Рассказ №0778 (страница 16)

      - Ну так купи пару, - он огляделся и заметил неподалеку галантерейный магазин. - Вон там.
      - Где? - Она завертела головой.
      - Вон в том магазинчике наверняка есть.
      Они подошли к дверям магазина, расположенного в углу большого старинного, с аляповатыми лепными украшениями, особняка.
      - Подожди меня здесь, - попросила Патриция, взглянув на его тяжелую корзинку.
      - Хорошо, - без пререканий согласился он и улыбнулся ей ласково.
      - Подержи это. - Она положила поверх переполненной корзины еще и булку с пакетом.
      - Постараюсь, - рассмеялся Том. - Осторожней! У сменя так спина сломается!
      Она тоже рассмеялась и вошла в магазин.
      Том сел на плетеный стул, стоящий рядом с дверью, с облегчением поставив корзину на колени.
      - Я ищу солнцезащитные очки, - услышал он веселый голос возлюбленной.
      - Пожалуйста, - донесся до Тома красивый мужской голос. - У меня большой выбор.
      - Спасибо.
      Том заглянул в дверь. За прилавком стоял грек, примерно его лет, в модной яркой рубашке, и пожирал глазами Патрицию. Что-то во взгляде продавца очень не понравилось Тому.
      - Нет, - сказала Патриция. - Эти не в моем стиле. Вон те, в белой оправе. Не слишком для меня большие?
      - Нет, отлично вам.
      Грек вышел из-за прилавка и подвел девушку к большому зеркалу в углу, масляно улыбаясь и держа ее пальцами за плечи. Том сжал зубы при виде этой сцены.
      - Смотрите, - услужливо сказал продавец.
      - Сколько они стоят?
      - Для вас - бесплатно, - обаятельно улыбаясь, заявил продавец. - И у меня есть еще кое-что, вам понравится. - Он нагнулся и вытащил из-под прилавка красивый серый летний шарф. - Это для вас! - торжественно произнес он, явно довольный собой и своей щедростью.
      Она сделала красноречивый жест, что не может принять подарка.
      Грек стрельнул глазами в сторону дверей и заметил Тома.
      - Нет, нет, - игриво стал уговаривать ее продавец. - Прошу вас, пожалуйста! Вы обязаны взять, просто обязаны! - Он почти насилу всунул шарфик ей в руки. - Мне будет только приятно, заверяю вас!
      Она вышла из магазинчика и взяла у сидящего у входа Тома пакет и булку. Он встал с хмурым видом и они пошли дальше.
      - Греки бывают очень навязчивы иногда, правда? - сказал он ей, определенно рассчитывая на сочувствие с ее стороны.
      - Этот был очень милый, - не поняла его Патриция. - Он подарил мне шарф. И ничего не взял с меня за очки.
      - Эй, - окликнул ее с порога магазинчика торговец.
      Патриция повернулась к нему и благодарно помахала рукой:
      - Чао, чао!
      - Придете сегодня вечером на праздник города в кафе "На набережной"? - спросил он, в надежде завязать интрижку. Присутствие Тома совершенно не останавливало опытного сердцееда, наоборот - подогревало в нем чисто спортивный интерес.
      - Еще не знаю, - весело ответила Патриция, впервые вообще услышав о празднике.
      - Приходите! - посоветовал галантерейщик. - Я научу вас танцевать сертаки.
      Том сердито посмотрел на грека, как на человека, посмевшего посягнуть на его собственность.
      - Мы подумаем, - сказала Патриция и взяла Тома под руку.
      Галантерейщик скрылся в дверях магазина.
      По дороге на пристань они не произнесли ни слова. Патриция просто совершенно не догадывалась, какие мысли терзают ее возлюбленного - подобное поведение было для нее привычным и естественным.
      А Том злился на нее, на себя, а в особенности на этого смазливого, чисто выбритого грека. Он потер свою недельную щетину и выругался про себя - Патриция настолько завладела его мыслями, что он даже не вспоминал об этом. Ему захотелось как можно скорее добраться до яхты, чтобы привести себя в цивилизованный вид.
      Он не желал потерять неожиданно обретенную любовь. Но мысли о ее легкомысленном поведении мучили его, порождая тяжкие сомнения: а любит ли она его, не является ли он для нее простой игрушкой, которая быстро надоедает?
      А Патриция, вышагивая с Томом под руку, беспечно радовалась жизни.
     
