 |
| |
| | Я очень хорошо видел, как из той маленькой дырочки, которую я только что с таким упоением целовал, бьет ручеек, раскрывая и оттопыривая ее миниатюрные стеночки. Катя долго ждала этого момента и просто кайфовала, оттого что он, наконец-то, наступил. И еще ей очень нравилось быть сейчас такой откровенной, так открыто писая при мне. Я взял руками ее за икры, склонил голову и начал целовать ее бедра сверху, постепенно перебираясь к их внутренним сторонам. Катя немного смутилась и попыталась сдвинуть ноги, но мои плечи, которые находились между ними, не дали ей такой возможности, и она быстро поняла, что это ее желание было неуместным. Ее ручеек журчал в нескольких сантиметрах от меня, а я целовал ее ножки совсем близко к его источнику и ощущал лицом колебания воздуха, вызванные его напором. Несколько маленьких теплых капель попали мне на щеку. Я практически лежал на ней своим торсом и обнимал ее руками за бедра и талию. Я так уютно чувствовал себя, что мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось, и я с радостью вспоминал то большое количество воды и разных напитков, которые были выпиты нами накануне. Катина струйка текла с бодрым журчанием все с той же силой. Я еще приблизился к ней и поцеловал ее живот. Мне даже казалась, что я чувствовал, как внутри нее берет начало этот гейзер, и я стал целовать ее гладенький животик еще более сильно и упоительно. Катя издала легкий стон.... Я медленно спустился губами к ее лобку, а потом кончиком языка прижался и легкими движениями начал ласкать клитор. Катя громко застонала. Никогда раньше ей - писающей девочке - не ласкали в этот момент клитор языком! Она на мгновенье замерла, и я почувствовал, что она еще сильнее раскрылась передо мной, желая моих ласк. Горячая струя текла из нее ровно и лишь изредка какая-то дерзкая капелька отскакивала и попадала на меня. Я сильнее впился губами в ее клитор и был просто без ума от всего происходящего. Катя писала прямо из под моих губ, а я в это время страстно лизал ей клитор. Ее напряжение стало стремительно возрастать, и она заерзала на сиденье унитаза, стараясь сильнее подставляться под мои ласки. Я лизал ее там не отрываясь. И тут она разразилась оргазмом, который заставил золотой ручеек выписывать вензеля по всему периметру унитаза. Досталось немного и мне. | | |
| |
|
| |
| | Член находится в полувозбужденном состоянии прямо перед моим лицом. Нежно беру его рукой у основания и чуть сжимаю. Реакция моментальна. Смотрю снизу вверх, облизываю губки, а в глазах уже все плывет. Медленно приближаюсь губами к Члену, чтобы ощутить его аромат. Мужчина молодец, совершенно не отвлекает от моей игры в получение удовольствия. Ведь здесь удовольствие получать буду я. Высовываю язычок и чуть касаюсь кончика головки, в то место, где уже выступила смазка. Член как будто просыпается - рвется мне в лицо. Но для начала попробую на вкус кту маленькую капельку. Ммммм... Чуть соленоватый привкус, размазываю язычком по губкам. Ну что же, Лала, пора приступить к десерту. Смыкаю губки на головке, чуть ощутимо и слегка провожу язычком. Только легкие касания вначале. Пусть потомится. Все это время моя рука находится на Члене. | | |
| |
|
| |
| | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . | | |
| |
|
| |
| | Он дал Марату - подставил Марату зад, и теперь Марат... теперь этот парень даст ему - точно так же ляжет на спину, разведёт, раздвинет свои ноги, поднимет их вверх, и Артём... "педик" - мелькнула у Артёма короткая мысль, но теперь эта мысль его, Артёма, ничуть не смутила, ни капли не испугала, как будто то, что слово это означало, было одно, а то, что сейчас в этой комнате происходило, было совсем другое... странное у него, у Артёма, было состояние: ему нужно было б сейчас испытывать стыд, или смятение, или отчаяние, или ещё что-нибудь из этой же области, а он... он, глядя на Марата, испытывал совершенно внятное, конкретное, вполне осознаваемое желание, - болью прерванное, но никуда не девшееся, не исчезнувшее желание полыхало в теле Артёма с новой силой!"Педик", "не педик" - это были слова, всего лишь слова, и эти слова над нам, над Артёмом, сейчас не имели никакой власти... | | |
| |
|
Рассказ №23566
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 28/12/2020
Прочитано раз: 58382 (за неделю: 97)
Рейтинг: 60% (за неделю: 0%)
Цитата: "На долгое время воцарился смех. Потом все поочерёдно сходили в ванную и легли спать. Вместе. Я, честно говоря, уже спать хотел и выгонять Дашку, выслушивая её сте-нания, совсем не хотелось. Поэтому Дашка легла с одного края, я с другого, а Юля посре-дине. Я прижался к её попе, обнял за грудь, где столкнулся с Дашкиными пальцами. Та хихикнула и пришлось уступить. Посреди ночи Юлька завозилась и пошла в туалет. Вернувшись, подкатилась ко мне под бочок. Ощутив её чуть похолодевшую попу, я прижался посильнее и понял, что вполне готов к её гостеприимству, тем более, что гость уже сам просился на порог...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Правда? - Юля радостно-недоверчиво выглянула из-под пальцев.
- Правда, - я поцеловал её. - А остальное - Дашкины проблемы. Если не стесняется отцу попель голый показывать, то будем смотреть, - и улыбнулся.
Обрадованная так легко разрешившейся ситуацией, Юля поспешила отблагодарить меня всеми доступными средствами. Впрочем, кто кого благодарил.) ) Когда она отдыша-лась от своего очередного оргазма, из дверного проёма послышался завистливый вздох Дашки.
- Брысь, - весело сказал я. - Твой черёд ещё не пришёл.
- У-у-у-у, - недовольно протянула дочь.
- Андрей, ну пожалей ты её, - заступилась за подругу Юля.
Я выдержал почти мхатовскую паузу, а потом великодушно сказал:
- Ладно, иди уже, страдалица.
Довольно взвизгнув, Дашка примчалась к дивану, на котором мы спали. Сверкнув в густых сумерках торчащими сосками, она с лёту завалилась на Юльку, раскидав её ноги в стороны. Пришлось отодвинуться, чтобы не мешать.
Заурчав большой кошкой, Дашка впилась губами в Юлькину грудь, бросив ладони на освоение иных мест. Вскоре задышала-заохала Юлька, которую губы Дашки, а больше настойчивые движения рук быстро привели к приятному итогу.
Признаться, я поначалу колебался - смотреть ли вообще. Ну, то есть, совсем от-страняться я в любом случае бы не смог. Но сделать вид, что не смотрю, - вполне. Но, по-думав, не стал притворяться. Ну зачем? Все прекрасно понимают ситуацию. Одна соглас-на, второй это вообще нравится - вон как смотрит на меня глазищами.
Не удержался и, наклонившись, поцеловал Юльку.
- Ну-ка! - делано возмутилась Дашка. - У вас было время, сеньор Помидор!
- Ну подождите, графини Вишенки, - пообещал я. - Я вам из ваших вишенок все косточки подостаю.
- Напугал, - фыркнула дочь, провоцируя, за что сразу же получила лёгкий шлепок по попе. - Ай!
Шлепок мой попал не только по попе, но и зацепил край чего-то горячего и мокро-го. С печи пирог, как говорится. Так, а давайте-ка забросим удочку на проверку.
- Сдаётся мне, Юля, что теперь твоя очередь к Даше подлизываться, - сказал я.
И по тому, как обе на меня посмотрели одинаковым взглядом, понял - Д-2, корабль противника подбит.
Дашка с Юлькой поменялись местами, причём дочь явно не слишком-то стеснялась отца, совершенно не прикрываясь. Хоть и сумерки, но всё же: Грудь-то вообще на виду, но ведь и между ног, пока там Юлька не устроилась, всё было достаточно хорошо видно. Поблёскивало.
Смотреть на двух любящих друг друга девушек всегда увлекательно, завлекательно, привлекательно: Продолжать можно долго. Суть одна. Это возбуждает, очень даже. Эх, вот бы сейчас к Юльке да сзади: Вон у неё как попа приподнята. Но надо сдерживаться, авторитет отцовский ронять не годится. Если только:
Я тихонько переместился в Юлькины тылы и так же аккуратно пощекотал её быст-ренько в сердцевинку мокрую. Вздрогнув, она бросила на меня быстрый взгляд, но Даш-кина рука тут же потянула её голову обратно. Продолжив ласки, Юлька чуть помедлила и выставила попу посильнее.
Занять удобную позицию на пусть двухместном, но всё-таки нешироком диване, - занятие непростое. Но всё-таки я смог удобно расположиться прямо у Юлиной киски, ко-торую немедленно начали одолевать очень приятные ощущения. Юля начала подрагивать телом, издавая всё более громкие стоны. Это заставило Дашки посмотреть - что происхо-дит.
- Ничего себе, - чуть хрипло прокомментировала она. - Да ты у меня, папа, моло-дец.
Вместо ответа я легонько пощекотал её под коленкой, отбивая охоту к разговору. И вскорости добился того, что задумал. Девчонки приплыли одновременно.
Пока они обнимались, горячо дыша, я погладил Юлю по попе, Дашку чисто из ба-ловства слегка потеребил за сосок и лёг рядом.
- Ну ты и фрукт, папа, - сказала Даша, когда Юля уже откатилась вбок и обе отды-шались.
- Что такое? - сделал я непонимающее лицо.
- Да нет, ничего, - сделала хитрое лицо Дашка и что-то зашептала на ухо Юле. Та захихикала.
- Шептунов на мороз! - грозно сказал я и принялся щекотать обеих за бока.
На долгое время воцарился смех. Потом все поочерёдно сходили в ванную и легли спать. Вместе. Я, честно говоря, уже спать хотел и выгонять Дашку, выслушивая её сте-нания, совсем не хотелось. Поэтому Дашка легла с одного края, я с другого, а Юля посре-дине. Я прижался к её попе, обнял за грудь, где столкнулся с Дашкиными пальцами. Та хихикнула и пришлось уступить. Посреди ночи Юлька завозилась и пошла в туалет. Вернувшись, подкатилась ко мне под бочок. Ощутив её чуть похолодевшую попу, я прижался посильнее и понял, что вполне готов к её гостеприимству, тем более, что гость уже сам просился на порог.
Чуть поёрзав, я нащупал головкой вход и медленно надавил. Юля что-то тихо про-мычала, дёрнув попой. Я чуть изменил направление и надавил больше, входя. В такой позе немного непривычно получалось, ощущения другие. Коснувшись бёдрами её попы, я поудобнее взял Юлю за талию и:
Резко дёрнувшись, она вывернулась, подскочив на диване:
И я понял, что это была Дашка.
- Пап? - непонимающе смотрела на меня дочь, прикрываясь ладошкой между ног.
- А ты как здесь? - спросил я по инерции, хотя сам уже понял. - Ясно: Извини, Даша, в темноте перепутал тебя с Юлей. Поменяйся с ней местами, пожалуйста.
Дашка помогла мне перекатить Юлю ко мне, сама легла с краю и затихла.
- Даш, правда не хотел, - негромко сказал я.
Она промолчала и вскоре мы заснули.
Утром всё это, конечно, припомнилось. Юлька удивлённо смотрела на наши пас-мурные лица. И в конце концов вытянула всё, поочерёдно из меня и Дашки. Немного ох-нула, прикрыв рот, но потом даже похихикала.
- Тебе смешно, - посетовал я. - А я не знаю, как теперь с дочерью разговаривать:
- Так же как раньше, - пожала плечами Юля. - Трагедии не произошло. Я с ней по-говорила, она, конечно, не ожидала. Но думает, что ты и правда случайно.
- Так и есть, - хмуро кивнул я. - Вот не хотел же поддаваться на эту её идею!"Да-вайте все вместе!" - передразнил я.
- Не ворчи, - примирительно сказала Юля, гладя меня по голове. - Ну не прогонять же её теперь обратно: Нет?
Вместо ответа я обнял Юлю, немного приподняв её за попу.
- Ой! - захихикала она. - Вот и молодец, не дуйся.
На работе было не до думок, но вечером, встретившись с Дашей, поймал её неловко ускользающий взгляд. Ну что за напасть, только, вроде, наладилась атмосфера: Нет, так не пойдёт. Надо поговорить с ней.
- Даша, если будет время - хотел с тобой поговорить, - сообщил я ей. Как раз Юли нет, никто не помешает.
Помявшись, она кивнула. Придя через какое-то время в залу, встала в дверях.
- Присядь, пожалуйста, - попросил я. Помолчал и продолжил:
- Мне кажется, что ты всё ещё обижаешься на то, что произошло ночью. Могу тебя ещё раз заверить - ну случайно это было! Не планировал я на тебя покушаться, зачем мне это?
Даша помялась, потом негромко сказала:
- Да я не сержусь, пап:
- Правда? А по лицу не скажешь:
- Да не в тебе дело: Ну, то есть: сложно объяснить:
- Попробуй. Даша, мне правда не всё равно - что с тобой и как. Иначе с чего бы я вмешивался в ваши с Юлей отношения? Подожди, я закончу. Раньше, если ты об этом, я сознательно не лез к тебе, чтобы не нарваться на остроты. Тебе просто нужна была само-стоятельность. А теперь, как мне кажется, ты доросла до того, чтобы интересоваться моим к тебе отношением. Тебе самой стало не всё равно. Поэтому - скажи, что тебя тревожит?
Дочь смотрела на меня, что-то про себя решая. А потом сказала:
- Понимаешь: Я пробовала встречаться с парнем: Мне не понравилось. Ну вот никак. А потом встретила Юлю - и это просто отрыв башки! - эмоционально показала она жестами. - С ней всё по-другому! Всё! Так: здорово! И нежно, и весело, и: сладко: - немного смутилась она, но тут же продолжила. - И я поняла, что вот это - моё! Что я люблю девушек. И всё было ясно и здорово, пока:
- Пока не было вчерашнего? - спросил я. - Ну: прости, пока не понимаю.
- Я, наверно, глупости говорю: - замялась Даша. - Но: а бисексуальность: её можно передать?
- Ты думаешь, что Юля тебе передала бисексуальность? - стараясь говорить без сме-ха и вообще без иронии, уточнил я.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 25%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 72%)
|
