 |
| |
| | Смотрит она мне в глаза - и я смотрю, и глаза у обоих хитрющие и выражение на мордах - протокольнее некуда. И улыбки ползут до ушей, хоть завязочки пришей. А в голове хмель и полное раскрепощение - почему бы, думаю, за коленки её не подержаться? Ну и ладони положил. О! - говорит Наташка - а поцеловать? А мне море по колено - легко, говорю, тем более - давно хотел. Ну и целую - не наглея (муж её таки рядом сидит и с моей женой о чём-то шепчется заговорщицки, змей). - Не - говорит Наташа - так не пойдёт. Даже не обслюнявил. Давай ещё. Внимание - вторая попытка! Ну, все смотрят, естественно, а мне пофиг - типа спорт, показательные выступления, значит можно. Беру её руками и целую как следует - с языком и с удовольствием. И руками совершенно естественно по доступным местам оглаживаю. И как-то вдруг понимаю, что ни фига это не спорт и не театр, а целую я молодую горячую женщину, почти обнажённую, и хочу её совершенно всерьёз. И она не просто так вид делает, а вправду тащится и возбуждена не меньше, да и вообще возбуждение по комнате витает. Третья парочка уже и вовсе под одежду (вернее, то, что её заменяет) забрались, но им-то пофиг, они муж с женой, а нам что? Хочется, блин, и колется - половинки-то наши не где-нибудь, а вот они. Тоже блин целуются, и поди в полутьме разбери, ради хохмы, нам назло или тоже всерьёз. Но тут Наташка не растерялась - она вообще временами вполне брутальна, и чем больше смущается - тем брутальнее. "- Игоряша, вы там как, всерьёз или надолго?" - осведомилась она вроде бы у мужа, но дёргая за край полотенца, пока ещё прикрывающего фигуру моей жены - или вам и без нас хорошо? Муж ответил "Нам по-всякому хорошо" - но она не собиралась на этом останавливаться. - Неэстетично, в полотенца завернулись, в уголок спрятались, никакой эротики! Вылезайте, и чего мы на стульях каких-то кривых, диван есть, подвинутся. "Подвинутся" относилось к уже расположившимся там хозяевам квартиры. Парень был явно не прочь повеселиться, а девушка стеснялась посторонних - хоть и друзья, но как-то трахаться при друг друге у нас заведено не было. - А сама-то чего? Осведомился не менее бойкий на язык муж. - Всё вам покажи да научи - словно дожидаясь этих слов Наташа отогнула край полотенца, открывая грудь. Ух, как мне захотелось немедля за неё схватиться - но куда более реакции её мужа меня занимала реакция моей жены. Однако она игру охотно поддержала - "Наш ответ Керзону" - провозгласила она и выставила под сумеречное освещение обе. Грудь у Наташки, конечно, покрупнее, но форма интереснее у моей Ленки - ровный грушевидный профиль с задорно торчащими сосками. По виду их я понял, что она тоже от возбуждения только что не подпрыгивает и позволил наконец себе расслабиться - переместить-таки застрявшую на махровополотенечной талии ладонь на Наташкино великолепие. Игорь от моего примера отставать и не думал и тоже сграбастал Ленку поближе. Ошалев от этакой наглости Светка перестала упираться, и Санёк тоже перешёл "ближе к телу", а так как раздумывать ему было особо нечего и жену свою он знал, они быстренько нас догнали и перегнали и с их стороны послышались "шум, вздохи и ропот поцелуев", как писал о подобном событии Лермонтов. Я тем временем успел высвободить вторую Наташкину грудь, поцеловать их по разу, впитывая непривычность ощущений, забраться вдоль бёдер к уже не махровополотенечной талии, хотя и с соблюдением последних приличий - не срывая пресловутые покровы полностью. Однако раз сорвав стопор, Светка на полпути не остановилась и обернувшись на её стон я увидел, как она уже вовсю скачет, усевшись на уложенного поперёк дивана Санька. Столь воодушевляющий пример не оставил нас безучастными, я поднялся на ноги и поднял Наташу, стряхивая с неё размотавшееся полотенце. Её кожа показалась мне прохладной, её объятия были жаркими, а ощущаемый ладонями упругоподвижный изгиб места, где спина уже не спина, но и попа ещё не попа, и вовсе помутил разум. Как мы оказались на диване - не помню. Вот просто не помню и всё. Да какая нафиг разница? Наташа лежала передо мной, белая в сером свете фонарей из окна, с высоко вздымающейся грудью, роскошными бёдрами, чёрным треугольничком волос на соответствующем месте. Я замер, не зная, с какой стороны подступиться к этому торту. Но она ждать не собиралась, взяла меня за руки и потянула на себя, прогибаясь назад. Я едва не свалился на неё, лёг, раздвигая её ноги, не замечая ничего рядом с собой - ни скачущую Светку, ни подозрительно (хотя какие подозрения, всё с ними ясно) притихших Игоря с Леной, коротким движением отмахнулся от своего полотенца, удержавшегося до сих пор лишь потому, что ему было за что зацепиться - за столбом стоящий член. Наташка была уже влажная и я вошёл сразу, как только добрался. Она вздрогнула, кажется, только сейчас окончательно сообразив, что происходит, что я не Игорь и всё уже началось, но остановиться не могла ни она, ни я - мы сплелись и задвигались. Одна её рука так и осталась в моей, и вторую руку я тоже захватил, как бы растягивая её под собой, а свободной правой то гладил её грудь, то пробегал вдоль извивающегося бока к бедру и колену. Она начала постанывать, потом стонать в голос, потом вдруг вытянулась ещё больше и обхватила меня ногами. Кажется, не прошло и минуты, как её встряхнуло от первого оргазма. Я несколько подзадержался - вино по-разному действует на мужчин и женщин - и даже начал вновь осознавать действительность. Рядом со мной сквозь рассыпавшиеся волосы торчало плечо Светы, и я не удержался от желания поцеловать и погладить его, но Света мой порыв не поддержала, похоже, её стеснительность вновь вернулась. С другой стороны молча, закрыв глаза, лежала моя Ленка. Игорь брал её сзади, уложив грудью на диван. От факта что вот так незатейливо трахают мою жену я почувствовал новый прилив возбуждения и немедленно кончил, прижимая к себе Наташу и уткнувшись носом в её пряно пахнущую свежим потом подмышку. Мы ещё несколько раз поцеловались, вкусно и с удовольствием, но уже без огня - ведь любви между нами не было, а страсть гаснет так же внезапно и быстро, как и загорается. | | |
| |
|
| |
| | Восхищенному взгляду заведённого мужа предстали нежные налитые груди с небольшими напряженными сосочками, словно манящие к себе. Они торчали вперёд ровными конусами с округлыми пиками, выделяясь на белоснежном фоне роскошного бюста. Словно видя её в первый раз в таком виде, Роман стал осыпать горячими поцелуями лицо, шею жены, опускаясь все ниже к груди, пока его рот не оказался на уровне сосков. Стон наслаждения вырвался с уст возбуждённой супруги, когда язычок стал поочерёдно кружить вокруг твёрдых бусинок, периодически проваливаясь в глубокой ложбинке, а его руки забрались под трусики, и с силой сжали пропотевшие ягодички. Ладони Романа стали жадно блуждать по накаченной попке, то разводя по сторонам эти пышные булочки, то сжимая их между собой и шоркая, друг об дружку. Наигравшись, его пальчики сдвинули трусики с ягодиц, и покружив у жаркого ануса, опустились ещё ниже к главному источнику удовольствия. | | |
| |
|
| |
| | Я до конца доставал член и тут же всаживал его обратно до конца. Дырка моего друга, раздроченная моим членом, сейчас напоминала туннель. Я видел, что она теперь уже не закрывается, когда я достаю свой член. Теперь она по-настоящему была дыркой, открытой для моего члена. Она не собиралась закрываться, потому что ждала, когда мой член снова и снова будет входить в неё. Она была ненасытной черепашкой. Я всячески старался сдерживать себя и пока не кончать, пусть моя черепашка насытиться вдоволь. Я несколько раз сдерживал оргазм. Мой друг теперь стонал все громче и громче. Да, определённо это ему доставляло огромное удовольствие. Прошло наверно уже две минуты, и я уже больше не мог сдерживать оргазм. Я засунул член до конца и кончил в попку. Вдруг я почувствовал, что его дырка начала пульсировать и увидел, как на диван льётся сперма из его члена. И в это же время я кончал ему в попку. О Господи, это было нечто. Это был кайф в высшей степени! После того, как мой член перестал пулять залпами спермы, я вытащил его из попки моего друга. Мой друг сразу же рухнул на спину и закрыл глаза. Я лёг рядом. Потом он прошептал: <Это было супер!>. | | |
| |
|
| |
| | Затем пристроился сзади и стал ебать пьяную мразь в пизду. Амплитуда движений туда-сюда вызвала у ёбанной шлюхи новый приступ рвоты. Я её ебал, а она блевала, размазывая блевотину по краям унитаза и с боков от него. Затем я передвинул её головой к бассейну, а сам ткнул хуем в жопу, очень медленно и наглядно, чтобы с расстояния можно было понатно, что я делаю. Мразь немедленно сблевала в пузырьки джакузи. Поебав ещё немного, я кончил. Оргазм был посредственный, и поэтому я воткнул пустую бутылку из-под вина в то место, где только что был мой хуй, и потыкал её некоторое время этой бутылкой. Пьяница в это время окончательно вырубилась, упала набок возле унитаза, где её снова стошнило. Так она и лежала... на боку, в собственной блевотине с торчащей из жопы бутылкой. Мне захотелось запечатлеть эту картинку на память, для чего пришлось совершить вояж по дому в поисках фотоаппарата. На втором этаже обнаружился кабинет, в котором были компьютер и мониторы, там же нашёлся "Полароид" с целой заряженной кассетой самопроявляющихся снимков. Пока я делал снимки, спящая шлюха начала мочиться. Чарующая картина. Любитель "золотого дождя" скажет... "прекрасная", нелюбитель скажет... " отвратительная". Я же чувствовал себя как режиссёр, создатель шедевра. Эстетический аспект мне явно удался, но меня крайне заботила техническая сторона моего творения. Я сходил наверх и просмотрел на мониторе отснятый видеоматериал. Получилось недурно, хотя явно сказывался недостаток крупных планов. Взяв кассету с записью на память, ещё не решив, показывать ли её хозяйке дома, я оставил пустой "Полароид" прямо на унитазе и уехал домой на такси. На следующий день она позвонила мне и сообщила, что ничего не помнит, но что бы это ни было, она будет рада обменять кассету и фотографии на что-нибудь, что мне надо. Я поведал ей о плохом состоянии своего старенького Форда "Бронко" и что остро нуждаюсь в пяти тысячах, потому что только что присмотрел очень приличную замену. Ещё через день она передала мне конверт с пятью штуками, взамен получив доказательства своего распутства. Она и по сей день работает в том же ресторане, а меня давно уже занесло в другое казино. | | |
| |
|
Рассказ №11200
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 13/12/2009
Прочитано раз: 29996 (за неделю: 24)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Может быть... Потом мы стали мерять мой... Петруччо сказал, что мой член вполне достоин того, чтобы участвовать в конкурсе. Он вытащил фотоаппарат и сфотографировал меня... ну, без трусов... Потом он спросил, умею ли я хранить взрослые тайны. Конечно же, я был сама могила... Он показал мне фотографии мальчиков, которые тоже, по его словам, претендовали на участие в конкурсе. И там я увидел знакомого пацана. Мы с ним отдыхали в загородном пионерском лагере. Почему-то это меня успокоило, и я поверил в честность намерений Петруччо. Перебирая фотки, я наткнулся на такую, где один мальчик держит во рту:..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
2.
- Я не совсем помню, - медленно начал Сашка, глядя себе под ноги. - Зато я точно помню, что любовью там и не пахло. Это было в детском саду. Мне просто очень хотелось увидеть, как: как устроены девчонки: Они все так прятали!
- Еще бы! - сально хмыкнул Игаша.
- Да, вот так, - Сашка поправил складки на юбке совершенно по-женски. - Я предложил одной девочке встретиться со мной в укромном месте и показать друг другу: Почему-то я был уверен, что мое достоинство ее очень заинтересует! . . Да: Укромное место оказалось аллеей к заброшенным воротам. Высоченные тополя, совсем засыпавшие дорожку листьями, казались колоннами. Я почему-то думал, что это романтическое место. Там меня охватывала особая дрожь возбуждения. Особенно в ожидании голого тела.
Анна Евгеньевна возмущенно задрала брови, глядя на непонятного паренька, переодетого в женскую одежду, но потом с облегчением поняла, что не она первая переступила грань. Слушать становилось интереснее.
- Она не пришла, - коротко подытожил Сашка.
- Не пришла? - разочарованно переспросил Игаша. Ну совсем, как ребенок, которому не дали обещанную конфетку.
- Нет, - усмехнулся Сашка, взглянув на обиженное лицо напротив. - Не пришла. Наверное, это была моя вина - я не сумел ее как следует увлечь. И теперь я боялся только одного. Я боялся, что она расскажет обо всем подружкам. Все девчонки - болтушки!
- Все: - загадочно повторила Маринка, прикусив щеку.
- Мне так кажется, - ответил Сашка, словно извиняясь. - Я чувствовал себя очень одиноко. Такой маленький мальчик под такими высокими деревьями. Я ощущал их силу, их превосходство надо мной: К тому же, небо потемнело, приближался дождь: захотелось уюта: казалось, что все были так далеко: Я бросился со всех ног к тому месту, где детей скликала воспитательница. Оказывается, нас еще ждал вечерний концерт, а я совсем про него забыл!
- Все? - с ехидцей поинтересовалась Анна Евгеньевна.
- Про детский сад? - Сашка устало облокотился на стену и его груди шевельнулись под рубашкой. - Почти. На том концерте одна из воспитательниц сидела на сцене. А я находился прямо напротив нее. Она сидела: ну, немного раздвинув ноги. Немного, но мне было достаточно, чтобы я увидел:
- Она была без колготок? - Игаша возбужденно наклонился вперед. Михон недовольно отодвинулся.
- В колготках. - Сашка ощущал себя опытным солдатом, вернувшимся из страшного боя живым и невредимым. - В черных таких колготках. Тогда это была большая редкость. И юбка ее была: Словом, я впервые увидел, что между ног взрослой женщины торчат волосы. У меня было не очень хорошее зрение, но я сидел на первом ряду и мне все было видно.
- Она была без трусов? - вновь неугомонный Игаша.
- Без трусов? . . Вряд ли. Но если трусы на ней и были, то они были: ну, прозрачные, что ли: Словом, я видел волосню взрослой женщины! - сердито закончил Сашка.
Все опять помолчали.
- Потом она перехватила мой взгляд и сомкнула ноги, - продолжил сторож внезапно. - После этого я пристрастился снимать свои трусы во время тихого часа, в кровати. Никто этого не видел, я делал все аккуратно. Я снимал их, засовывал под подушку и тихо млел от того, что я без трусов, а никто про это не знает. Потом я стал смотреть, как спит моя соседка напротив, Ирка Парамонова. Именно в то время, по-моему, я и начал заниматься онанизмом:
- Онанизмом: - Анна Евгеньевна словно выплюнула это слово.
- Мне было лет пять, - подытожил Сашка и посмотрел на часы. Кучка песка стала заметно больше.
Все оживились. Всем хотелось поскорее уйти. Надо только было сдать экзамен.
3. .
- А меня совратил двоюродный брат, - негромко сказала Маринка и все замолчали, повернув головы к девушке.
Она недоуменно покосилась на всех, словно не понимая, чего от нее хотят. Воцарилась тишина.
- Двоюродный брат, - вкрадчиво напомнил Игаша. Глаза у него были мутные.
- Да: Двоюродный брат. - Маринка с трудом подбирала слова. - Отвернитесь, блин! Я не могу так!
Довольный Игаша тут же повернулся спиной к девушке. Сашка пожал плечами и тоже уставился в стенку. Михон и так уже отвернулся от всей компании - его мутило от таких рассказов. Анна Евгеньевна отворачиваться не стала.
- Двоюродный брат, - вновь тихонько подсказал Игаша.
- Я помню! - огрызнулась Маринка. - Двоюродный брат. Звали его Мишка.
Михон вздрогнул.
- Он был старше меня и любил приходить к нам в гости. Ему нравились наши книги. У нас было очень много книг - красивых, хорошо изданных, модных тогда: Мы сами их почти не читали. Но иметь полное собрание сочинений считалось тогда престижным. И вот однажды его попросили посидеть со мной. Мне было тогда лет пять:
- Боже: - покачала головой Анна Евгеньевна.
- Все так, - уныло продолжала девушка. - Я тогда не знала, для чего он меня раздевал. Говорил, что мы будем играть в показ мод. Мне это очень понравилось. Потом: я не помню как: мы с ним оказались на кровати, под одеялом: Он попросил меня снять трусы: А потом принялся елозить по мне: Мне было любопытно, жарко и:
- И он тебя: ? - в ужасе выдохнула учительница.
- Нет, - слабо улыбнулась Маринка. - Ему-то было лет десять, и он, я так думаю, не был особенно опытным: так, повалялись на кровати: он потрогал меня, а потом:
- А потом? - спиной поинтересовался Игаша.
- А потом пришли родители, - мстительно ответила девушка. - Мои и его. И ему пришлось слезть с меня, предварительно взяв с меня слово, что я никому ничего не скажу.
- И ты не сказала? - спросил Сашка, непроизвольно поглаживая напрягшийся сосок левой груди.
- Я не помню, - сощурилась Маринка. - Но никаких последствий не было - никто не ругался, не ссорился: В общем, все обошлось!
- Повернуться можно? - мрачно пробасил Мишка.
- Можно.
Маринка покосилась на часы. Как бы то ни было, она внесла свою лепту. И теперь ждала следующего рассказа.
4. .
- Теперь ты! - локтем подтолкнул Михона Игаша.
Михон встал со своего места и подошел к окну. Соседство Игаши он выносить более не мог.
За занавеской царила ночь, казавшаяся особенно непроглядной за пыльным стеклом с двумя дохлыми мухами. Внезапная духота заставила парня расстегнуть воротник рубашки в крупную клетку.
- А у меня все началось из-за ключей.
Натренированный на репетициях голос не подвел, и Михон очень тому порадовался.
- Из-за ключей? - переспросил Игаша.
- Ага, Игаша. Из-за ключей. В тот день я пришел из школы и, пошарив по карманам, понял, что ключи мои - за крашеной дверью, перед которой я стоял, как дурак. Так же, по-дурацки, я однажды застрял у почтовых ящиков. Я всегда проверял, есть ли газеты в ящике, просунув палец в одну из шести дырок в дверце. А в тот раз я засунул не тот палец и не смог его вытащить.
- Не тот палец, - Сашка горько улыбнулся метафоре.
- Да, все наши проблемы часто начинаются из-за того, что мы суем не туда не тот палец. - Михон говорил увернно, словно стоя на сцене. Его режиссер мог бы им гордиться. - И мне пришлось простоять в таком положении, с пальцем в ящике какое-то время, пока, наконец, до меня не дошло, что помощи мне ждать неоткуда. Ценой весьма болезненных ощущений и содранной кожи, я освободился. И тогда я себя почувствовал победителем. Я смог. Я сделал это!
- А ключи? - тихонько напомнила Маринка.
- Ключи? - Михон потерял былую уверенность. Но отступать было некуда. Стеклянные колбочки песочных часов напоминали знак бесконечности, вставший на дыбы. - Ключи я в тот день оставил дома. Родители были на работе. Брат учился на три урока больше, чем я. И меня ждала не очень приятная перспектива ожидания на лестничной клетке в течение полутора часов. И тут снизу хлопнула дверь в подъезде, и скоро к нам на пятый этаж поднялся наш сосед. Его звали Петя, но моя мама называла его Петруччо.
- Петруччо! - фыркнул Игаша. За ним засмеялись Маринка и Сашка. Криво улыбнулась бледная Анна Евгеньевна.
- Да, так, - Михон тоже хмыкнул. - Он увидел мое: м-м, затруднение, и радушно предложил переждать у него дома. Я согласился, предварительно написав записку брату и вложив ее в замочную скважину. Дома у соседа было очень интересно. Огромные напольные часы, большие аквариумы с сотнями маленьких рыбок, ковры и цветной телевизор:
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
