 |
 |
 |  | Жена Андрея, иранка, приехала в Ригу всего несколько лет назад,
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ни говоря ни слова, она отошла к шкафу и стала искать что-то на полках. В ярости, забыв, что это бесполезно, я начал дёргаться в своих оковах, но они держали крепко. Она быстро вернулась ко мне, держа в руках кляп-сбрую. Я понял, что сейчас произойдёт, и попытался сесть спиной к стене, чтобы отбиваться ногами. Но она, опередив меня, повалила меня на спину, села мне на грудь и принялась втискивать шар кляпа мне в рот. Я корчился и извивался на кровати что было сил, отмахиваясь скованными руками, но сбросить её не мог - она сидела слишком близко к шее. Наконец ей удалось втиснуть кляп мне в рот, и она быстро застегнула его сзади. Я в бешенстве замычал и выгнулся на кровати так, что она едва не потеряла равновесие. Но всё-таки удержалась, и быстро застегнула все остальные пряжки одну за другой. Моя голова оказалась тесно обхвачена кожаными ремнями, не дававшими ни как следует раскрыть челюсть, ни выпихнуть шар кляпа языком. Затем она встала и вновь вернулась к шкафу. Оттуда послышался характерный звон цепей. Я потянулся к застёжкам кляпа, чтобы расстегнуть их, но успел справиться лишь с той, которая была на подбородке - она вернулась опять и, приковав к моим ногам новый кусок цепи, рывком притянула их к моей голове и закрепила другой конец цепи на кровати. Я оказался согнут пополам, но продолжал зачем-то орудовать над застёгнутым кляпом. Схватив меня за руки, она быстро открыла замок, сцеплявший их вместе - видимо, чтобы застегнуть его снова, но уже за моей спиной. На мгновение руки оказались свободны, и я с силой толкнул её в плечо. Но и это не помогло. После нескольких минут борьбы она всё-таки смогла завернуть мне руки за спину и сковать их там - я даже не знал, что она может быть такой сильной. Затем она снова застегнула пряжку кляпа, встала и, по-прежнему не говоря ни слова, вышла из комнаты, выключив свет. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я хочу почувствовать его у себя во рту. Я хочу ощутить кожу на твоей головке. Я хочу ощутить её своим языком, губами, нёбом. Я буду ласкать его так долго, как ты захочешь. Мне нравится твоя попка. Я хочу погладить и помять её. Я хочу вставить свой палец в твою дырочку, я знаю - она чистая и ждёт меня. Я знаю, как ты хочешь этого. Тебе ведь нравится, когда тебя туда трахают. Смотри, я раздвигаю ноги. Проведи рукой у меня между ног. Сильнее! Ты чувствуешь, как там мокро? Там мокро, потому что я хочу, чтобы ты меня трахнул, когда ты этого захочешь. Твой член встаёт и твердеет у меня во рту. Расслабься мой милый, мы никуда не спешим. Я хочу, чтобы ты запомнил меня и никогда не смог забыть. А теперь, иди ко мне. Смотри, я стою раком перед тобой. Я стою раком на твоей постели. Трахай меня. Я хочу, чтобы ты кончил в меня. Я хочу почувствовать твою тёплую сперму у себя внутри. Я хочу, чтобы ты был счастлив. В те мгновения, когда ты будешь счастлив, буду счастлива и я. |  |  |
| |
|
Рассказ №11366 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 08/02/2010
Прочитано раз: 35483 (за неделю: 37)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Щас! Идти. Мне второй раз надо! . . Да не бойся, не трону я сегодня больше твою жопку, - добавил Шестаков, поймав встревоженный взгляд мичмана. - В ротик возьмёшь, -добавил он, снова начиная поглаживать свой возбуждённый кол...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- Ух, хорошо! - Иван расслабленно развалился на тюках. - Умеешь ты, парень, мужику удовольствие доставить, как специально учился. И попкой обслужил, и в ротик взял... Для первого раза хорошо, отличная соска из тебя получилась... Ладно, можешь одеваться, - улыбнувшись, Шестаков встал, нашёл на полу свои штаны и быстро надел их.
Дольский тоже поднялся с колен. Перед тем, как выйти, Иван притянул к себе голого мичмана, обнял его, погладил по спинке и попке. Потом, поцеловав под ушком, прошептал:
- Пока твоя жопа не заживет, в рот тебя ебать буду. Чтобы каждый вечер после второй склянки ты был здесь. Иначе расскажу ребятам, и ты по кругу пойдёшь. Ясно? . . Не слышу!
- Ясно, - тихо ответил Михаил.
- Вот и умница!
Шлёпнув на последок мичмана по попке, Шестаков вышел, а Дольский трясущимися руками поднял с пола одежду и стал одеваться.
***
Каждый вечер примерно через час после ужина мичман спускался в трюм, где его уже ждал матрос Шестаков. Надо отдать тому должное - он не нарушил данного Михаилу обещания и дал ему возможность подлечить порванную попку: в течение следующих пяти вечеров Шестаков трахал своего мичмана только в рот. Решив, наконец, что его попа уже достаточно зажила, он стащил с кухни немного оливкового масла и со смазкой снова выебал его в очко. На этот раз Мише было уже не так больно. Но и не приятно. И прошла ещё неделя их ежевечерних свиданий, прежде чем он почувствовал удовольствие от анального секса. В первый раз это его безумно удивило. Но на следующий день повторилось то же самое, даже ещё приятнее было. В третий раз он решил не терять зря времени и стал во время сношения подрачивать себе член. И кончил под Шестаковым так, как никогда ещё не кончал!
- Ну, ты даёшь, мичман! - рассмеялся Иван. - Орёшь под мужиком, как баба!
А Дольский и вправду наслаждался их встречами, словно был бабой. Они стали ему так же необходимы, как и Шестакову. Одного ему только не доставало: Иван никогда не целовал его. Видимо, брезговал, считая шлюхой. А Мише так хотелось целоваться! По ночам, лежа в своём гамаке, он присасывался губами к своей собственной руке, воображая, что это губы Ивана. Во время секса он часто тянулся к его рту, но тот всегда отстранялся.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|