Рассказ №100 (страница 2)

     Он с трудом протолкался на свое место, которое Ирина предусмотрительно прикрыла своей курткой, чтобы никто не заглядывался. Она уже съела все, и вопросительно указала вилкой на его сиротливый гамбургер. Он кивнул.
     - Ну? - спросил он, когда она управилась.
     - Класс, - вздохнула она. - Спасибо, - и посмотрела на него - несколько вызывающе - словно и не сомневалась, что заслужила такое внимание к ней, и будто догадываясь, что праздник еще не закончился.
     Он выплеснул в рот остатки кока-колы, и помог ей одеться.
     - Знаешь, куда мы пойдем сейчас?
     - Куда? - с кажущимся безразличием спросила она.
     - По магазинам. Но сначала ты ответишь мне на пару вопросов.
     - С чего бы это? - она вздернула нос.
     - Просто так, - отрезал он. - За мои красивые глаза. - Он указал ей на ту самую скамейку, на которой он сидел совсем недавно. Они уселись, она - положив ногу на ногу, как благовоспитанная, открывая свои красиво вычерченные лодыжки в штопанных чулках, он - рядом, откинувшись на спинку стула.
     Затем он закурил, глубоко затягиваясь.
     - Ты как, не куришь?
     Она покачала головой, и прибавила с угрозой:
     - Но скоро начну!
     - Серьезно?
     - Все курят.
     Точно, - согласился он. - И еще - побираются, блядствуют, нюхают клей, и гадят на тротуаре. Все сходится.
     Она молчала, ковыряя ногтем присохшую грязь на полах куртки. Осталось неизвестным, дошла ли до нее ирония.
     - Тебя что, заставили руку протягивать?
     Она отрицательно покачала головой.
     - Не понимаю, - буркнул он.
     - Соседка посоветовала, - наконец выдавила она. - У нас с деньгами сейчас совсем плохо. Мать в больнице, отец на заработках в Сибири... или еще где: не знаю. Меня соседка кормила одно время, а потом говорит - пойди, попроси... тебе дадут.
     Он помолчал. История была обычная в эти дни, и непонятно, зачем ему было вытягивать это из девчонки. Мог бы и сам догадаться.
     - Сколько лет этой твоей соседке?
     - Не знаю. Может быть, пятьдесят... или больше.
     - Она что, тоже нищенка?
     Она передернула плечами, услышав "тоже":
     - Какая она нищенка... пенсионерка. А я тебе не нищая... просто попросила один раз.
     Он посмотрел на нее: она поджала губы, сморщила носик, словно речь идет о чем-то противном, но привычном. В нем поднялось возбуждение и желание действовать.
     - Значит, так, - сказал он, - книги продавать умеешь?
     Она подняла на него глаза, и быстро произнесла: - Смогу... Я...
     - Значит, работа у тебя уже есть. А сейчас мы посетим одно место.
     Командовать парадом будешь ты. С одним условием - все делать быстро.
     - Зачем? - с подозрением спросила она.
     Он объяснил:
     - Времени мало. Понятно?
     Она размышляла не более секунды, затем подняла на него глаза, прищурилась - видимо, подражая какой-то киношной актрисе - и кратко сказала:
     - Понятно.
     Он был вовсе не уверен относительно того, что именно ей было понятно. Но этот женский, и одновременно нестерпимо детский взгляд его странно успокоил.
     Через проходной двор они вышли на проспект. Он вел ее за руку, как братишка младшую сестренку. У одного из магазинов он замедлил шаг, и подтолкнул девушку ко входу.
     - Заходи. Свои размеры помнишь?
     Она ничего не ответила, и странно посмотрела на него. Молча вступила на мраморную ступеньку, и неуверенно взялась рукой за толстую, потрясающе желтую ручку входной двери. Он последовал за ней. В помещении бутика на них немедленно набросилась магазинная дама, лощеная брюнетка с ястребиным носом.
     - Вам помочь?
     Кося фиолетовым глазом на него, как на наиболее внушающего доверие, она быстро охватила взглядом маленькую фигурку в дождевике.
     - Плащ, - пробурчал он, - блузка, юбка, нижнее. Туфли. - Как всегда, он чувствовал себя неуютно среди обилия зеркал. - Только хорошее. И быстро.
     Дама невозмутимо выгнула бровь, на долю секунды внимательно на него посмотрев. Искра узнавания мелькнула в ее глазах, и тут же погасла. Выбросив сверкающую лаком кисть куда-то вправо, она пропела:
     - Пожалуйста, сюда.
     Он мысленно плюнул на мохнатый ковер под собой, будучи уверен, что чертова кукла, по всей видимости, узнала у нем одного из поставщиков. Он от души понадеялся, что эта нить не приведет к его жене. Горячее дыхание обожгло мочку уха:
     - Я могу это покупать? - Его новая знакомая стояла на цыпочках, прикладывая к плечам нечто голубиное с блестками.
     - Да, да, - быстро проговорил он, - только и не забудь колготки. Возьми всех расцветок, какие есть. Я заплачу за все.
     - А можно пере...
     - Нет, - твердо сказал он. - Я не Ричард Гир, а ты не Джулия Робертс. Нечего здесь переодеваться.
     Через полчаса они вышли из бутика. Такси. Водитель с золотыми зубами. На заднем сиденье он повернулся к ней, и спросил:
     - Ты знаешь, куда мы едем?
     Она отрицательно покачала головой. Руки у нее были заняты - она придерживала с дюжину пакетов и пакетиков - и она даже не пошевелилась, когда он погладил ее по щеке. Одним пальцем он коснулся ее губ, и посмотрел ей прямо в глаза. Она сидела, сжавшись. В ее глазах светилась тревога. "Она знает, что ее ждет, - понял он.
     - Но она выдержит. Она пойдет до конца".
     Они приехали почти на окраину, к ряду пятиэтажных домов. Расплатившись с водителем, он помог ей выйти из автомобиля со всеми ее сокровищами. Найдя нужный подъезд, они поднялись на третий этаж.
     Пока он звонил соседке и забирал у нее ключи, Ирина молча стояла, прислонилась спиной к перилам. Затем они поднялись на этаж выше, и здесь, у блеклой дермантиновой двери без опознавательных знаков, она наконец заговорила.
     - Я не пойду. Я...
     Он перебил ее:
     - Тебя пугает что-то определенное?
     - Я: - неуверенно произнесла она, - понимаете: ведь я еще ни с кем.
     - Меня зовут Владимир, - сказал он. - И называй меня на ты, пожалуйста. - Он взял ее правое запястье, разжал кулачок, который мертвой хваткой держал один из пакетов, и приблизил ее ладонь к губам. Он лизнул ее в середину ладони, ощутив соленый привкус. Ее рука задрожала, и она попыталась убрать ее. Он удержал ее, крепче сжав руку. Она не издала ни звука, только тяжело дышала.
     - Не сопротивляйся, - тихо сказал он. - Будет хуже и тебе, и мне. Понимаешь?
     Ее щеки покраснели. Блестящие глаза смотрели куда-то вниз, плечи немного подрагивали. Очень тихо, почти неслышно, она спросила:
     - Что со мной будет?
     Он покачал головой. Свободной рукой он взял ее за шею, и притянул к себе. Она подчинилась. Он осторожно гладил ей шею, забираясь под воротник платья и касаясь острой косточки на правом плече.
     - Это просто ожог. Знаешь, когда нечаянно притронешься к утюгу - когда он раскален, и ты вдруг чувствуешь резкую боль: Ты можешь вскрикнуть. Можешь заплакать. Знаешь, мужчина часто говорит девушке, которую он хочет сломать, что это безболезненно. Я не хочу тебе врать - это может быть действительно больно, и наверное, страшно. Но можешь быть спокойна - эта боль уйдет.
     Она приподняла к нему лицо, и он осторожно попробовал на вкус ее нижнюю губу. Она не противилась, и он поцеловал ее веки. Губы ее были напряжены, и он только скользнул по ним языком. Судя по всему, у нее не было опыта даже на уровне поцелуев - либо она была уж чересчур напугана. Он отстранился от нее. Вставил ключ в замочную скважину, повернул - раздался щелчок. Дверь открылась, и на них пахнуло тяжелым духом нежилой, полной бессмысленных вещей квартиры. Он взял ее за руку, и потянул, почти втолкнул в прихожую. Дверь закрылась. Он встал спиной к выходу, и проговорил:
     - Брось эти тряпки на пол.
     Она принялась аккуратно складывать пакеты. Потом выпрямилась, и смахнула прядь со лба. Ее лицо было бледным. Она не поднимала глаз.
     - Разденься.
     - Сразу? - неуверенно спросила она, и охватила плечи руками. От нее веяло безысходностью, как от приговоренной к казни. Он кивнул.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: