 |
| |
| | А она ушла в несознанку: "Дескать, ты, паря, сисек испугался, а я тебя и без оных застращаю. Что дашь взаймы - за любовь ведьмовочью?" А гусар: "Зажгу для тебя вон тот стог сена!" А та: "Зажигай!" Короче, слово за слово - зажгли они тогда не по-детски. Коровы ту зиму до сих пор с опаской вспоминают: "Вот чего с людями делает любовь!" И крестятся. Кто-то крестится, а кто-то любится. Каждому - свое на Руси и долгая лета. Аминь. | | |
| |
|
| |
| | Проснулась я вчера от легких и нежных прикосновений. Я открыла глаза и тут же утонула в глазах Димки, в которых в тугой узел сплелось все: и безумное желание, и изумление, и любовь. Мы ничего не говорили друг другу, сначала просто осторожно, как в первый раз, касались друг друга, а потом одновременно чуть ли не со звериным рыком набросились друг на друга. Нет, я не смогу описать, как это было. Я едва могла дышать - но как же это сладко ощущать себя в крепких и в то же время нежных объятиях! Как сладко ощущать на губах вкус его губ - губ, слегка солоноватых, горячих и одновременно нежных, ощущать, как где-то в потайных глубинах тела пробуждается тайный жар и как он начинает пожирать всё мое тело... И вот уже бушует яростное пламя, всепожирающее, безжалостное и одновременно невыносимо слодостное. Из моей груди вырвался полустон - полукрик, готова была вся раствориться в нем, я сходила с ума, мое тело от наслаждения выгнулось дугой, мускулы тела напряглись в одну единую струну которую казалось тронь и она рассыпится на мелкие кусочки, перед глазами расцвели причудливые многоцветные огни фейерверка... Бедра мои ощущали тяжесть бедер неведомого, страстного, но до боли желанного. Подчиняясь размеренному ритму, я испытывала восторг бесконечный, беспредельный... Неужели такое бывает? Я не просто достигла вершины блаженства, я осталась там, купаясь в волнах наслаждения, набегающих одна за другой... Потом это повторилось еще и еще. К утру мы были совершенно обессиленые, по-детски счастливые, но так и не сказали друг другу ни одного слова. А потом он убежал на смену, и теперь вернется только завтра утром. | | |
| |
|
| |
| | Волна наслаждения начинает подниматься где то из глубин и нарастать с каждой минутой еще больше... резкое сокращение мышц... ты "им" чувствуешь... и крик вырывающийся вместе со стоном... ууу, да, детка, это оргазм... подушка летит на пол и она бьется в конвульсиях наслаждения и накрывшего с головой восхитительного оргазма... держишь ее крепче и закрываешь глаза... сильнее и сильнее еще... И вот наслаждение поднимается до высшей точки... чувствуешь прилив энергии и кончаешь... прямо в нее... боже как это прерасно... | | |
| |
|
| |
| | А мама с папой уже поменялись местами. Теперь папа лежал на спине, а мама склонилась над его членом, лаская его языком. Затем она коснулась члена губами и взяла его в рот. Мама раскачивалась над членом папы, то наклоняясь так, что он полностью исчезал у неё во рту, то выпуская его почти целиком наружу. Теперь стонал уже папа. Сьюзи захотелось сделать то же самое для Майка. Она наклонилась и приняла торчащий ствол Майка в рот, стараясь взять его как можно глубже. Майк подался ей навстречу и тоже застонал. Сьюзи начала скользить губами вверх-вниз по его члену, поглядывая на кровать. | | |
| |
|
Рассказ №24876
|
