле ощущалась такая легкость, что хотелось повторить. Она ели сдерживала крик, на глазах появились маленькие капельки несдержанных слез, от которых немного потекла тушь. Болевые приемы чередовались успокаивающими, почти ласкающими поглаживаниями и растираниями. В такие моменты на лице появлялось блаженство. Она уже не стеснялась смотреть на меня, даже дразнила. Когда было больно, она прикусывала губу. Ее негромкие вскрикивания, стали больше похожи на сладострастные постанывания. Дыхание стало тяжелым, лицо сильно раскраснелось. Она была очень возбуждена и даже не старалась скрыть это. Наоборот всем своим видом она подчеркивала это. Когда врач работал над ее поясницей, она прогибалась изо всех сил, то выпячивала попку, то прижималась лобком к кушетке. Не заметить ее странного поведения уже было невозможно. Наверное, и на моем лице было написано, что я готов кончить от одного прикосновения к члену. Тем временем, руки доктора опускались все ниже. Он уже приспустил широкую резинку белья на несколько сантиметров. Он ничего не говорил, но и мне, и моей жене была понятна причина небольшой паузы. Растирать нежную кожу через кружево было не очень то удобно. Супруга не стала дожидаться предложения. Она приподняла попку и медленно спустила трусики почти до колен. При этом, она так согнулась, что ее попка едва не коснулась груди сидящего позади ее доктора. Все это время она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Ее глаза были преисполнены похоти. Опускаясь, она расправляла перед собой простынь, а когда руки были на уровне груди, она поправила ее, но не просто удобно уложила, сильно сжала и оттянула соски. Сидящему сзади врачу, не было заметно этих подробностей, но акт ласки не остался незамеченным. Он уже понял, что является участником некой игры. Он давно заметил, что супруги, находящиеся в его кабинете, оказались в подобной ситуации впервые, что ситуация эта вызвала интерес у обоих, и что они совсем не против подобного эксперимента. Дошла очередь до ног. Я уже говорил, без внимания не оставлялась ни одна группа мышц. Естественно было необходимо немного расставить ноги, но этому мешали трусики, которые так и остались на уровне колен. До последнего момента, я надеялся, что это небольшое развлечение, игра закончится на этом. Трусики должны были оказаться на прежнем месте, они больше не мешали. Я ошибся! Моя супруга села на кушетку и сняла их совсем. Она стояла абсолютно голая. Ты не против, милый, неуверенно сказала она. Не знаю почему, но я не стал возражать, хотя сам вопрос и голос были поставлены так, что она как будто спросила разрешения на то, что бы ее поимели на моих глазах. Самое интересное то, что я был согласен и на это и всем своим видом давал им обоим понять это. | | |
| |
|
| |
| | Она стояла в очереди на такси. Народу было довольно много, улицы заполнялись людьми по мере того, как пустели питейные заведения. Большинство из тех, кто торчал в пивных до столь позднего часа, были изрядно выпивши, но все же не пьяны. Тех, кто набрался сверх меры, вышибалы давным-давно разогнали по домам. Наконец подошла ее очередь. Она села в машину и в двух словах объяснила, куда ехать. Как приятно было откинуться на мягком сиденье, насладиться роскошью поездки на "мерседесе" - тако | | |
| |
|
| |
| | Мы с ней случайно встретились в Крыму, потом часто общались в Одноклассниках, писали друг другу СМС и я постоянно восхищался её умом. красотой, начитанностью, кругозором. Вот даже стихи у меня сложились!
| | |
| |
|
| |
| | Я заставил ее пососать, постепенно она начала двигаться сама. Было очень приятно, только брала она не глубоко. Тогда я надавил ей на голову сильнее. Еще сильнее! Она слегка посопротивлялась, но мой толстый член все глубже проникал в ее нежный ротик. Она несколько раз конвульсивно дрогнула, видно не привыкла сосать. На карих глазах выступили слезы. Стояла тишина, слышалось лишь причмокивание красотки, которая работала над моим дружком и тихий шелест двигателя. Теперь с каждым ее движением я получал все большее наслаждение, и почувствовал, что сейчас наполню ее своей спермой. | | |
| |
|
Рассказ №17093
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 14/05/2015
Прочитано раз: 18542 (за неделю: 8)
Рейтинг: 72% (за неделю: 0%)
Цитата: "Следом настал черёд Николая, дизайнер неспешно ласкал рукою сзади ложбинку меж её ягодиц, меж тем как она, стараясь не выдать, как приятны ей эти прикосновения, исследовала губками и кончиком носа кровеносную насыщенность его плоти. Пальчики её руки в это время блуждали по закоулкам брюк Виталия, молоденького паренька из рекламного отдела, другая же рука при этом изучала просторы Гогиных семейных трусов. Ей казалось, что сознание её раздвоилось, а то и растро? лось; она потеряла привычное чувство времени и даже - в какой-то мере - пространства...."
Страницы: [ 1 ]
Когда под аккомпанемент сильнейшего из стонов белые брызги хлынули на её отстранившееся личико, Лидия чуть наклонила голову, и одна из струек повисла ниточкой на дужке её квадратных очков.
- Лидия Николаевна, - опять подал голос программист. Он, уже внёсший свой вклад в происходящее, следил за разворачивающейся картиной странным мутным взглядом, меж тем как брюки его как будто снова слегка топорщились изнутри. - Вы могли бы... раздеться.
Пальцы её дёрнулись было к самой верхней из ещё нерасстёгнутых пуговиц пиджака, и тут же застыли.
Раздеваться при всём коллективе?
- Это было бы очень... стимулирующим, - добавил он. Напоминая о побочных эффектах возбуждения.
Средняя пуговица пиджака с лёгкостью выскользнула из гнезда. За ней последовали остальные.
Чувствуя жар, непроизвольную слабость в коленях и даже лёгкую влагу где-то глубоко внизу - годы сексуального сдерживания не могли пройти даром - она повела плечами, сбрасывая своё сиреневое деловое одеяние. В голове её испуганным жаворонком билась только одна мысль: "Если они заметят моё состояние, не повредит ли это должным отношениям между начальником и подчинёнными?"
Мысль, как будто пришедшая из другой реальности.
Проведя рукою по левой чашечке потревоженного ещё Антоном лифчика, она скользнула ладонью за спину. Расстегнуть цепкие крючки было не так уж и долго.
Слыша шумное дыхание окружающих, ощущая себя порноактрисой под взглядами более чем десятка своих подчинённых, Лидия с едва заметной улыбкой проскользнула рукою чуть ниже.
Под поясок юбки.
Лёгкое движение пальцев - и юбка почти что распадается напополам, неаккуратным колоколом падая на пол. Изящный пируэт нырнувших под полупрозрачную ткань ладоней, на мгновение словно бы зависших там, в самом тесном соприкосновении с бёдрами, - и бесплотно-золотистые колготки неспешно начинают сползать.
Вниз.
Кажется, Стас издал какой-то невнятный звук. Лидия, стоя на коленях нагая перед собственным рабочим коллективом, и сама ощущала, что мир у неё перед глазами начинает плыть и что она лишь из последних сил контролирует себя.
Рука шофёра стремительно метнулась к правому упругому полушарию, стискивая, сминая его.
"О небо, он теперь чувствует, как соски мои напряжены".
Вспомнив вдруг о первоначальных своих намерениях, ответственная руководительница предприятия вновь обхватила губками налитый кровью раскалённый поршень, слегка терзая его зубками, лаская кончиком языка, не прекращая ни на мгновенье сводящую с ума нежную игру, ведя её раунд за раундом.
В этот раз она отстранилась не сразу.
Часть сладковато-клейкого сиропа стекла мёдом по её горлу...
Следом настал черёд Николая, дизайнер неспешно ласкал рукою сзади ложбинку меж её ягодиц, меж тем как она, стараясь не выдать, как приятны ей эти прикосновения, исследовала губками и кончиком носа кровеносную насыщенность его плоти. Пальчики её руки в это время блуждали по закоулкам брюк Виталия, молоденького паренька из рекламного отдела, другая же рука при этом изучала просторы Гогиных семейных трусов. Ей казалось, что сознание её раздвоилось, а то и растро? лось; она потеряла привычное чувство времени и даже - в какой-то мере - пространства.
Ощущая жгучую вину из-за того, что не в силах помочь всем ребятам сразу, что по сути расходует их личное время на свои нужды, да ещё и отвлекая некоторых из них от работы, в какой-то миг Лидия легла на спину, широко разведя в разные стороны все четыре конечности, почему-то напомнив себе самой в этот момент перевёрнутую черепаху.
Ступни её ножек мягко ласкали тех двух симпатичных парней из отдела сбыта - то немногое, что она могла для них осуществить, - меж тем как руки занимались деятельностью, ставшей уже привычной.
Федя, бухгалтер, низко наклонился над её распростёртым телом, позволяя её губкам обхватить целиком его разгорячённую плоть...
Кажется, кто-то в промежутках целовал её, шептал ей на ушко ласковые слова, что-то о том, что лучше руководительницы никогда ни у кого не было, - слова, которых ещё вчера Лидия не могла бы ожидать никогда в жизни. Но она лишь мутно понимала происходящее и лишь наполовину понимала смысл обращённых к ней слов.
Семя.
Драгоценная жидкость, бесценный гормональный сироп, изливалась на неё со всех сторон, упругими брызгами хлеща по её лицу, стекая с её ушей и даже с плеч, растекаясь по полу...
Сперма.
Она зачерпнула - временно освободившейся ладонью - где-то с пригоршню белесого клея и, тяжело дыша, стала втирать его в своё лицо, в волосы, в грудь.
Щелчок.
... если она ТАК полезна для кожи, то стоит ли экономить? . .
Застонав, некогда строгая руководительница серьёзной конторы провела рукою вниз, размазывая сладковатый сироп по животу, по бёдрам, меж оными.
... не будет ли нарушением субординации показывать перед подчинёнными, что она НАСТОЛЬКО бесстыже возбуждена? . .
Сдвинутые клином пальчики ужом скользнули в алую разгорячённую щель. Затем - проскользнули туда снова и вновь.
Щелчок. Вспышка - и ещё раз щелчок.
Заморгав от неожиданности и даже как будто частично придя в себя, Лидия разглядела Антона. В руках у программиста был мобильный телефон. Но взгляд начинающего папарацци не выражал ничего, кроме открытого искреннего восхищения.
- Вы прекрасны, - тихо сказал он. И даже чуть покраснел. - Мне бы хотелось... хотелось навсегда запомнить вас такой. Чтобы момент этот никогда... никогда не изгладился из памяти.
Голос его застенчиво дрогнул.
Глядя на него застывшим взором, Лидия оцепенело выудила пальцы из пышущей едва ли не кузнечным жаром щели. Не отводя от Антона взгляд, облизнула их кончики, слизывая с них смесь чужой спермы и своих собственных соков.
И погрузила их в себя на всю глубину вновь, раздвинув перед объективом телефона ножки.
Как можно шире.
Ей также помнилось, как она стояла на коленях перед охранником Михаилом, которого все почему-то звали Пахомычем и который позже всех узнал о происходящем. Губы её и язык снова выводили привычные уже рулады флейтистской игры, но ввиду возраста Пахомыча - бедняга был всё же стариком - сие не оказывало привычного действия.
- Не поверишь, дочка, - прохрипел он, гладя её по плечам. - Всегда мечтал об этом. Ещё когда только в офис ваш устроился...
С иронией приопустив веки, Лидия ускорила движения язычком. Старик застонал, но кровь туго шла по истрёпанному телу.
- Ты не можешь, - проговорил он, - сыграть как бы... в ролевую игру, эх? Меня бы это... ох, взвело на месте.
Лидия вопросительно приподняла брови.
- Ну... не по-настоящему, понимаешь, а так. Обозвать себя... шлюхой, шалавой, как похлеще. Можешь меня потом сразу уволить, мне уже будет - всё равно...
Дед провёл ладонью по горлу, наглядно выражая мысль, что ему уже ничего от жизни не будет надо.
Нахмурившись, руководительница ощутила, как внутри неё распускается цветок ледяного негодования. Пьянящее забытие стало рассеиваться под натиском нарастающей злости.
Она вновь подняла глаза, встретившись с взглядом Михаила.
- Пожалуйста, дочка.
Бёдра её вздрогнули, словно ощутив опять нарастающий между ними жар. Странным образом искра этого жара растопила ледяную хризантему в груди.
Лидия пощекотала кончиком носа вяло пульсирующую плоть.
- Я просто шлюха, - сладко шепнула она в перерывах меж прикосновениями губ. - Я шмара. Прошмандовка.
Пахомыч застонал громче, в то время как Лидия ощущала, как жар меж её бёдер с каждым сказанным ею словом становится всё беспощадней и неукротимей, испепеляющим пламенем выжигая остатки её рассудка.
Губы её сомкнулись вокруг стремительно твердеющего побитого жизнью насоса, то стискивая его целиком, то отпуская, меж тем как левая рука её будто помимо воли снова скользнула по уже изученному направлению навстречу источнику неумолимого жара.
- Шалава, - горячо выдохнула она.
Пальчики её сызнова нырнули ВГЛУБЬ.
- Валютная проститу-у-у...
Речь её сошла на стон, движения её пальчиков стали почти конвульсивными, при том что жгучий жар внутри разросся до пылающего шара габаритов Арктура - или хотя бы Сириуса.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 89%)
|
