Рассказ №11200 (страница 2)

     - И все же? - Анна Евгеньевна с деланным интересом рассматривала свои ногти.
     Михон помолчал, а потом продолжил:
     - Он оказался педофилом, это наш дорогой сосед. Нет, все было культурно и пристойно. Никакого насилия. Для начала он предложил мне чаю. А потом подсуну пару журналов. Венгерских, как он сказал. Журналы были битком набиты фотографиями обнаженных мальчиков и девочек, с комментариями на непонятном языке.
     - Английском? - Маринка опустила ноги со стола, и Михон увидел красивую девичью грудь и волнующую темноту внизу живота. Он торопливо отвел взгляд.
     - Нет, вряд ли. Я вообще не помню, но сосед мне сказал, что журналы венгерские. "Мадьяр" , как он выразился. Они были красивые, с цветными фотографиями, страницами, приятными на ощупь. А до этого я никогда не видел голых девочек. Да и мальчиков тоже.
     - А увидеть хотелось: - подсказал Игаша.
     - Конечно хотелось! А тебе что, не хотелось бы?
     - Ладно, ладно, ты не отвлекайся! - Игаша довольно лыбился. - Сосед, значит, педофил:
     - А ты не перебивай! - Михон нахмурил брови, собираясь с мыслями. - Там, в одном журнале, была страница, где были: в общем, как это: Ну, там голые мальчики стояли в ряд, и Петруччо сказал, что они меряются, у кого: это: больше. И он предложил измерить мой: аппарат: и если он окажется хорошего размера, то можно будет участвовать в конкурсе, послав туда, в журнал фотографию... А я всегда думал, что мой:
     - Член, - внятно произнес Сашка, и это слово просто обожгло Анну Евгеньевну.
     - Ну вы: Вообще уже! - учительница в шоке сжимала и разжимала пальцы рук.
     - Да ладно, - вяло отмахнулась Маринка. - Член так член. Он же не сказал х:
     - Марина! - возмущенно воскликнула женщина. - Я вообще не понимаю, что здесь происходит! Почему мы должны выслушивать: и рассказывать:
     - Потому! - резко оборвал ее Игаша. Его глаза вновь стали жесткими. - Я уже вам сказал, что нас никто отсюда не выпустит! Пока мы не опустошим часы своими рассказами: И вы все это знаете!
     - Да уж, - передернул плечами Михон. Он вспомнил, как с трудом нашел выход из школы, как потом деревья гонялись за ним по школьному двору, как он еле-еле нашел то известное окно и этих: собеседников. - Кстати, Игаша, а что случилось с Толяном? Куда он делся?
     Игаша застыл, и на его лице замелькали тени ответов.
     - Он ушел, - невыразительно произнес подросток, глядя в пол. - Он отдал мне эти часы, сказал, что надо сказать и ушел.
     - А как:
     - Значит, ты говоришь, что Петруччо предложил тебе член измерить? - Игаша в упор глянул на Михона. - И что же было дальше?
     - Ладно. Одним словом, я гордился своим членом.
     Он помолчал, как бы ожидая возражений, но их не последовало. Анна Евгеньевна шумно дышала и теребила в руках носовой платок. Маринка вновь перебирала струны на гитаре. Сашка тщетно пытался застегнуть порванную рубашку. А Игаша опять сально улыбался. И все они смотрели на Михона.
     - Вот, - продолжил Михон. - Петруччо предложил измерить мой член линейкой. Сказал, что у него есть и деревянная, и металлическая, и пластмассовая: Но я очень стеснялся, и все что я смог, это попросить журнальчик на денек. Петруччо, конечно же, не разрешил. Он умел уговаривать: Для начала мы измерили его член: Он был, естественно, больше моего, но тогда я просто обалдел. Взрослый мужик показывал мне свой:
     - Свинья, - проворчала Анна Евгеньевна. Она уже спрятала платок и спокойно выдержала метнувшего на нее взгляд Игашу.
     - Может быть... Потом мы стали мерять мой... Петруччо сказал, что мой член вполне достоин того, чтобы участвовать в конкурсе. Он вытащил фотоаппарат и сфотографировал меня... ну, без трусов... Потом он спросил, умею ли я хранить взрослые тайны. Конечно же, я был сама могила... Он показал мне фотографии мальчиков, которые тоже, по его словам, претендовали на участие в конкурсе. И там я увидел знакомого пацана. Мы с ним отдыхали в загородном пионерском лагере. Почему-то это меня успокоило, и я поверил в честность намерений Петруччо. Перебирая фотки, я наткнулся на такую, где один мальчик держит во рту:
     - Какой ужас! - воскликнула Анна Евгеньевна. Она вскочила с места и бросилась к двери каморки. Она рвала ручку на себя и наваливалась всем телом на крашеные доски. Но хлипкая на вид дверь совершенно не поддавалась яростному натиску. Учительница биологии, стеная, сползла на пол и уткнулась головой в косяк.
     Михон подождал, пока этот демарш окончится, и уже спокойнее продолжил:
     - Это был член Петруччо. Он сказал, что это, своего рода, тест, через который должен пройти каждый из претендентов.
     - И ты прошел? - со скрытым возбуждением пробурчал Сашка.
     - А как же! Это я потом понял, что тогда сделал. Но в тот день мне это: меня это: заинтересовало, что ли. Так заинтересовало, что я был ужасно недоволен, когда в дверь позвонил мой брат, вернувшийся из школы. Петруччо, конечно же, взял с меня слово о неразглашении. И до сих пор я хранил это слово.
     - И тебе не стыдно? - Анна Евгеньевна повернула к Михону свое уставшее лицо сорокалетней женщины.
     - Мне стыдно, что я нарушил слово, - отчеканил Михон и вновь отвернулся к окну.
     - Меньше половины! - воскликнул Игаша. - В часах совсем чуть-чуть песку осталась!


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: