 |
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | ... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя. | | |
| |
|
| |
| | - Погоди, - сказал Вадик, повернулся ко мне спиной, мою левую руку положил себе на живот, а правую обратно на свой член. Получилось, что я обнимаю его сзади, прижимаясь животом к его попке, и держу его член как держал бы свой. Дрочить так было гораздо удобнее, и я заработал рукой, стараясь доставить Вадику как можно больше удовольствия. Мне было неизвестно, как ему нравилось это делать, но я решил дрочить, как себе, и начал нежно, сначала несильно двигая кожицу и слегка сжимая член, постепенно увеличивая амплитуду и время от времени сжимая член посильнее, меняя скорость и ритм и делая короткие паузы. Другой рукой я чувствовал, как сокращаются мышцы его живота, своим животом чувствовал движения его ягодиц, мой членик бился о его ноги, низ живота у меня отяжелел. Не прошло и минуты, как он застонал и начал кончать, слышно было, как сперма шлёпается на вымощеный плиткой пол. Его тело содрогалось в моих руках, и то, что я доставил ему такое удовольствие, наполнило моё сердце радостью, я был счастлив! | | |
| |
|
| |
| | Как классно я так скучала по этому моменту - подумала я и стала стонать и кричать: "О-о-о! Я блядь! Еби меня! Еби, Еби, Еще, Еще сильнее" : Я чувствовала, что моя жопа вот-вот кончит, а Андрей все продолжал меня драть. Моя дырка увлажнилась и захлюпала. Я решила помочь Андрею и стала помогать ему, двигаясь на его члене во всю длину, тут я поплыла и кончила, да так сильно, что из жопы потекла струйка по яйцам: "Вот шлюха, потекла, как последняя блядь" - подумала я и тут я почувствовала что меня еще и в рот ебут: Я так и не помню в какой момент Игорь всунул мне в рот, но от таких ощущений я опизденела и попробовала двигаться с одного хуя на другой. В жопе появились новые ощущения, как будто мышцы в ней двигались вместе с хуем, а затем анус стал непроизвольно сжиматься, плотно обхватывая хуй Андрея. | | |
| |
|
Рассказ №14348
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 15/12/2012
Прочитано раз: 109155 (за неделю: 37)
Рейтинг: 70% (за неделю: 0%)
Цитата: "Особенно ей нравилось, когда её трахали сразу несколько пацанов. Теперь её возбуждали вспышки и объективы фото- и видеокамеры, перед которыми она с вожделением выставляла самые интимные части своего тела. Казалось, что теперь её ничто не смущает, ибо оргазм следовал за оргазмом. Её не смутило даже то, что ребят вдруг стало больше, чем четверо. И только, когда все, помывшись, собрались в столовой, чтобы перекусить, Светлана узнала, что ребят уже шестеро. И уже все шестеро теперь любимые ею её ученики, ибо все они учились в одной школе, только в разных классах...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Уже, когда ребята оделись и Андрей был у выхода, Елена Семёновна попыталась выяснить, зачем велась фото- и видеосъёмка, хотя и так было понятно, что этим создавался документальный компромат против неё же.
- Вы решили шантажировать меня, чтобы впоследствии влиять на свои оценки? - огорченно спросила Елена Семёновна. Ей уже самой хотелось хоть раз (и даже не раз) увидеть этих ласковых пацанов в своём доме, но уверенности, что данная прелюдия имела именно такую цель, у неё не было.
- Нет. У нас совсем иная цель. Нам нужен только доступ к Вашему прекрасному телу. Но, об этом мы поговорим в следующий раз - быстро отреагировал Андрей и скрылся за входной дверью.
- Значит, будет ещё и следующий раз, - удовлетворённо подумала Елена Семёновна, но её обнадёживающие раздумья прервал внук.
- Бабушка, я пойду спать, - как никогда спокойно подал свой голос до этого молчавший внук.
- Да, что уж там теперь. Как ты думаешь, они ещё появятся здесь? - радуясь возможности хоть ещё немного поговорить об этом.
- Конечно, появятся. Мы тебя все очень любим.
- И ты меня любишь?
- Очень люблю.
- Как бабушку? Или, как женщину? - задорно спросила Елена Семёновна и сама вдруг ужаснулась этому. Но, "чашка уже была разбита". Внук её уже трахал. И неплохо. Да, и друзья у него не "лаптем щи хлебают". И этого из их общей с внуком жизни уже не вычеркнешь.
- И, как бабушку. Ты у меня самая мировая бабушка. И особенно люблю тебя, как женщину. Я тебя каждый день хочу, как женщину. Всё время об этом только и мечтаю.
- Ну, что ж. Если так, то, если хочешь, ложись со мной. Ты теперь взрослый, - после некоторых раздумий подвела итог необычному дню бабушка.
В субботу утром Сергея разбудила мама. Она в своём обычном халате сидела на его кровати и внимательно рассматривала его фигуру под лёгким покрывалом.
- Папа уже уехал? - сразу же поинтересовался Серёжа.
- Уехал. Уехал. С полчаса назад. И сказал, чтобы раньше, чем к завтрашнему обеду мы его не ждали. Обещал приехать с рыбой. Но, тебя, ведь, сейчас интересует другое.
- Как тебе понравились вчерашние фотографии? - начал Сергей с главного.
- Совсем не понравились. Просто, совокупление какое то. Вовсе не видно, чтобы женщина там получала наслаждение.
- Мам, ну это были просто начальные кадры. "Проба пера" , так сказать. Теперь мы более подкованные и обещаю, что ты получишь немало наслаждения.
- Посмотрим, посмотрим, - возбужденно отреагировала мама и сдернула с сына покрывало.
Примерно через каждые полчаса мама с сыном принимали душ и вместе и поодиночке. Воспользовавшись этим, Сергей сообщил Андрею, что всё "на мази" , чтобы ребята поторопились и заодно прихватили с собой фотки Елены Семёновны.
Сергей трахал маму в задницу, когда в прихожей прозвенел звонок.
- Это, видно, мои ребята, - сообщил Сережа, не скрывая радости.
- А почему, так рано? Ведь, должны были явиться не раньше, чем к обеду - совсем не радостно высказала свои сомнения мама.
- Почему рано? И чего ждать? Да, и не терпится, видно, ребятам.
- Ладно. Я пошла в ванную, а вы подождёте здесь. После того, как услышишь, что я прошла в спальню, то минут через пять сможете заходить туда и вы.
- Мамочка, спасибо. Мы всё сделаем, как ты скажешь. Всё будет хорошо.
- Ладно тебе. Отдал свою мать на поругание друзьям и даже не стыдишься этого, - то ли с укоризной, то ли шутя, проговорила мама и, прихватив свой халат, вышла из комнаты.
Ребята добросовестно выждали указанное нам время. Заодно Серёжа с Андреем отобрали нужные фотографии с Еленой Семёновной, на которых не "светились" Юрка с Вовой. Наконец, Сергей с Андреем и Мишкой направились в спальню к маме. Юра, Вова и Рудик остались пока в комнате Сергея до специального сигнала.
- Так, ребята, не стойте, как истуканы. Сейчас же все в ванную и хорошенько помойтесь. И ты сынок, тоже с ними, - преподала пацанам первый урок взрослая женщина, ибо ребята действительно растерялись, сразу даже и не зная, как к ней подступиться.
Первым в спальне после мытья появился Сергей. Мама сидела на краю кровати.
- Вот, ты и начинай, а остальные подтянутся и просто присоединятся к нам, - спокойно предложила мама и опустилась спиной на кровать.
Сергей распахнул мамин халат и начал с главного: раздвинул ей ноги и коснулся губами клитора. Через пару минут, когда мама уже постанывала, в спальне появились и Миша с Андреем. Быстро сняв трусы, они решили тоже пристроится к этому празднику любви. Мишка нацелился на прелестную грудь женщины, а Андрей пытался вставить свой член ей в рот. Но, Светлана поднялась и, запахнув халат, вновь села на кровать. Её вгляд оценивающе задержался на стоящих, как палки, членах мальчишек.
- Ребятки, вы ещё очень молоды, хоть и кажетесь взрослыми, и, видимо, не знаете, с чего надо начинать. Слушайте меня и всё будет в порядке. Ты, Андрюша, продолжай то, что только что делал Серёжа. Ты, сынок, ласкай мою грудь. Это ты уже делать умеешь. А Миша будет наблюдать за вами и учиться. Заодно будет гладить мою руку, только нежно. Так, чтобы я эту нежность чувствовала. Затем он сменит Андрея. Спешить ребятки нам некуда. Поэтому, сначала прелюдия. Приступайте, - слишком уж по деловому скомандовала мама и вновь опустилась спиной на кровать.
Сергей опять распахнул мамин халат и начал ласкать её великолепные груди. Мишка приник губами к её левой руке, а Андрей так же, как и её сын несколькими минутами назад, развёл Светлане ноги и коснулся языком её влагалища. Продолжалось это минут двадцать. Ребята уже трижды менялись ролями. Светлана тихо стонала и вдруг её дыхание стало прерываться, а стоны стали громче. Мальчишки сразу же перешли к более активным действиям. Член Сергея оказался во влагалище, Мишка кинулся к фотокамере, а Андрей всё же вставил свой член женщине в рот. Две или три минуты сумасшедших толчков и Серёга с мамой потонули в обоюдном оргазме. Тело Светланы ходило ходуном, стон перешел в крик, но ненадолго, ибо следом начал кончать и Андрей, и его сперма заполнила весь её ротик. Часть её женщина глотала, а большая часть текла по её щекам и лебединой шее. Мишка успел снять несколько кадров. В комнате было достаточно света и вспышку он не включал.
- Разве, мы не достаточно взрослые? - с нескрываемой гордостью спросил Андрей, когда мама окончательно пришла в себя от оглушительного оргазма.
- Пожалуй. Но, по виду твоей мамы на представленных мне фотокарточках этого не скажешь. Да и Сара на фото всё время с закрытыми глазками и никаких эмоций.
- Зато эмоции у Елены Семёновны через край, - не менее гордо парировал Андрей.
- Это, какой Елены Семёновны? - удивлённо спросила мама.
- Наш завуч, - начал пояснять Серёжа, пока Андрей бегал в его комнату за фотографиями, - вчера мы были с ней.
- Как, завуч? Как с ней? Это с нашей Еленой Семёновной? И она тоже? - удивлённо штамповала вопросы Светлана, явно волнуясь. Затем более спокойно спросила - а, она каким боком причастна к нашей (запнулась и тут же поправилась) , к вашей компании?
- Вчерашняя пятница у нас, по известной тебе причине, освободилась. Вот Рудик и выставил нам свою бабушку, - выложил эту новость Сергей, стараясь, как можно спокойнее озвучить слово "выставил".
- Это что, её родной внук Рудольф? Тот, который теперь учится в седьмом классе? Он же совсем мальчишка. И как же он сладил со своей бабушкой? Да, какой ещё бабушкой!
- Он её уговорил, так же, как и я тебя - спокойно и деловито ответил Серёжа.
- И она, вот так, сразу и согласилась?
- Согласилась, - встрял уже появившийся в спальне Андрей, - вот фотокарточки.
Просмотр несколько затянулся, ибо Светлана с интересом всматривалась в каждую деталь на фотоснимках. Ей очень хотелось понять, что чувствовала Елена Семёновна, участвуя в откровенной оргии со своими учениками, среди которых, как оказалось, был и её малолетний собственный внук. То, что женщина, при этом, получала наслаждение, было видно и невооруженным глазом. Но, как всё это начиналось? Как она дошла до такой ситуации? Ведь трахали её не трое, как сейчас Светлану, а четверо пацанов и для каждого находилась податливая частичка её пожилого, но ещё весьма привлекательного с пышными формами тела.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 59%)
|
