 |
| |
| | Я очень хорошо видел, как из той маленькой дырочки, которую я только что с таким упоением целовал, бьет ручеек, раскрывая и оттопыривая ее миниатюрные стеночки. Катя долго ждала этого момента и просто кайфовала, оттого что он, наконец-то, наступил. И еще ей очень нравилось быть сейчас такой откровенной, так открыто писая при мне. Я взял руками ее за икры, склонил голову и начал целовать ее бедра сверху, постепенно перебираясь к их внутренним сторонам. Катя немного смутилась и попыталась сдвинуть ноги, но мои плечи, которые находились между ними, не дали ей такой возможности, и она быстро поняла, что это ее желание было неуместным. Ее ручеек журчал в нескольких сантиметрах от меня, а я целовал ее ножки совсем близко к его источнику и ощущал лицом колебания воздуха, вызванные его напором. Несколько маленьких теплых капель попали мне на щеку. Я практически лежал на ней своим торсом и обнимал ее руками за бедра и талию. Я так уютно чувствовал себя, что мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось, и я с радостью вспоминал то большое количество воды и разных напитков, которые были выпиты нами накануне. Катина струйка текла с бодрым журчанием все с той же силой. Я еще приблизился к ней и поцеловал ее живот. Мне даже казалась, что я чувствовал, как внутри нее берет начало этот гейзер, и я стал целовать ее гладенький животик еще более сильно и упоительно. Катя издала легкий стон.... Я медленно спустился губами к ее лобку, а потом кончиком языка прижался и легкими движениями начал ласкать клитор. Катя громко застонала. Никогда раньше ей - писающей девочке - не ласкали в этот момент клитор языком! Она на мгновенье замерла, и я почувствовал, что она еще сильнее раскрылась передо мной, желая моих ласк. Горячая струя текла из нее ровно и лишь изредка какая-то дерзкая капелька отскакивала и попадала на меня. Я сильнее впился губами в ее клитор и был просто без ума от всего происходящего. Катя писала прямо из под моих губ, а я в это время страстно лизал ей клитор. Ее напряжение стало стремительно возрастать, и она заерзала на сиденье унитаза, стараясь сильнее подставляться под мои ласки. Я лизал ее там не отрываясь. И тут она разразилась оргазмом, который заставил золотой ручеек выписывать вензеля по всему периметру унитаза. Досталось немного и мне. | | |
| |
|
| |
| | Член находится в полувозбужденном состоянии прямо перед моим лицом. Нежно беру его рукой у основания и чуть сжимаю. Реакция моментальна. Смотрю снизу вверх, облизываю губки, а в глазах уже все плывет. Медленно приближаюсь губами к Члену, чтобы ощутить его аромат. Мужчина молодец, совершенно не отвлекает от моей игры в получение удовольствия. Ведь здесь удовольствие получать буду я. Высовываю язычок и чуть касаюсь кончика головки, в то место, где уже выступила смазка. Член как будто просыпается - рвется мне в лицо. Но для начала попробую на вкус кту маленькую капельку. Ммммм... Чуть соленоватый привкус, размазываю язычком по губкам. Ну что же, Лала, пора приступить к десерту. Смыкаю губки на головке, чуть ощутимо и слегка провожу язычком. Только легкие касания вначале. Пусть потомится. Все это время моя рука находится на Члене. | | |
| |
|
| |
| | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . | | |
| |
|
| |
| | Он дал Марату - подставил Марату зад, и теперь Марат... теперь этот парень даст ему - точно так же ляжет на спину, разведёт, раздвинет свои ноги, поднимет их вверх, и Артём... "педик" - мелькнула у Артёма короткая мысль, но теперь эта мысль его, Артёма, ничуть не смутила, ни капли не испугала, как будто то, что слово это означало, было одно, а то, что сейчас в этой комнате происходило, было совсем другое... странное у него, у Артёма, было состояние: ему нужно было б сейчас испытывать стыд, или смятение, или отчаяние, или ещё что-нибудь из этой же области, а он... он, глядя на Марата, испытывал совершенно внятное, конкретное, вполне осознаваемое желание, - болью прерванное, но никуда не девшееся, не исчезнувшее желание полыхало в теле Артёма с новой силой!"Педик", "не педик" - это были слова, всего лишь слова, и эти слова над нам, над Артёмом, сейчас не имели никакой власти... | | |
| |
|
Рассказ №23557
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 22/12/2020
Прочитано раз: 59299 (за неделю: 75)
Рейтинг: 68% (за неделю: 0%)
Цитата: "Где-то недели через две я стал свидетелем первой крупной ссоры между Дашей и Юлей. Дверь в комнату хоть и была закрыта, но говорили на повышенных тонах, и кое-что мне уловить удалось. Никаких подслушиваний, что за подозрения. В общем, Дашка обвиняла Юльку в измене. Причём как-то странно, то ли та и прав-ду изменила, то ли собиралась, и Дашка её подловила. Не понял. Но вечером зарёванная Юлька ушла из дома, а хмурая Дашка пояснила, что та вернулась к родителям. Осторожно попытался выяснить - что же всё-таки случилось. Ответа не получил и отстал...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Когда я разложил по тарелкам яичницу в дополнение к чаю и бутербродам, пришла Юля.
- Ну как? - спросил я. - Лучше?
- Не то слово, - радостно кивнула она. - И нос не заложен, и в груди не першит.
- Тогда завтракать!
- Я помою посуду! - торопливо сказала Юля когда мы закончили.
- Не откажусь, - развёл я руками. - А я пока тоже в душ.
Выйдя из душа - ну до чего хорошо пот смыть! -, я протянул руку за полотенцем. Блин, с сушилки забыл его взять, растяпа. Осторожно приоткрыл дверь - Юли нет. Если не шуметь, то можно будет быстро прошмыгнуть, тут всего пара шагов:
Стянув полотенце с потолочной сушилки, я уже почти проскользнул обратно в ван-ную, но подвела спешка. Не вписавшись в габариты приоткрытой двери, крепко врезался плечом в косяк. У-й-й:
- Что случи: - появилась на пороге Дашкиной комнаты Юля и замерла.
- Так мне, растяпе, и надо, - я торопливо обмотался полотенцем. - Забыл взять его с сушилки. Ну и стукнулся немного. Не страшно.
- Я бы принесла, попросили бы, - Юля поспешно отвернулась.
- И не говори, - я тоже поспешил юркнуть в ванную.
Одевшись, глянул на себя в зеркало и постучал себе по лбу. Только вроде бы объяс-нился с ней по поводу ночи и на тебе. Некрасиво. Ладно, постараемся замять.
Ближе к обеду позвонила Дашка, сказала, что недавно проснулись, хе-хе. И где-то ближе к полднику, часиков так в 6 вечера, точно будет к 8. Знакомо, знакомо. Поболтали они с Юлькой, та похвасталась самочувствием. Про остальное - ни звука. Ну и правиль-но. Было и было, неумышленно же.
Вечерком, поужинав, я собрался посмотреть какое-нибудь кино. Неожиданно Юля попросилась со мной:
- Ой, а можно я тоже? Я слышала про него, но всё никак не посмотрела.
- А чего ж нет? Садись, вместе глянем.
Фильм был интересным, даже увлекательным. Я даже не заметил, как Юля оказалась под бочком у меня, укрывшись диванным пледом. Ну и пусть греется. Да и мне такое пусть случайное, но дамское внимание лестно.
Уже на титрах явилась Дашка. Юлька немедленно упорхнула к ней, послышались чмоки и радостные повизгивания.
- Ну, как вы тут без меня? - спросила дочь, появляясь в зале.
- Разршите должить, трищ гнерал! - шутливо сказал я. - Во вверенном гарнизоне происшествий нет!
- Вольно, - нарочито откозыряла дочь и, засмеявшись, подошла, обнимая. - Спаси-бо, что Юльку вылечил.
- Ну а кто вас лечить будет, жужелицы? - хмыкнул я. - Только на меня и надежда. Кушать хочешь?
- Ой нет, - похлопала по животу Дашка. - А вот от чая бы не отказалась.
Попив чай, девчонки ушли к себе, а я посидел ещё немного в инете и тоже лёг. Всё-таки завтра понедельник и работа сама себя не отработает.
Где-то недели через две я стал свидетелем первой крупной ссоры между Дашей и Юлей. Дверь в комнату хоть и была закрыта, но говорили на повышенных тонах, и кое-что мне уловить удалось. Никаких подслушиваний, что за подозрения. В общем, Дашка обвиняла Юльку в измене. Причём как-то странно, то ли та и прав-ду изменила, то ли собиралась, и Дашка её подловила. Не понял. Но вечером зарёванная Юлька ушла из дома, а хмурая Дашка пояснила, что та вернулась к родителям. Осторожно попытался выяснить - что же всё-таки случилось. Ответа не получил и отстал.
Юля не пришла ни на следующий день, ни через. Не пришла и через неделю. Я тер-пел и не вмешивался как мог, но вид всё более грустной и удручённой дочери всё-таки вынудил меня к разговору.
- Даша, давай поговорим, - я пришёл к ней в комнату и сел рядом.
Дочь отложила телефон и перевела взгляд на меня. Опять плакала, вон глаза крас-нющие.
- Что у вас с Юлей произошло? Ты просто сама не своя, я на тебя уже без слёз смот-реть не могу. Надо же что-то делать!
- Не знаю я, что делать: Сама как на иголках! . . И позвонить ей хочется, и простить не могу:
- Так что всё-таки случилось?
Даша помолчала, глянула на меня исподлобья и сказала:
- Да я случайно её переписку прочитала с подружкой. Просто подружкой, - добави-ла она, пояснив жестами, что отношения там были не как у Даши с Юлей. - И вот читаю, а Юлька пишет, что нравится ей один: Но открыться она ему боится:
- Ну мало ли кому кто нравится, - заметил я. - Я так понял, что у него к ней ника-кой симпатии. Так чего переживать?
- Как у тебя всё просто: - вздохнула Дашка немного завистливо. - Меня покоро-било даже не то, что кто-то ей приглянулся. Ну бывает, понравился кто-то. Но ведь она чётко пишет - "ОН"!
- Ну? - не понял я. - Мужчина. И чего тут стра:
Ага, дошло до меня. То есть Юля, получается, что - не лесбиянка?
- Вот именно, - хмуро подтвердила Даша мои умозаключения. - Представь, каково это - узнать, что твоя девушка любит мужчин?
- И что она сказала? - попытался я прояснить ситуацию. - Как она к тебе относится?
- Да вот в том и дело, - Даша вертела в руках телефон, то включая экран, то выклю-чая. - Говорит, что меня любит по-прежнему. А я всё-таки её знаю. Не врёт она. Но и его тоже из головы выбросить не может. Так что: - дочь бросила телефон на кровать и не-ловко пошутила: - Был моноплан, а стал биплан.
- То есть Юля би?
Даша кивнула, не поднимая головы. Я подсел ближе и обнял её, притянув к себе. Она подвинулась и легла головой мне на колени.
- Знаешь: - начал я, осторожно подбирая слова. - Разное бывает в жизни, сама зна-ешь. У меня тоже бывало так, что не знал - как поступить. Но сейчас, когда уже лет мно-го, могу сказать тебе: надо решить - хочешь ты чего-то или нет. Готова ты ради своего желания чем-то пожертвовать или нет. И сразу становится понятно. Вот поверь - сразу.
Дашка вздохнула.
- Даш, тебе Юля нравится?
- Угу.
- Так нравится, чтобы ты с ней хотела долго жить? Или просто нравится? Ради удо-вольствия.
- Очень нравится: Я ей даже как-то раз сказала, что люблю её.
- Почему только раз?
- Чтобы не загордилась, - чуть хмыкнула Дашка и по голосу было ясно, что улыба-ется.
- Тогда просто представь - завтра ты просыпаешься, а Юльки нет в твоей жизни. Вот нет и всё. День нет, неделю, месяц, год - нет её. Сможешь забыть?
На коленку мне закапало горячим. Понятно:
Я погладил Дашку по голове и сказал:
- А раз так - позвони ей, а лучше встреться и поговори. Не мною придумано: лучше жалеть о сделанном, чем об упущенном.
Дашка хлюпнула носом, повернула голову, глядя на меня. Села и сказала:
- Спасибо, пап. - Обняла меня и чмокнула. - Ты у меня такой хороший.
И пошла умываться.
Где-то через час она ушла, глянув на провожающего меня с тайной надеждой.
Вернулась под вечер. Встала в дверях в зале.
- Ну как? - спросил я, хотя по лицу Дашки было видно, что вроде бы не всё плохо.
- Поговорили с ней, - сказала дочь. - Вроде бы прояснилась ситуация. Но у меня вопрос к тебе. Ответь, пожалуйста, честно.
- Ну-ка, - удивился я. - Что за вопрос?
- У вас с Юлей: было что-то? Когда она с простудой дома осталась?
- Ого, - сказал я, подняв брови. - Ну хорошо, не хотел поднимать эту тему. Но раз такой расклад, то слушай.
И рассказал ей без утайки всё как было.
- Поэтому ничего у меня с Юлей не было, - закончил я. - В том смысле, какой обычно все подразумевают.
Дашка села на кресло и посмотрела на меня задумчиво:
- Вот это поворот:
- Теперь может быть ты что-то расскажешь? - спросил я. - Вы помирились?
- Мы помирились, - кивнула Дашка, чуть улыбнувшись. - Но есть одна слож-ность:
- Какая?
- Я тебе говорила, что ей понравился кто-то, помнишь?
Киваю.
- Так вот, уточнение. Не просто понравился, а очень понравился. И не кто-то, а ты.
Немая сцена. Я попытался увидеть в Дашкином лице признаки розыгрыша или шутки, не нашёл и откинулся на спинку дивана, сцепив руки на колене.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 25%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 72%)
|
