 |
| |
| | В тот год все сложилось до странности прозаично. 12-летний сын уехал почти на месяц в школьный лагерь и мы оставались с мужем в пустой трехкомнатной квартире. Я уже предвкушала некоторые удовольствия семейного времяпрепровождения, которые невозможно представить себе в присутствии чада. Не подумайте ничего такого, все более или менее невинно - вроде хождения голышом друг перед другом, или хорошего покрикивания во время секса. Несмотря на то, что я замужем за Всеволодом уже почти полтора десятка | | |
| |
|
| |
| | Как оказалось, он по моему поведению давно понял, что я смеюсь над ним, издеваюсь и дразню, но ничего ему не светит. И он думал, что скорее всего у меня уже кто-то есть и я не пойду с ним на свидание. Но после того, как я накинулась на него как хищная кошка, ему было очень приятно, что такая красавица так страстно его желает, но в реальности он не был к этому всему готов, так как давно в своей голове он отверг мысли, что когда-нибудь он будет со мною рядом. В моей же голове процветал полнейший разврат, который каждый день по-капельке уводил меня в мир моих пошлых фантазий относительно него. Есть какой-то возбуждающий фактор в мысли переспать с человеком, который не вполне красив, но ты знаешь, что ты для него недосягаемая мечта. С этого все началось, затем дошло до того, что кроме него я никого не могла уже представить рядом. | | |
| |
|
| |
| | Первая порка была для нее потрясением, ведь даже в детстве ее никогда так строго не наказывали. Но в этот раз она была изумлена не меньше. Во-первых, удары розги были острее. Во-вторых, она и не думала, что пороть можно не только по ягодицам. Обнаженная и беспомощная, скулящая от боли и унижения, она впервые принимала удары по всему телу. Особенно потрясли ее удары по беззащитной груди. Прутья оставляли на белой коже резкие красные полосы. Покорная женщина не способна была о чем-то думать, между ударами она пыталась забыться, словно все происходящее касалось кого-то другого. Ожог следующего удара ненадолго возвращал ее обратно, затем она вновь убегала в спасительную вату чувственного отупения. "Уже неплохо, сучка" - удовлетворенно сказал ее повелитель. "Не пытаешься уворачиваться и честно принимаешь наказание". Скупая похвала вернула ее к жизни, она почувствовала непонятную радость. Кожа горела, но хозяин не зверствовал и происходящее начало казаться ей каким-то очищающим таинством. Она вдохновенно распрямилась, старательно подставляя истерзанное тело под последние удары. | | |
| |
|
| |
| | - Подрачи меня котеночек, тихонечко, доносились руководящие указания, так пальчиком, а теперь целуй скорей. Молодой человек задрал юбку раздвинул ноги и припал к клитору. Татьяна Олеговна быстро подняла его на ноги, приспустила брюки, как всегда хватило всего несколько сосательных движений и хуй был готов к работе. Член Вадима вошел в знакомую пизду. Все было как всегда. | | |
| |
|
Рассказ №0620 (страница 16)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 23/04/2002
Прочитано раз: 248250 (за неделю: 53)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мы прибыли в Амстердам. Был тихий июльский вечер 1948 года. Мне нарочно приходится указывать год, чтобы вы не подумали, что все, мною приведеное, вымысел, но об этом потом.
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 16 ]
- Он сейчас у вас? Как он себя чувствует?
- Он умер вчера вечером, сэр, - сказал Квиг.
- Как умер? - я схватил Квига за плечо.
- Умер, сэр, - повторил Квиг. - Он умер тихо и спокойно, и поэтому я здесь.
- Но что он говорил перед смертью?
- Что-то непонятное, сэр. Он сказал, что сегодня приходила последняя женщина и что он не жалеет, что проиграл, а потом он назвал ваше имя и просил исполнить последнюю волю. Он говорил, сэр, что вы единственный близкий человек и вы все знаете. Он просил передать вот это...
Квиг протянул маленький пакет. Не зная, что там, я уже догадывался и с ужасом оттолкнул пакет от себя.
- Нет, сэр, пожалуйста, возьмите. Это его последняя воля, и потом пока это было у меня, я чувствовал себя очень скверно. Особенно ночью, - и Квиг густо покраснел.
- Да, - с грустью подумал я, - бедный Дик. Ты пал жертвой своего упрямства, - я глубоко задумался.
Мы похоронили беднягу без лишнего шика. Скромный, но дорогой памятник увенчал его могилу. Салина все покрыла великолепными цветами. А потом мы собрались в аппартаментах рэма. Он, Салина и я, каждый был погружен в какие-то нелепые мысли. Потом я вынул пакет из кармана, этот пакет с картами, и мы подошли к ярко пылающему камину. Рэм наполнил бокалы и сказал:
- Выпьем за бедного Дика и за то, чтобы эти дьявольские карты не причинили больше никому зла.
Мы выпили и я собрался бросить карты в огонь, чтобы уничтожить это зло, но вдруг дверь резко открылась и на пороге возникла фигура человека, закутанного в белую материю. Человек быстро подошел ко мне, взял у меня из рук карты и сказал на ломаном немецком языке:
- Это нельзя уничтожить! Это рок!
- Индус! - вскричал Рэм и бросился на человека. - Держите его, - я бросился на помощь Рэму и мы одновременно схватили пустоту.
В комнате никого не было и дверь была заперта.
- Черт, - удивленно вскричал Рэм.
- Может, так и лучше, - сказал я, глядя в огонь камина.
- Давайте выпьем, - сказала Салина и налила бокалы.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 16 ]
Читать также:»
»
»
»
|
