Рассказ №14036

     Так я окончательно смирилась со своей ролью и своим положением. Вечер продолжался от одной неудобной позы к другой, и каждая из них сопровождалась самыми разными пытками, мучительными и сладкими одновременно. Меня как следует отшлёпали - ясно было, что до хлыста и стека остаётся теперь лишь шаг или два, но я могла это вытерпеть. Зажимы с моих сосков сняли, чтобы поместить их туда ещё несколько раз, пока я сходила с ума от невозможности удовлетворить себя. Грэм мастерски доводил меня до края и изо всех сил швырял оземь, применяя для этого всё новые и всё более мучительные способы. Всё это, конечно, два раза прерывал Эш. На этой стадии я уже давно забыла обо всякой осторожности, до того меня распаляло происходящее. Пожалуй, я слишком яростно выражала своё нетерпение, и наверняка оказалась не самым приятным собеседником, но Эш, верный своему слову, продолжал звонить.
     Когда наконец настала неизбежная пора удовольствий для самого Грэма, я едва не разрыдалась от облегчения. До завершающего представления он дал мне кончить пару раз, но это было уже слишком давно. Согнутая под прямым углом, я лежала на обитых кожей козлах, пристёгнутая к ножкам за руки и ноги. Думаю, понятно, что я не могла шевельнуть при этом ни единым мускулом. За эти часы, проведённые в плену - сколько их было? - мои кляпы несколько раз меняли, и сейчас мой рот заклеивало несколько кусков липкой ленты, поверх которой был натянут и туго зашнурован на затылке смирительный шлем.
     Я находилась в тёмном и тесном мирке. Пот так и лил с моего тела, пока я стонала и выгибалась под дразнящими ласками Грэма.
     - Ну что, ты готова развлечься как следует? - спросил наконец он.
     Я закивала так энергично, как только могла, двигая головой меж вытянутых рук.
     - Точно?
     Я снова закивала, стоном выражая согласие. Господи, сейчас я возбудилась и распалилась настолько, что самой не верилось. Я никогда не считала себя слишком уж голодной до половых утех, но такой прелюдии я никогда доселе не испытывала. Ещё ни разу вибраторы, зажимы и ласки не воздействовали на меня так мощно, и я всегда могла прекратить это до того, как воздействия становились невыносимы. Я была связана и беспомощна уже несколько часов, и силы мои были на исходе. Но видит бог, перед окончанием сеанса мне ещё предстояло "развлечься как следует".
     Надо сказать, что Грэм не подвёл - хотя, скажем прямо, толкнуть меня за грань сейчас могло всё, что угодно. Когда он вошёл в меня сзади, скользнув мне меж вытянутых и раздвинутых ног, я взорвалась почти сразу же, стоная и дёргаясь настолько, насколько позволяли мне путы. Конечно же, Грэму было этого мало, и он получил от меня ещё пару представлений, прежде чем он сам начал содрогаться и изливаться внутрь меня. К тому времени, лёжа вниз головой, я видела небо в алмазах, и кровь, без устали пульсируя в моих ушах, мешалась с моими стонами, длившимися, казалось, без конца.
     И затем всё кончилось. Каждое запястье слегка дёрнулось, освобождаемое от верёвок, и голос сказал...
     - Вот и всё, Джен. Всё кончилось. Можешь идти домой. Ты молодец. Выйти можешь через боковую дверь.
     И больше ничего. Я еле понимала, что он мне говорит. Руки мои были наконец свободны, и это было чудесно. Я медленно выпрямилась, отлепляя своё залитое потом тело от нагретой кожи. Я ухитрилась найти узлы на затылке, развязать их и снять шлем, после чего содрала со рта ленту. Перед глазами до сих пор плясали искры, но кровь от ушей уже понемногу отливала. С трудом я высвободила ноги и отошла от козел. Сколько же прошло времени с тех пор, как на мои запястья впервые легла верёвка?
     Грэма нигде не было. Я толкнула дверь в дом, но она была заперта. Мне было все равно - сейчас мне было уже не до анализа чужих поступков. На скамейке стояла бутылка с водой, и я жадно осушила её. Я надела платье, не заботясь о нижнем белье. Пот начал пропитывать тонкую материю, но вечер снаружи был тёплым, и простуды я не боялась.
     Я двигалась медленно, словно во сне. В голове роилось множество мыслей, а в теле - мириады ощущений, многие из которых противоречили друг другу, и практически ни в одном из них не было ни капли здравого смысла. Я сидела в машине минут десять, просто чтобы дать всему этому осесть и унять сердцебиение. И, как только я собралась наконец ехать, зазвонил телефон.
     - Алло?
     - Джен, это Эш. Надо полагать, ты всё ещё живая, раз отвечаешь лично.
     - Э-э... да. Наверно.
     - Наверно?
     - Да, живая. Сейчас поеду домой. Так затрахалась, просто охренеть. Вернее, меня саму оттрахали.
     - Понравилось?
     - Эш... ты себе не представляешь. Я даже сама не представляла, что так может быть, до этого дня. Как будто передо мной какая-то дверь открылась.
     - Рад за тебя. На каком-то этапе голос у тебя был не очень довольный.
     - Наверно. Может быть. Прости, если наговорила лишнего.
     - Пустяки. Рад, что тебе понравилось.
     - Спасибо. Слушай, мне нужно маленько собраться с мыслями. Завтра напишу тебе, окей?
     - Конечно. Езжай домой и выспись как следует.
     - Уж будь уверен, - нервно хихикнула я. - Пока.
     
     Глава 3
     
     Так начались наши отношения с Грэмом. Пожалуй, тот вечер был той самой "наживкой", заглотив которую, я была уже не в силах бороться со своими желаниями. После этого я приезжала к Грэму снова и снова. От раза к разу он обходился со мной всё жёстче и жёстче. Позы становились всё неудобней, зажимы всё чаще оказывались у меня на сосках, а шлёпавшая меня ладонь сменились плетью, которую потом сменил хлыст. Но уже я не могла остановиться.
     Я научилась стоять рядом с ним на коленях, делать ему коктейли, и несколько раз даже готовила для него еду. Всё это, однако, напрямую было связано с предстоящим сеансом. Я мирилась с этим, потому что это было лишь подготовкой к основному действию - я намокала при одной лишь мысли о нём, задолго до того, как Грэм начинал со мной работать. Видимо, весь секрет был в предвкушении неизвестного; к тому же я знала, что при любых обстоятельствах рано или поздно освобожусь, насколько беспомощной я до этого бы ни была.
     Теперь больше не было смысла ежечасно названивать Эшу. Это лишь отвлекало меня и сбивало сеансы с ритма. Выдерживать их становилось всё труднее, но по накалу они ничуть не уступали тому, самому первому. Грэм, однако же, становился всё холоднее... и требовательнее. Мне казалось, что поначалу он был ко мне мягче; сейчас же разозлить его становилось всё проще, и любое отклонение от его правил жестоко наказывалось. Но, несмотря на все побои, я приезжала к нему раз за разом - и уезжала хоть и измотанной, но переполненной такими чувствами, о которых год назад я даже не подозревала.
     Грэм держал себя так, что сблизиться с ним было невозможно. Никакого обмена эмоциями и мыслями, никакого тепла, согревавшего наши первые встречи. Постепенно я тоже стала охладевать к Грэму, но я не могла отказаться от доставляемых им наказаний... или удовольствий.
     Всё это время мы переписывались с Эшем - он оказывал мне моральную поддержку и делился советами, за что я была ему благодарна. Наряду с этим я искала наконец постоянную работу - в Сиднее я лишь подрабатывала в разных местах время от времени. В течение этих поисков я и прошла собеседование на должность медика в Брисбене. Собеседование состоялось после одного из семинаров в Сиднее, где я повстречала своего будущего работодателя. Я никогда не была в Брисбене, но условия выглядели заманчиво, и мне дали два дня на раздумья. Это было как раз накануне нашей очередной встречи с Грэмом, и я рассказала ему о своих планах по телефону. Теперь, оглядываясь назад, я осознаю, что это был не самый дальновидный поступок.
     
     * * *
     
     В тот вечер Грэм ничего не сказал о том, что я уезжаю в Брисбен - по крайней мере, когда мы только начали общение. Я ощутила в нём какую-то перемену, но у меня хватило ума не спрашивать. Он выглядел мрачным и необщительным. Никаких любезностей - просто краткое приветствие.
     - Иди в гараж, раздевайся и надевай кляп с ошейником.
     - Слушаюсь, сэр, - покорно сказала я, привычно презирая себя за своё поведение в таких ситуациях.
     Я вошла в гараж, где меня встретили уже знакомые запахи кожи, дерева и секса. Мой ошейник лежал на полу, и цепь длиной около двух метров соединяла его с петлёй, вмурованной в бетонный пол в углу комнаты. К чему бы это, подумала я. Это явно не входило в наши обычные игры. Рядом с ошейником лежал кляп в виде красного шара на ремешке. На бетоне лежало два маленьких висячих замка.
     Я выскользнула из платья и туфелек. Нижнего белья, отправляясь на сеансы, я больше не надевала. Это было ни к чему - перед приездом я и без того успевала возбудиться, а перед отъездом у меня уже не было сил, чтобы одеваться как положено.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: