 |
 |
 |  | Я уже остался в трусах, она сосем голая меня обнимала и стягивала их; Я увидел крадущуюся тень, и понял, что сейчас надо начинать контролировать её положение относительно двери. Дима осторожно подошел, и заглянул. Наши глаза встретились. Он улыбнулся. Я засосал его сестричку, стоящую спиной к двери, и раздвинул её ягодички. Парню показалась узенькая розово-коричневая звёздочка сестры с промежностью и проступающими половыми губками. Пальчиком я начал подниматься от бедра вверх, и остановился на промежности. Она застонала, и я глядя на её брата, вонзил пальчик в её пизденку. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Суфлер довольно свободно уже крутил чуть ли не кулаком во влагалище, а Наташкино мычание как-то изменилось. Я не заметил кто и когда ее положил, но возле дивана была спортивная сумка, в которую с задумчивым лицом и полез Ванек, отпустив на минуту Наташкины ягодицы. Достав из сумки тюбик с гелем, он полил пятерню суфлера и опять взялся за задницу Наташки, раздвинув ягодицы до предела. Я уже понял, что они задумали и мне стало страшно. Пятый палец потихоньку тоже оказался во влагалище и сложив пальцы "клювом" суфлер на этот раз уже аккуратно начал вращательно-поступательные движения рукой. Звуковик, чтобы очередной раз не кончить раньше времени перестал засаживать член в голотку и несколько поумерил темп, но голову не отпустил. Раздались чмокающие звуки - Наташка сосала ... уже сама. Отметив это, опять сосредоточился на ?фистинге? моей подруги. Мало помалу дело продвигалось, Наташка уже громко стонала - так громко, как никогда, но явно не от боли, а пятерня здорового мужика уже входила до костяшек. Неожиданно сделав пару быстрых вращательных движений, суфлер замер. Костяшки прошли внутрь. Мне чуть не стало дурно от этого вида, а глаза буквально вылезали из орбит. Немного подождав суфлер начал поступательные движения кулака и постепенно короткими толчками ввел кисть внутрь. Наташка перешла на крик и задергалась. Звуковик вытащил член изо рта. С него свисала капля спермы и отодвинувшись в сторону аккуратно положил Наташку грудью на диван. Суфлер с Ванькой не вынимая кулака из промежности аккуратно поставили Наташкины колени на сидение и суфлер продолжил, капнув еще смазки. Постепенно он разошелся до приличной амплитуды. Его рука плотно обхваченная губками уходила уже сантиметров на 10 от начала кисти. Наташка не переставая стонать иногда от боли, но в основном от удовольствия ездила грудью по дивану периодически упираясь головой в спинку. Через какое-то время она опять бурно кончила переходя на абсолютно дикий крик. Немного подождав, суфлер начал вытаскивать руку из ее дыры. По другому это было уже не назвать. Наташка без сил опрокинулась на диван. Только тут я вспомнил, что нахожусь в пределах ее видимости. К счастью она закрыла глаза еще во время оргазма, а опрокинувшись на диван, повернула лицо к спинке и похоже отключилась. Я вышел из номера и пришел в себя только ударившись носом в стеклянную дверь в коридоре. Не помню как я добрался до дому, как достал бутылку и залпом выпил грамм 200 водки, как увалился на кровать. Проснулся я от какой-то возни в спальне - Наташка и чуть было не спросил как она себя чувствует после такого трахания. Прикусив язык спросил, почему так поздно (на часах было 2 ночи) и получив ответ, что пройти кастинг - не такое простое дело, вырубился. Проснувшись ближе к обеду, услышал шум в душе и тихонько заглянув туда, увидел Наташку стоящую ко мне спиной и потирающую синяки на заднице и видимо рассматривающую свою грудь. Я подошел и спросил, что с ней случилось. На что получил ответ: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Из стремительно слипающейся вагины выдавливается сперма, и заботливая мать быстро вводит внутрь большой палец, энергично растягивая и разминая влагалище - все для того, чтобы ему проще было принять крупного брата. Она вынимает палец, и погружает его в рот дочери, а на его место уже втискивается толстенький красавец. Старший брат входит в сестру значительно легче, чем до этого входил младший - очевидно мама хорошо знает, как с утра заботиться о своих детях. Пелеринка на лице сестрички сбилась и становится видно, как та сначала самозабвенно сосет материнский палец, а когда мать забирает его - кусает алые губки. Ее ножки уже растянуты матерью почти что в шпагат, и старший брат беспрепятственно накачивает хрупкое тельце еще не очень желанным, почти болезненным блаженством. Видно, что сестричке одновременно и неприятно, почти больно, и очень сладко) . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | В этот день нужда пристала,
|  |  |
| |
|
Рассказ №11238
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 29/09/2024
Прочитано раз: 38999 (за неделю: 7)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Рыжий наворачивал какое-то месиво из мяса и овощей и довольно на меня посматривал. Я из принципа отказался пробовать это блюдо, о чем теперь жалел, пахло оно одуряющее, даже перебивало запах вожделенного кофе...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Куда ты меня тащишь? - Я отчаянно старался подавить зевок и при этом не оступиться - узкую тропинку окаймляло самое настоящее рыже-зеленое болото, очень похожее на похмельного Уизли.
За всю ночь мы с рыжим так и не нашли времени поспать, и теперь хочется свернуться клубочком под невесомым пуховым одеялом, а не тащиться в неведомые дали. Рыжий же сегодня утром, несмотря на круги под глазами, отвратительно радостный, и от этого мое настроение становится еще гаже.
- Есть, пить, гулять, - лаконично ответил Уизли и уткнулся носом в какой-то мятый пергамент, не отпуская при этом моей руки.
- Ты же только что ел, монстр ненасытный! - ужаснулся я и покраснел, чувствуя, как урчит мой собственный желудок.
И этот предатель туда же! Теперь что, все мои органы будут реагировать на любые слова рыжего так же верноподданнически бурно? Я бы еще понял член - уж его за эту ночь со страстью и выдумкой обласкали не единожды, а желудок-то при чем?
Хотя и его рыжий умаслить успел: с утра уменьшенную корзинку для пикников вынул из кармана, увеличил и сноровисто накрыл на стол, заботливый мой. Подозреваю, правда, что заботился он, прежде всего, о собственной утробе, но все равно приятно. Я так хотел есть, что даже не съязвил о карьере домового эльфа, к которой у Уизли, видимо, наследственная склонность.
Обычно за завтраком я съедаю пару тостов с маслом и джемом и апельсин, до обеда хватает. Сегодня же пришлось жевать и бутерброды с беконом, и копченую рыбу и даже мясной пирог - рыжий смотрел так умоляюще, не забывая, впрочем, очищать собственную тарелку, что отказаться сил не хватило. И вот после всего этого я все еще, оказывается, голоден! Плохо Уизли на меня влияет, ой как плохо. А кофе, между прочим, в его корзинке не было! А я без кофе не могу!
- Здесь вкусно готовят - по-домашнему, я пробовал, - улыбается рыжий, - и порции большие.
Плебей. Как есть плебей. Бывают чистокровные плебеи?
- Кофе здесь подают? Имей ввиду, еще час без кофе, и я невербально уничтожу первого встречного, а ты сильно рискуешь стать этим встречным. Здесь кроме нас на сотню миль вокруг никого нет. Почему мы не аппарируем? - даже мое нытье не уменьшает радости Уизли.
- Да тут пройти до деревни всего ничего осталось. Там красиво и тебе понравится. А потом уже и аппарировать будем. Там и сову можно отправить, - рыжий наивно считает себя искусителем, а у самого голос подрагивает, до того хочется меня порадовать, - тебе же надо домой сообщить, что ты задержишься?
- Хм, Уизли, моя мать, в отличие от твоей, не считает возможным вмешиваться в дела взрослого сына.
- А все равно, сову отправить надо, - рыжий разворачивается и строго глядит мне в глаза, - и ты отправишь! Нельзя мать заставлять волноваться!
Я выдергиваю руку, оттесняю его плечом и иду вперед. То-то матушка удивится, получив сову! Еще вчера, когда я решил дождаться рыжего, я поговорил с матерью с помощью двустороннего зеркала. Она хоть и любит повторять, что "у молодых джентльменов свои потребности, не думай обо мне, Драко" , а все равно очень переживает, если не может со мной связаться - еще одно последствие войны. Так что каждый вечер я сообщаю ей, во сколько вернусь и вернусь ли вообще до утра. И мне плевать, как это может выглядеть со стороны! Все равно никто не узнает.
Собственно, я стараюсь всегда ночевать в меноре. Даже наши встречи с Уизли этому правилу не помеха. Мы всего-то два раза проводили вместе целую ночь: после того достопамятного приема в министерстве и вот сейчас.
Рыжий буквально вытрахал из меня обещание провести с ним весь уикенд, наверное, в этом и кроется причина его подозрительной с утра радости. Кстати, этого-то мать еще не знает, вот и будет о чем в письме написать. Не о том, конечно, что я трахаюсь с Уизли, а о том, что впервые за два года проведу выходные вне дома. Интересно, а со своим Уизли как объяснятся намерен?
- Да, Уизли, сочувствую тебе, я-то одну сову отправлю, а ты сколько? Штук десять? Не разоришься?
- А я уже все устроил, - рыжий снова собственнически хватает меня за руку, я не протестую, - меня до понедельника Гарри прикроет.
- Поттер?! - я снова выдергиваю руку, чтобы удобнее было пристукнуть наглого, невесть что о себе возомнившего, болвана, - ты что рассказал ему о нас?!
- Я что дурак? - рыжий стремительно краснеет. Ему идет.
Моргана-повелительница! Я засматриваюсь на парня! Это гораздо хуже того, что я с ним сплю.
- Еще какой!
- Да если бы Гарри узнал правду, он бы меня запер в каком-нибудь подвале и не выпускал, пока я снова нормальным не стал бы.
- Поверь, нормальность тебе не грозит ни в коем случае, - я немного успокаиваюсь.
Да, мы оба ненормальные. Вот опять рыжий тянет меня вперед по этой надоевшей тропинке. Даже отвечать не стал. Наверное, среди магического сообщества таких как мы, кто бы позволил себе секс с существом одного с собой пола, совсем мало. По крайней мере, я не знаю ни одного ныне живущего мага, про которого можно было бы точно сказать, что он исповедует нетрадиционную ориентацию. Слухи-то ходят, конечно, взять хоть тот же скандал с Дамблдором, но слухам доверять нельзя. Впрочем, мне и не нужны подобные знакомства, они только испортят репутацию. Но как же быть-то? Я привык перед каждым новым незнакомым делом справляться в книгах о технологии процесса. А тут книг никаких нет. Вроде бы все понятно и так, но на практике что-то не то выходит.
Рыжий довел меня губами и языком до самого сумасшедшего оргазма, какой я когда-либо испытывал, и кончил, вжимаясь мне в бедра. Кажется, мы оба ненадолго выпали из реальности. Очнулся я от того, что рыжий одной рукой, снова поглаживал мне член, а пальцами другой щекотал нежную кожу в расщелине между ягодицами.
- Драко, давай, а? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! - бормотал он, пытаясь втереться в мою голень членом, - я так хочу! Давай, а?
Я дернул ногой и спихнул рыжего с себя, мы лежали в уж очень неудобной позе, но его это не остановило.
- Драко, - рыжий облапал мои ягодицы и склонил к ним голову, - такой красивый, и вкусный! Ты будто сливочное мороженное. Хочешь, оближу тебя всего с ног до головы?
- Уизли, ты с кем сейчас разговариваешь, с моей задницей или со мной? - шепот рыжего щекотал не только кожу, но и нервы, по позвоночнику волнами прокатывалась дрожь.
И мне это все страшно не нравилось, потому что хотелось немедленно согласиться со всем, что бы рыжий не предлагал. Хорошо еще, что ему моего лица не было видно.
- Драко: я потом: я для тебя: слушай, ты потом сможешь сделать то же самое со мной! А твой член я неделю изо рта вынимать не буду! Давай! Не могу больше. Разреши мне:
Я вдруг отчетливо представил себе знакомую горячую тяжесть тела поверх меня, укусы-поцелуи в шею и то, как обжигающий член входит туда, вовнутрь, чтобы окончательно соединить нас. Еще чуть-чуть и я бы кончил только от этих мыслей и наглого развратного шепота рыжего. Мордред с ним, со всем миром! Согласиться? Да? Нет?
- Покраснел, - смешок рыжего еще больше меня распалил, потому что он наклонился ниже и теперь я чувствовал влажное дыхание в считанных миллиметрах от расщелины, - я и не знал, что ты тут тоже краснеешь. Драко, я умру прямо сейчас, и тебе не с кем будет трахаться. Ну? Ну, разреши! Разрешаешь?
- Да, - клянусь, что я не собирался этого говорить!
Рыжий яростно взревел и тут же оказался сверху, прижав меня к постели, я даже не успел сообразить, что наделал. А потом - жуткая, ни с чем не сравнимая боль. На кол меня раньше не сажали. Я заорал так, что, наверное, этот крик можно было услышать в Лондоне.
- Уй-дддди! Скотина! Слезь!
К чести рыжего, надо отметить, что он немедленно слез с меня и принялся вымаливать прощение. Он даже, в запале, ткнулся было поцеловать пострадавшее место, бормоча, что от поцелуев боль проходит, но я его пнул. Нечего тут! Это уж совсем извращенно. Зато я милостиво позволил рыжему сделать мне минет, а потом еще пару разиков позволил. Ох, и как же он старался!
Так, так, так, а вот вспоминать этого сейчас не стоит, тем более в красках. Тут даже дерева нет подходящего, чтобы притиснуть к нему рыжего. И, к тому же, он использовал мое беспомощное после оргазмов состояние, для того, чтобы заставить меня остаться на уикэнд. Я-то думал, что мы его проведем в постели, а он мне даже поспать не дал, мерзавец.
- Ну, вот мы и пришли, - рыжий, широко улыбаясь, указал мне на видневшиеся невдалеке дома, - сейчас поедим, сову отправим и аппарируем в Бларни.
- Куда? - что этот гриффиндорский идиот еще придумал?
- В Бларни, ну помнишь стишок, про бларнийский камень?
- Не помню, - сердито отозвался я, - кофе хочу.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|