 |
| |
| | Наш князь Руслан был ё#орь знатный,
| | |
| |
|
| |
| | Такое смешение поглаживаний и покусываний ,и игра с сосками приносят огромное блаженство, я сама возбуждаюсь. Продолжая ласкать клитор я медленно скольжу пальчиком во внутрь. Почувствовав это, ты замерла, чтобы полностью насладится этим моментом. вслед за пальцем я ввожу туда мой язычок, словно змейка он скользит вовнутрь, где стало ещё более горячо и влажно. Пальчик требовательно ласкает в самой глубине, а пальчиком второй руки я вхожу в твой анус и от каждого толчка ты начинаешь стонать,а язычок нежно щекотит внутри, там , где такое чувствительное место .В это время наши губы целуют друг-друга, от её движений, они словно живые, и мне кажется , словно губки требеуют поцелуев. Мы начинаем цевловаться. это так необюычно, теперь я немного поворачиваюсь на бок и передо мной половые губки принимабт форму обычных губ .Такое с нами впервые....возбуждаясь всё больше и больше я замечаю, как ты призывно стонешь, как волнующе всхлипываешь, и приближаешся к оргазму . Я знаю , что ты любишь и начинаю со всей силы теребить клитор, мой язык просто готов свести с ума, иногда я покусываю клитор, или немного оттянув губами втягиваю в себя, начинаю лизать и посасывать, ты издала самый протяжный стон удовольствия и в этот момент я целую родничок возбуждения в засос и удерживаю так, пока ты мечешся и изгибаешся, поглощенная волной уловольствия. затем я медленно отпускаю клитор - боже, какая мокрая. | | |
| |
|
| |
| | Я осторожно снял маленький кусок черного шелка, еще хранящий ее тепло, сел на колени рядом, приподнял ее ногу за щиколотку и стал целовать ее маленькие пальцы, ступню, подъем. Потом я точно так же поступил со второй ногой, а затем по очереди стал осыпать их поцелуями, постепенно двигаясь вверх, где уже приоткрылись мягкие, идеально полукруглые губы. Обведя легкими касаниями губ ее правильный треугольник на выпуклом холмике, я коснулся языком его вершины. Никогда я еще не ощущал тело женщины таким знакомым, таким нежным, таким родным. Мне казалось, что прошло 1000 лет, и мы снова встретились, узнавая каждую черточку друг друга. Я вдыхал этот запах, и в первый раз в жизни хотел дышать им еще и еще. Круговыми движениями языка я щекотал самую вершину холмика, и она подалась мне навстречу, гладя руками меня по голове. Я провел языком снизу, забрав немного соленой влаги и чуть усилил нажим. Ее тело выгнулось, я приподнялся и нежно и сильно вошел в нее. | | |
| |
|
| |
| | Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой... | | |
| |
|
Рассказ №23812
|
