 |
| |
| | Председатель жюри вышел на сцену и возложил корону на голову высокой блондинки с кукольным личиком. Зал взорвался негодованием. Эмилио выскочил на сцену, сорвал корону с блондинки, возложил ее на голову Иришки, упал на одно колено и поцеловал край платья своей возлюбленной. Рев зрителей достиг максимума, у меня заложило уши. | | |
| |
|
| |
| | - А как, насчет, тебе той женщины, о которой говорит Сурганов - произнесла задумчиво, как бы и с интересом посмотрев на Гальперину Климова - Женщины тени, которая общается с ним в тех снах. И которая способна видоизменяться как угодно. Он говорит, что там у нее свой дворец на каком-то большом неподвижном озере. С черной водой. По которому, иногда можно пройти буквально пешком и прямо по воде. Это я слышала от большинства моих пациентов и не только. Что она приходит к ним в виде черной тени и может высосать любого попавшего в ее руки. И там, таких как она много. Но как утверждает сам наш психически больной Сурганов, она его подруга. В том мире сновидений. | | |
| |
|
| |
| | Рык вожака прекратил эти ласки. Все расступились, и обезьяна еще раз внимательно посмотрела на полную грудь и длинные соски. Она что-то удовлетворенно рыкнула и высунула язык. Тот оказался длинным, узким и раздвоенным на конце. Девушке стало плохо. Обезьяна пригнула голову, и длинный язык обвился вокруг башенки на конце груди. - Не надо,- пропищала Глория. Обезьяны недоуменно уставились на неё, а вожак обхватил ее грудь своими плотными губами и начал сосать. | | |
| |
|
| |
| | Надо сказать, что моя прежняя пассия - Ирина - целовалась очень хорошо, умело, с энтузиазмом. Да и в сексе была изобретательна не по возрасту и очень активна, но все же только сейчас я понял, что такое опыт и желание взрослой женщины. Наташин поцелуй завел меня до беспредела, и я попытался рвануть с нее кофту, но тотчас же получил увесистую пощечину: "Как ты смеешь? Я замужняя женщина! Кофта должна остаться чистой и не помятой!". Странно, но пощечина не остудила, а скорее еще сильнее завела меня. Но вот инициатива была уже в Наташиных руках. Стащив с меня куртку, она кинула ее на пол, а на нее уже положила, грациозно стянув через голову, свою кофту. Я увидел ее довольно большую грудь, скрытую черным кружевным лифчиком. Желание было столь сильно, что я высвободил ее груди из лифчика, оттянув его вниз, и припал к ним губами, даже не спросив ее. Какое там припал - присосался, все сильнее и сильнее посасывая, покусывая ее левый сосок. Правую грудь я поглаживал рукой. "М-м-м-м, какой хороший мальчик. Давно их так не целовали", - после похвалы я старался еще сильнее, и это продолжалось несколько минут. Оторвавшись, наконец, от ее соска, я хотел было прильнуть к другому, но Наташа вместо этого впилась поцелуем в мои губы, а потом толкнула меня на колени. Я воспринял это как знак, и стал расстегивать на ней брюки, стянул их ниже колен, потянул вниз трусики... . Но, возбужденный до крайности, я даже не снял их, а стал осыпать поцелуями ее ноги, от колен и выше. Она развела колени в стороны, насколько позволяли не до конца снятые брюки - я целую ее бедра, засовываю голову между ее ног и целую там. "Боже, какой ласковый мальчик мне достался", - услышал я довольный голос: "Смелее, приспусти трусики, Андрейка!" | | |
| |
|
Рассказ №24438
|
