Рассказ №14273

     Глава 4. В отделении.
     
     Засаленный мент подошел к старшине... "Машков, мы всех обыскали. Нашли пакетик анаши"
     "Ладно, этого достаточно, чтобы забрать их, Румов" , ответил старшина. "Ты и Карбов остаетесь здесь, пока не приедет эвакуатор для микроавтобуса. Ольга, берешь троих в свою машину" - он указала на Павла, Женю и Мишу. "Я возьму еще троих и женщину". Так что я поехал в ИВС вместе с мамой, Димой и Ромой.
     Мы подошли к машине старшины. "Женщина садится спереди" , приказал Машков. Толпа продолжала наблюдать, как мама, с по-прежнему скованными за спиной руками, идет к двери. После обыска, ее одежда была растрепанной - юбка скомкалась на бедрах, бретелька на майке с одной стороны упала и что-то не так было с бюстгальтером - левая грудь не поместилась в чашечку лифчика и ее было хорошо видно сквозь майку.
     Мент открыл дверь, и, придерживая маму за руку, попытался усадить ее на сиденье. Это было непросто сделать со скованными за спиной руками - и мама сначала поставила в салон машины левую ногу. Для этого, ей пришлось широко развести ноги. Учитывая, что до этого я наблюдал маму стоящей раком с голой пиздой, - было странно, почему я возбудился, увидев ее с раздвинутыми ляжками и розовыми трусиками, виднеющимися из-под юбки.
     Мы с пацанами сели на заднее сиденье. Мама села в середине переднего сиденья, Машков села справа и молодой мент - за руль.
     Немного наклонившись вперед, я заметил, что левая рука старшины лежит на обнаженной правой ляжке матери. Машина тронулась и меня откинуло назад. Мама дернулась.
     "Не дергайся! Сиди смирно!" , приказал Машков.
     "Она неправильно одела мой лифчик" , пояснила мама" , "нижняя часть давит на грудь". Думаю, что ей было на самом деле больно, если она решила пожаловаться.
     "Давай помогу" , предложил старшина - и запустил руки маме под майку. Я ясно видел, как его руки что-то делают с маминой грудью. Может быть, он поправлял лифчик, но судя по его довольной улыбке - не только.
     "Достаточно: хватит!" , простонала мама. Машков, наконец, в последний раз сжал ее титьки и, ухмыляясь, вытащил руку наружу.
     Вскоре, мама вновь задергалась... "Не надо: пожалуйста, прекратите!"
     "Слушай, подруга, у тебя и так достаточно проблем. Не дерзи мен!" , угрожающе заявил старшина. Вновь подавшись вперед, я заметил, что его рука скрылась под маминой юбкой. Казалось, что он ласкает под юбкой мамино влагалище. Мама ничего больше не сказала, только ерзала на сиденье и тяжело и неровно дышала.
     Наконец, мы приехали в отделение. На завели в зал для отстоя гостей и усадили на пластиковые кресла. Напротив кресел стояла стойка, за которой сидел мент кавказец. За ним стояли полки с бумагами, часы, радио и видеомониторы. Слева от стойки был коридор с дверями с каждой стороны и металлическая дверь с глазком в конце.
     Как только мы сели, Машков, со своим партнером Гафтом и Ольга со своим партнером Волковым начали заполнять протоколы. Машков приказал... "Ольга, обыщи женщину в комнате 103".
     Ольга схватила маму за и скомандовала... "пойдем". Мама встала и проследовала через холл, скрывшись во второй двери справа.
     Как только они вошли в комнату, Машков посмотрел на кавказца и скомандовал... "Мамедов, включи видео в 103 комнате"
     Со своего места мы могли видеть весь коридор. Из 103 комнаты был виден свет - дверь была открыта. Машков, Гафт, и Волков тихо собрались перед ней. Засаленный Румов и его партнер Карбов тоже подъехали и подошли к коллегам. Двое других ментов - Курдюмов и Смирнов, толкались поблизости.
     Павел что-то прошептал Роме и кивнул на экран монитора, в который смотрел Мамедов. Павел наклонился ко мне и сказал... "Он снимают твою мать на камеру" Я взглянул на монитор и увидел маму, глядящую в камеру и затылок Ольги. Мамедов прибавил громкости и я услышал слова Ольги. С мамы сняли наручники, туфли и носки.
     "Сними майку" , произнесла Ольга.
     "Ты меня уже обыскивала" , ответила мама.
     "Мы должны провести обыск в отделении, прежде чем переведем тебя в камеру" , сказала ментовка.
     Я видел, как мама покорно скрестила руки, взялась за низ майки и сняла ее.
     "Эй" , я обратился к Мамедову, "что ты делаешь!? Ты смотришь на обыск по телевизору!?"
     Мамедов скользнул по мне взглядом, пожал плечами и ответил... "Мы всегда записываем обыски женщин. Все так делают"
     "Она об этом знает?" , спросил Миша.
     "Не думаю" , ответил Мамедов, "камера в соседней комнате, по другую сторону одностороннего зеркала. Но микрофоны в комнате". Тем временем, несколько ментов зашли в соседнюю со 103-ей комнату - там где располагалось односторонне зеркало. Машков с Курдюмовым остались стоять в коридоре, беззастенчиво наблюдая за раздеванием мамы.
     Мы с пацанами переглянулись: и вновь вернулись к монитору. Мама стояла в бюстгальтере. Ольгин затылок сдвинулся и исчез и камеры. Раздалась команда... "Сними бюстгальтер". Мама завела руки за спину и расстегнула застежки, сняв лифчик. Освободившись от бюстгальтера, тяжелы мамины титьки повисли на ее груди. Впервые, я видел мать голой по пояс. Груди были белыми, с темными ореолами, которые были весьма большими - но на огромных маминых дойках выглядели очень сексуально.
     Женька с Пашкой дружно простонали. Взглянув на меня, Женька произнес... "Вань, прости - но меня это так заводит! Такая сочная телка!!!"
     Карбов, который вышел в зону отстоя, и, куря сигарету, смотрел в монитор, тихо усмехнулся, услышав эти слова.
     Ощупав бюстгальтер, Ольга бросила его на пол. "Юбку!". Мама расстегнула юбку и спустила ее вниз. Когда она наклонилась, чтобы снять юбку с щиколоток, ее груди отвисли и закачались.
     Мама выпрямлюсь, стоя в одних трусиках. Дома, мама обычно ходила в белых хлопковых трусах, но сейчас она была одета в розовые. Слишком большие, чтобы считаться сексуальным нижним бельем, трусы, тем не менее, туго обтягивали ее пизду. На животе была небольшая выпуклость внизу - но для своих 40 с лишним лет, мама выглядела замечательно.
     "Трусы!"
     Мама зацепила пальцами края трусов и спустила их вниз. Сначала, мне вновь бросились в глаза ее качающиеся груди - но затем мой взгляд переместился на коричневый треугольник, покрывающий лобок.
     "Дохуя волос" , заметил Димка.
     "А мне нравится!" , откликнулся Женька.
     "Мне тоже" , заметил Карбов.
     "Прыгай, пока я не скажу стоп" , приказала Ольга.
     Мама смущенно поглядела на ментовку - и Ольга громче повторила свой приказ. Мама начала прыгать, раздвигая ноги и поднимая руки при каждом прыжке.
     "Зачем это нужно делать?" , спросил Павел.
     "Если внутри тела спрятана контрабанда - она может вывалиться" , ответил Мамедов.
     Хихикая и тяжело дыша, Рома с Женей глядели на хлопающие при каждом прыжке тяжелые мамины титьки, подлетающие до подбородка - и вновь падающие на грудь. Ольга велела прыгать выше. Груди начали болтать в разных направлениях, крутясь по кругу, ударяясь друг о друга и падая чуть ли не на пупок.
     Карбов весело глядел на нас шестерых. Никто не уточнял наших имен - так что никто из ментов не знал, что это моя мать. "Что пацаны, нравится? Хотите копию записи?"
     "Конечно, хором откликнулись пацаны.
     "Мамедов" , крикнул Карбов, "сделай шесть копий". Мамедов лишь кивнул, не удивившись просьбе. "Я дам вам копии позже - когда вы признаетесь, чья была анаша" , дополнил Карбов. Я понимал, что это была уловка - но у меня в голове не укладывалось, что он спокойно предлагает видеозапись обыска моей мамы.
     "Повернись" , скомандовала Ольга. Мама повернулась спиной к камере, дав возможность полюбоваться обнаженной попой. "Руки на стол". Встав напротив деревянного стола, мама нагнулась и уперлась в него руками. "Раздвинь ноги". Мама раздвинула ноги, так же широко, как и в парке, перегнувшись через стол, с прямыми ногами и отключенной задницей. Любуясь сочными мамиными ягодицами, между ног я видел волосы на лобке.
     Я огляделся по сторонам. Двое ментов в коридоре, двое в соседней комнате, двое здесь - и шесть пацанов. Двенадцать лиц мужского пола смотрели на обнаженную мать. Я почувствовал странное чувство гордости, довольный таким вниманием. Я люблю свою мать - но ее унижение вызвало во мне странное возбуждение. Я хорошо знал мою скромную маму и понимал как она себя чувствовала, подвергаясь обыску со стороны женщины. К тому же, хотя она и не знала про камеру и зеркало - но она видела, как менты в коридоре смотрели на нее.
     Ольга вновь провела пальцами по маминым волосам. Затем ее руки скользнули к маминым грудям, подняли их и потрясли. Затем руки заскользили по всему телу. Через минуту, Ольга остановилась, и надела хирургическую перчатку, смазала ее лубрикантом, раздвинула мамины ягодицы: мама громко вскрикнула, когда в задний проход проник средний палец. Не обращая внимания, Ольга сунула палец глубже и покрутила им. Мама всхлипнула несколько раз. На мой взгляд, Ольга орудовала в мамином очке существенно больше, чем необходимо для обыска.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: