 |
| |
| | Я силой разжал ее челюсти, и мой хуй сразу скользнул ей за щеку, образовав снаружи огромную выпуклость. Ощущения были непередаваемые, но увы, за щекой не помещалась даже треть члена, и поэтому я перенаправив головку к ее горлу, взял ее за волосы, одним движением насадил ее голову на член так, что ее носик уткнулся в мой лобок и крепко зафиксировал в этом положении. Ниночка забилась, пытаясь высвободиться, ее глаза заполнились слезами и вылезли из орбит, руками она упиралась в мои бедра, пытаясь меня оттолкнуть, но я крепко держал ее голову, и слегка двигал членом вперед-назад, наслаждаясь тем, как ее глотка массирует его головку. Наконец, я решил дать ей глотнуть воздуха и вынул блестящий от ее слюны член из ее ротика. Грудь девушки высоко вздымалась, она жадно хватала воздух ртом пытаясь отдышаться.
Я наклонился, и засосал ее губы. одновремено лаская ее сиськи. Девушка застонала, но я оторвался от нее, и прежде чем она успела чтото сказать, вновь до упора насадил ее голову на хуй. И вновь девочка забилась в тщетной попытке высвободиться. Кончать ей в ротик я не собирался, и поэтому почувствовав, что член достиг каменной твердости, я поставил девушку раком и засадил член в киску. . Взявшись обоими руками за ее роскошную попку, я начал долбить девушку со скоростью швейной машинки. Сладостные ощущения от горячих нежных стеночек, массировавших член, вскоре вызвали новую волну спермы, которую я снова благополучно отстрелял в глубине ее влагалища.
Я улегся рядом с девушкой, и начал нежно ласкать ее тело, уделяя особое внимание ее роскошной груди и целуя ее сочный ротик.
- Расскажи о себе, - сказал я. - Например, когда и как ты потеряла девственность. Я думаю, что это произошло недавно, не так ли?
Нина покраснела.
- Да ты прав, это произошло буквально за неделю до моей поездки сюда. У меня есть парень, и мы вскоре собираемся пожениться. И так получилось, что мы остались наедине. Он в тот вечер был очень настойчив, и я ему уступила. Он трахнул меня с презервативом. Оргазма у меня не было, но было очень приятно, несмотря на небольшую боль в момент когда он порвал мне целку (но крови было очень много) . Это было только один раз. В тот вечер у нас больше не было времени, потом у меня должна была зажить киска, потом начались приготовления к отъезду, и у нас больше не получилось остаться наедине.
Услышанное меня очень порадовало. Получалось, что до меня ее хоть и лишили девственности, но мой член был первым, непосредственно контактировавшим с ее телом, и уж точно первым, побывавшим в ее ротике. И я также первым влил в нее свою сперму. Все таки, сильно в нас мужиках стремление не только влить свой генетический материал в наибольшее число самок, но стараться, чтоб этот материал был для самки единственным или по крайней мере первым. .
От этих мыслей член снова стал подниматься, и вскоре, задрав ее ножки себе на плечи, я снова обрабатывал им ее внутренности, уверенно приближая нас обоих к оргазму.
В нашем городке Нина пробыла неделю, и всю неделю я ежедневно по несколько раз в день наслаждался ее телом (естественно, доставляя наслаждение и ей) .
Через пару недель она позвонила мне, и сказала что вливания моего генетического материала не прошли даром, и она беременна, но ее жених уверен, что он отец ребенка (поскольку он затащил ее в постель в первый же день после ее возвращения, а назначив день бракосочетания, они вообще стали жить вместе, и он ее трахал каждый день - как я его понимал. .) .
Через пару лет я встретил ее с малышом в нашем городке. После родов и вскарливания малыша, она расцвела и похорошела еще больше, и не смогла отказать мне, когда я захотел вновь ее оттрахать. .
После нашей встречи она вновь забеременела, и через год я получил на мыло ее фотку с двумя малышами, удивительно похожими на меня в детстве, но имевшими и черты матери. .
Мы встречались еще несколько раз (я уже старался соблюдать меры предосторожности) , но в конце концов, наши отношения стали чисто виртуальными. . | | |
| |
|
| |
| | - Не перебивай, пожалуйста. Я тебе сейчас все расскажу. Я тебя привела к Ирке, я тебя и увела от нее... Я оторопел. А Оля продолжала. Она рассказала, что Ирину знает больше двух лет. Они вместе работали, были подругами и даже любовницами, не смотря на разницу в 11 лет. Я оболдел, она никогда не признавалась мне, что бисексуалка. Оказывается Ирине сейчас уже 38. Потом они поругались. Оля не стала говорить из- за чего. Где- то в это же время было сокращение в их офисе. Их пути разошлись. А потом она сказала, встретила меня и влюбилась. | | |
| |
|
| |
| | У многих студентов раширились глаза от неожиданного сознания, что и в родном институте им придется находиться в необычно-унизительном виде перед своими товарищами-однокашниками... | | |
| |
|
| |
| | - Без проблем - заявил Дима - Миша, ты меня знаешь много лет, я уже сказал Кате, что мы с тобой трахали одних и тех же девчонок, и это ее не смутило. Как ты смотришь на то чтобы мне присоединиться к вам. Отношения только между вами, а между нами только секс. | | |
| |
|
Рассказ №0778 (страница 23)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 25/02/2025
Прочитано раз: 447527 (за неделю: 10)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Старый, но довольно опрятный, катер медленно приближался к каменному причалу Саламина. Мотор натужно взревел в последний раз и затих. Старый матрос-грек, ничего кроме моря в своей жизни не видевший, равнодушно сплюнул в воду залива, добросовестно кормящего его, и бросил канат встречающему. Молоденький подручный быстро и ловко привязал канат, катер стукнулся о мрачный камень причала, оттолкнулся - канат натянулся как струна. Матрос бросил второй канат. Из рубки вышел капитан, такой же старый, как..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 23 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
- Да уж - тяжелая работа, необходима надбавка за вредность, - рассмеялась Патриция.
Они пошли к дому фотографа, продираясь прямо сквозь кусты. Девушки ничуть не стеснялись собственной наготы - здесь никто чужой не ходил. Да если бы и ходил - то что такого? Красоты стесняться нечего.
- А почему все-таки от острова Лесбос? - вдруг спросила Айменга. Патриция думала, что блондинка уже забыла про этот дурацкий вопрос. - Там находилась женская тюрьма и заключенные это там придумали, да?
- Нет, совсем наоборот, - рассмеялась Патриция и пояснила: - В седьмом веке до нашей эры известная поэтесса Сапфо организовала там школу девушек, проповедуя любовь к женскому телу.
- Сапфо... Никогда не слышала...
- Да? - удивилась Патриция. Задумалась на мгновенье, остановилась и прочитала:
Я к тебе взываю, Гонгила, - выйди К нам в молочно-белой своей одежде! Ты в ней так прекрасна. Любовь порхает Вновь над тобою.
Всех, кто в этом платье тебя увидит, Ты в восторг приводишь. И я так рада! Ведь самой глядеть на тебя завидно Кипророжденной!
К ней молюсь я...
- Это Сапфо? - спросила Айменга. - Ты ее наизусть знаешь - значит она тебе нравится. Кто сейчас помнит древнегреческую поэзию! И ты исповедуешь ее принципы? - с надеждой спросила блондинка.
Патриция рассмеялась.
- Я очень люблю стихи средневекового французского поэта Франсуа Вийона. Он был разбойником. Мне что теперь выходить с кистенем на большую дорогу?
Вечером к фотографу действительно пришли друзья. На втором этаже здания, рядом с просторным съемочным павильоном, заставленным всевозможными прожекторами, вспышками и декорациями было что-то вроде гостиной, куда фотограф всех и привел, чтобы отдохнуть после трудов праведных. Пожилая женщина-массажистка, которая, по-видимому, исполняла здесь также и роль экономки, накрыла в гостиной шведский стол и тихо удалилась.
Из магнитофона лились звуки мелодичной лирической песни, свет в гостиной погасили, на пианино в углу и на ломберном столе посреди комнаты стояли канделябры с десятком свечей каждый, что придавало вечеру совсем романтический колорит. Бородатый приятель фотографа в футболке с изображением цветного, переливающегося в свете свечей черепа с костями танцевал медленно с красивой девушкой, что приехала с ним. Фотограф лежал на черном кожаном диване и курил, пристально наблюдая за слившимися в танце Патрицией и Айменгой.
Патриция, вернувшись с берега, первым делом прошла в гримерную, где стояла ее сумка, так как пока не решили, где она будет ночевать. Там она сразу же оделась, поскольку ей надоело светить обнаженным телом. Она конечно никого не стеснялась, но все, по ее мнению, должно быть в разумных порциях. К тому же она прекрасно знала, что толково полуобнаженное женское тепло действует на мужчину возбуждающе гораздо сильнее, чем просто обнаженное. Поэтому Патриция долго и тщательно перебирала свой богатый гардероб и остановилась на коротких красных шортах и белой шелковой блузке с изящными кружевами и короткими руками. Одежда должна подчеркивать и великолепный цвет ее кожи, и волнующие линии ее фигуры, и в то же время должна заставлять мужчину страстно желать эту одежду снять с нее. Требуемого эффекта Патриция добилась с блеском - сейчас фотограф не отрывал от нее внимательных глаз, и девушка догадывалась примерно, о чем он думал.
Патриция чувствовала себя неплохо - и физически и душевно. Фуршет, подготовленный мадам Николас, утолил ее разбушевавшийся голод, а любующийся ее фигурой фотограф нравился ей. Может быть даже, он сумеет заменить ей Тома. В конце-концов Том далеко не единственный на белом свете мужчина, с которым ей может быть хорошо - просто раньше попадались на ее пути лишь мужланы и самцы, представления не имеющие о настоящей любви, подменившие понятие "любовь" понятием "секс". Этот кучерявый блондин, похоже, не из таких. Правда, обвинение Айменги в гомосексуализме... Но Патриция почему-то сомневалась в этом. Вот широкоплечий, усатый шофер - тот да, похоже. Он даже не взглянул на девушек ни разу... И сейчас его здесь нет.
Патриция в танце поравнялась с глазами фотографа, взгляды их встретились. Патриция улыбнулась ему своей загадочной улыбкой, которая не оставляет мужчин равнодушными. Он не смутился, не вскинулся с дивана, затянулся лишь глубоко и выпустил синеватый в волшебном свете свечей дым. Патриция почувствовала, что в нем нарастает желание, что его заводит то, что она милуется с Айменгой.
- Ты права, - почти не шевеля губами, шепнула она блондинке, - это заводит его!
Айменга демонстративно, чтобы фотограф видел, провела рукой по ягодицам Патриции, залезла снизу под ткань шорт, другой рукой жадно погладила спину девушки. Страстно вздохнула и закрыла глаза.
Фотограф смотрел на них и курил, выпуская дым кольцами. Айменга, входя в раж, чуть отстранилась от партнерши и забралась ей в ворот полупрозрачной белой кофточки Патриции, и обхватила жадно пальцами плотный холмик груди. Соблазнительные ягодицы Патриции, плотно обтянутые красной материей шорт, находились прямо перед глазами фотографа.
Девушки повернулись и посмотрели обе на него такими глазами, что и полный импотент немедленно возжелал бы сбросить напряжение. И умело повели телами в едином движении... Патриция снова встретилась взглядом с ним и вновь улыбнулась.
Фотограф резко встал и вышел из комнаты, в дверях кинув на них пристальный взгляд.
- У меня такое впечатление, - сказала Айменга, проводив его глазами, - что он готов.
Патриция улыбнулась, сняла руки с талии Айменги и пошла вслед за фотографом.
Айменга подошла к танцующий паре.
Бородатый здоровяк в футболке с черепом, посмотрев в сторону Патриции, заявил, не прерывая танца:
- Если она думает, что у нее что-нибудь получится, то пусть она себя не обманывает. С ним еще ни у одной бабы не получалось!
Фотограф сидел в коридоре на высокой тумбочке и курил, задумчиво глядя в стену.
Патриция подошла, взяла у него из рук сигарету, затянулась и сунула ее ему обратно меж пальцев. Он лениво повернул голову в ее сторону.
- А ты знаешь, чего тебе на самом деле хочется? - медленно спросил он. - Сначала у тебя был некий Том, потом какой-то галантерейщик... А может, ты лесбиянка?
- Ну и что? - спросила Патриция. - Мне нужна любовь. В любом виде!
- Так если ты думаешь, что у тебя с Айменгой будет любовь - иди к ней. Зачем ты пошла за мной?
- А почему нет? Я бы пошла и с тобой, Бернард, но тебя, кажется, это не очень интересует.
- Тебе так кажется? - Он взял ее за руку и повел в павильон для съемок, сейчас погруженный в кромешную темноту.
Остановился, обнял ее и поцеловал. Поцеловал нежно, не стараясь высосать из нее все и не кусая больно губы. Рука его волнующе пробежала по ее спине.
Том открыл Патриции вкус к любви. Сейчас она старалась забыть Тома и внушила себе, что ей очень нравится ласка фотографа.
Белокурый фотограф, прекрасно ориентируясь в темноте, подвел девушку к кожаной тахте, уложил. Лаская ее грудь, левой рукой стал расстегивать пуговицы на ширинке ее шорт. Не очень ловко, впрочем. Наконец справился с поставленной задачей, склонился над ее животом и начал стаскивать шорты.
Она чуть приподнялась, чтобы ему это удалось и, стараясь завести его и себя, застонала.
Он выпрямился и снял брюки. Лег на нее. Патриция обняла его двумя руками и потянулась к нему губами. Он ласкал ее, она стонала с закрытыми глазами, думая про себя когда же он овладеет ею, и не зная хочет ли она этого на самом деле или ей только кажется, что хочет.
Он протянул руку с тахты куда-то вбок и нащупал пульт на длинном тонком шнуре. Нажал на кнопку и все помещение наполнили блики световспышек и щелканье расставленных вокруг тахты на треногах фотоаппаратов.
- Что?! - встрепенулась Патриция и попыталась вырваться. - Что ты делаешь?
И тут он вошел в нее, она ощутила живую, горячую плоть в себе. Ей стало мерзко, противно и страшно - яркие, слепящие вспышки выводили ее из себя.
Она стала бить его кулачками в грудь, стараясь освободиться от его объятий.
- Хорошо, хорошо! - воскликнул он. - Давай еще! Прекрасно! - Он не переставая, в такт движению, нажимал на кнопку к которой были присоединены все вспышки и фотоаппараты.
- Прекрати! Перестань! - кричала Патриция, в тщетных попытках освободиться.
Движения его были грубы, сильны и резки. Он не прекращал садистских перемигиваний вспышек.
Он обжег внутренности Патриции горячим извержением и расхохотался, словно восставший из ада Люцифер.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 23 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