      Яхта отчалила от берега, Патриция готовилась загорать и сняла футболку.
      Том стоял за штурвалом, он взял курс на середину залива - куда-то определенно он плыть сейчас не хотел, собираясь переночевать здесь, у знакомого причала, а с утра вновь оправиться на их остров.
      - Ты не с первого раза ложишься с мужиком в постель, наверно? - глядя на водную гладь сказал Том. Он был не в силах сдержать обуревающие его подозрения.
      Улыбка на лице девушки сразу изменилась - из радостно-беспечной превратилась в оборонительно-наглую.
      - Ну, если мне парень нравится, то могу и с первого раза, - сказала она сердито.
      Спустилась в каюту, взяла свой магнитофон и снова поднялась на палубу. Проходя мимо Тома, она добавила ядовито:
      - Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?
      Тугие, соблазнительные бугры ее груди проплыли перед глазами Тома, приковав на мгновение к себе его внимание.
      Патриция прошла на нос корабля и села, положив магнитофон на колени. Ей был очень неприятен его вопрос и она не понимала почему. Тем не менее она сожалела о своем резком ответе.
      Том закрепил штурвал, подошел к ней и примостился рядом.
      - Что ты делаешь? - зло спросил он, не в силах сдержать рвущуюся наружу досаду. - Записываешь свои впечатления о каждом парне с которым встречаешься, да? Можно послушать?
      Он протянул руку и нажал клавишу воспроизведения.
      Из магнитофона послышался голос Патриции: "...чем они старее, тем гнуснее..."
      Она поспешно выключила магнитофон.
      - Я что, такой гнусный? - спросил Том.
      - Нет, - ответила Патриция, ужаснувшись, что он действительно принял эти слова в свой адрес. - Я бы не сказала...
      - Я ничего не понимаю. - Том поднялся и посмотрел на нее. - По-моему, ты просто чокнутая.
      Патриция сидела в одних шортах, и укоризненно глядела на него. Она понимала: происходит что-то не то. Что они оба злятся из-за пустяка. Но уступить в чем-либо ей не позволяла натура.
      Он увидел, что рядом с ней лежит длинный шарф из тонкой серой материи, подаренный галантерейщиком. Он брезгливо взял шарф двумя пальцами.
      - Ты что будешь носить эту тряпку? И сегодня оденешь для этого отвратительного грека?
      - А почему бы нет? - ощерилась Патриция. - Если хороший парень - то почему бы не сделать ему приятное?
      Она отобрала у Тома шарф.
      Он встал, в сердцах развернулся и прошел к штурвалу. Внутри все кипело от необъяснимой, мучительной злости. Он вырубил двигатель, закрепил парус и, стараясь не смотреть в сторону Патриции, спустился в каюту. Бросился на свою койку - его чуть ли не трясло, ему необходимо было успокоиться. За яхту он не волновался: ветра практически не было, да и куда ее может занести? Он понимал, что второй разрыв с любимой женщиной ему будет перенести гораздо тяжелее, чем тогда, много лет назад и старался взять себя в руки. Под эти невеселые мысли он как-то незаметно уснул.
      Сколько он проспал, Том не знал. Разбудил его громкий крик Патриции:
      - Том! Том! Скорее! Быстро!
      Он вздрогнул, вскочил с койки и бросился наверх. В спешке, спросонья больно стукнулся лбом о верхнюю перекладину двери.
      Выскочил на палубу, нервно оглядывая палубу в сгустившихся сумерках.
      Патриция, совершенно обнаженная, стояла одной ногой на самом краю яхты, другую ногу вытянув далеко над водой, правой рукой она держалась за канаты, а левой указывала куда-то вдаль. В переливающихся багряно-желтых лучах заходящего солнца ее фигура была просто великолепна. И она знала об этом.
      - Том, смотри, правда я похожа на рекламу?
      Он стоял, схватившись за косяк двери в каюту, и не мог вымолвить ни слова.
      Патриция легко спрыгнула на палубу, подбежала к нему и бросилась на шею, прижавшись к его груди плотными восхитительными бугорками.
      - Том, я люблю тебя, - прошептала она ему на ухо.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ]

Читать также: