 |
| |
| | Обойдя в пустую ещё с десяток домов в Плетнёвке, деревня была небольшой. Удача улыбнулась нам только в последнем доме возле старой церкви без куполов и колокольни. Окна в небольшом бревенчатом домишке, были аккуратно забиты фанерой. Судя по всему хозяева рассчитывали сюда вернуться. Да и в самом доме когда мы его вскрыли с помощью монтировки, царил идеальный порядок. И прямо на терраске, прикрытый старым пальто. Стоял велосипед, тоже ещё советских времён с кожанным сиденьем на пружинах. Велосипед был мужским с прямой рамой и гнутым рулём, обмотанным синей изолентой. Он к нашей радости был на ходу с накачанными шинами и к нему в углу были запчасти. Пару камер, покрышка и цепь. | | |
| |
|
| |
| | Поскольку так называемая раздевалка была просто тряпка которой прикрывался угол то все три турка смотрели в ту сторону, где переодевалась моя жена. Я понимал то она стоит там голой и её разглядывают. Ната не открывая занавеса помахала пожилому турку рукой и тот в миг очутился за ширмой. И вот...!!! Я вижу обе пары ног стоящии друг перед другом почти вплотную, какието шевеления и снизу появилась попка жены. Новая волна возбуждения накрыла меня. Мне было ясно, что на данный момент моя жена сидит на корточках перед турком. А двое других так вылупились туда, что можно было вынести весь магазин и они бы наверно не заметили. Мне хотелось встать рядом и посмотреть, но я твёрдо боролся с собой и не хотел мешать жене. И вот через минут пять моя жена выходит из за ширмы уже в платье и напрямую ко мне. Один её хотел остановить но пожилой турок что то крикнул и жена с двумя пакетами вещей вышла ко мне на улицу. Я хотел её на месте отрахать, но нельзя. Ната взяв меня под руку потащила подальше от этих магазинчиков. | | |
| |
|
| |
| | Еще не было девяти часов, как уже все собрались и с нетерпением ждали продолжения рассказа доктора.
| | |
| |
|
| |
| | -Поработай-ка лучше на свою Хозяйку своим паршивым языком, думаю ртом и жопой ты работаешь лучше, чем руками. - Приказала Хозяйка Мальчику на ночь тот тихо всхлипывая стоял с красным выпоротым задом наделся что Хозяйка остановит прилюдный акт онанизма и разрешит ему наконец натянуть штаны на его отпоротый и болючий от ее порки красный зад, скрыв его от взгляда двух присутствовавших при порке и мастурбации девушек. Но в место этого Хозяйка приказывала ему встать на колени и заползти ей под юбку и отблагодарить ее за порку. Мальчику на ночь ничего не оставалось как опустился на колени с голой красной жопой и на коленях заползти под задранную юбку Хозяйке, трусов на ней не было и Мальчик на ночь, сначала по запаху поскольку Хозяйка явно не считала нужным подмыться, и нашел языком знакомую большую промежность Хозяйки, с которой его язычок был уже знаком и зажмурившись стал и стал у нее там вылизывать при этом на его глазах по-прежнему были слезы, но он уже успокаивался. Когда она кончила Мальчик на ночь поднялся с колен его губы и щеки покрытые румянцем стыда блестели от его слюны и выделений из пизды Хозяйки, а глаза уже почти высохли слез. | | |
| |
|
Рассказ №1253 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 19/01/2023
Прочитано раз: 39842 (за неделю: 12)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она затеяла уборку в доме. Мытье полов я должна была осуществить "особым способом". Рукоять швабры я вставила в свой задний проход и, аккуратно перемещаясь на четвереньках, волокла за собой тряпку. Госпожа долго забавлялась, наблюдая за моими неуклюжими попытками, потом убедилась в моей неспособности аккуратно прибраться этим способом и предложила закончить уборку как обычно...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Наутро Господин пинком разбудил меня и вытащил кляп. Носком ноги он пододвинул к моему лицу миску с едой. Когда я насытилась вслепую, кляп вставили на место. Я была неряшлива во время еды и это вызвало дополнительное неудовольствие. Меня не сочли достойной даже прикосновения! Это стало горчайшим разочарованием за все время рабства:
Только ко времени обеда Госпожа сменила гнев на милость. Она развязала меня, вняв неприятным звукам, которыми я нарушила ее покой. Одним решительным жестом Госпожа ослабила поршень и выдернула резиновую грушу из моей распухшей дырочки. Мучительная боль стала мне лучшей наградой! Несмотря на ее интенсивность, я смогла сдержать визг, который мог бы потревожить Госпожу. Туалетные процедуры я совершила с огромным трудом, но восхитительное ощущение, оставленное затычкой после изъятия, с избытком восполняло все неудобства.
Чтобы выразить свою благодарность, я, не имея позволения на какие-то иные знаки, постаралась в тот день с обедом. Госпожа изволила отметить мое мастерство, хотя по-прежнему не собиралась причинять мне боль. Она даже не выпорола меня, показав, что не верит в мое полное исправление. Зато кожаные ремни и наручники все еще были туго затянуты. Проверив их прочность, Госпожа дала мне лучшее доказательство своего доверия, накинув на мою спину седло и продев в рот уздечку. Для перемещений по дому я вновь стала ее лошадкой. Тяжесть, ломавшая мою спину, была прекрасна! Я понимала, что не могу претендовать на высшее блаженство - чувствовать попку Госпожи на своей грязной спине. Однако давление седла тоже оказалось достаточным. Я несколько раз кончила, возя Госпожу на себе, и удостоилась сильных понуканий уздечкой.
У меня на губах выступила кровь, когда поездки закончились. Теперь следовало вернуться к работе по дому. Полы в прихожей давно не мылись, и Госпожа сочла, что мой язык исполнит эту задачу лучше всякой швабры. Я старалась как могла, но капельки крови с верхней губы - вот ужас! - запачкали то место, где я только что провела языком. Госпожа, наблюдавшая за моей работой, окончательно разочаровалась в моих способностях. И как я ее понимала! Я готова была умереть, только бы загладить ошибку.
Но увы - этой возможности не представилось. Госпожа завязала мне глаза, в молчании отвела в одну из комнат и связала так, как было описано в самом начале. И вот, неподвижная, лишенная возможности молить о прощении и наказании (что есть одно и то же), я лежу и жду. Хозяин пришел с работы и, кажется, ушел. А я впала в какой-то ступор. Одна и та же мысль до изнеможения вгрызается в мозг: ведь меня по-настоящему не наказывали уже несколько дней! Неужели все настолько плохо? Неужели я неисправима и не заслуживаю усилий? Ведь все последние "пытки" носили отпечаток презрения, пощады! А для моего обращения нужны жесточайшие меры; мои мудрые Господа об этом знают! Неужели они возились со мной только из жалости, разочаровавшись в успехе? Я не имею права ни на что; моя воля не имеет значения. Но рабыне необходима сверхординарная строгость. И я рыдаю в ужасе: нет, еще одной порции жалости мне не вынести! Я боюсь щадящих ударов...
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
