Библиотека   Фотки   Пиздульки   Реклама! 
КАБАЧОК
порно рассказы текстов: 24072 
страниц: 55365 
 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | реклама | новые рассказы |






категории рассказов
Гетеросексуалы
Подростки
Остальное
Потеря девственности
Случай
Странности
Студенты
По принуждению
Классика
Группа
Инцест
Романтика
Юмористические
Измена
Гомосексуалы
Ваши рассказы
Экзекуция
Лесбиянки
Эксклюзив
Зоофилы
Запредельщина
Наблюдатели
Эротика
Поэзия
Оральный секс
А в попку лучше
Фантазии
Эротическая сказка
Фетиш
Сперма
Служебный роман
Бисексуалы
Я хочу пи-пи
Пушистики
Свингеры
Жено-мужчины
Клизма
Жена-шлюшка

Март заслуженно считается первым весенним месяцем, месяцем пробуждения, временем долгожданного возрождения того, что засыпало хмурой осенью. Много поэтов воспевали это прекрасное время, когда впервые за пол года сваливалась с неба гремучая оттепель, и ледовые дорожки превращались в бесконечные лужи. Оправившись от зимней стужи, мы с ужасом замечаем тысячу проблем и уйму нерешенных дел. Хотя первыми, что греха таить, обычно смекают коты и с дикими воплями трахают соседских кошек на обледенелом от
[ Читать » ]  

Член Виктора вошел на глубину 2 - 3 сантиметра и замер. Виктор решил подождать. "Тише, маленький, потерпи немного" - шептал Виктор на ухо мальчику. "Дядя, мне больно" - сказал Стасик. "Я знаю, потому что это в первый раз. Потерпи немножко, и боль пройдет" - сказал Виктор. "Давай, я выйду из тебя, а потом мы попробуем еще раз. Хорошо?" "Хорошо" - обреченно сказал мальчик. Виктор опять начал ласкать мальчика, чтобы он успокоился. Затем он добавил слюны на свой член и в попку мальчика. Мальчик успокоился и лежал, ожидая, что будет дальше. Внезапно он почувствовал нарастающее давление, а затем боль и письку мужчины в своей попке. На этот раз все прошло легче и член Виктора вошел на глубину 5 - 10 сантиметров. Виктор замер. Стасик лежал, еле дыша и подобрав под себя ножки. Виктор на этот раз решил не останавливаться и начал плавно выходить, а затем снова входить в попку мальчика. Стасик лежал ни жив ни мертв. Он чувствовал каждое движение члена мужчины в себе. Было больно, но к чувству боли примешивалось приятное ощущение, то, что он чувствовал, когда мужчина лизал его попочку.
[ Читать » ]  

PUSHINKA (12:56 AM) :
[ Читать » ]  

Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой...
[ Читать » ]  

Рассказ №1558 (страница 4)

Название: Север (вой)
Автор: Л. Скляднев
Категории: Остальное
Dата опубликования: Пятница, 05/09/2025
Прочитано раз: 54421 (за неделю: 9)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Тут Мурка опять ненароком-то левою грудью Ивана коснулась - и его будто током пронзило, и сердце его застучало сильнее, отвечая другому такому же сердцу, что билось под муркиной левою грудью. И уж не владея собою, лишь движеньем ведомый безумной несытой души, подался он к Мурке и впился в её алый рот несытым, как сам, поцелуем. Горячее муркино тело под тонким халатом повторило покорно все изгибы иванова тела - каждый малый изгиб, каждый шрам, впадинку каждую тела заполнила муркина плоть. И желая м-мучительно с плотью муркиной слиться в одно, всё сильнее впивался Иван в её алые губы и всё крепче её он к себе прижимал - как неистовый реаниматор! - будто Мурку хотел удавить он и после вдохнуть в неё новую жизнь - иное дыханье!..."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]



     Баллада о той, которая дала.
     --------------------------------------

     Какой-то сумасшедший дом!
     На этом Севере седом
     Престранные дела -
     Гордячка юная, притом
     Красотка с ярко-алым ртом,
     И вдруг - ему дала.

     Куда теперь ему бежать -
     Забиться под кровать?
     В каком углу её прижать
     И нежно целовать?

     Вы спросите: "Зачем бежать?"
     И я отвечу: "Как же, б:дь!
     На этом Севере седом
     Гоморра просто и Содом -
     Уж-жасные дела!
     Она начальника - ка-азла! -
     Наложницей была."

     Он старый хрыч, горелый блин,
     В мохер разряженный павлин -
     Ж-жестокий армянин.
     Он обо всём осведомлён,
     От лютой злобы раскалён,
     Изменой страшной поражён -
     Грозит им, бля, ножом!
     Он им готовит сто разлук -
     Он посылает тёмных слуг,
     Продажных лютых сук.

     Вот их кругом уж стерегут.
     Куда глаза, они бегут.
     Но от ревнивого врага
     Спасает их пурга.
     Забытый маленький вокзал -
     Для них спасение одно.
     А ветер, верный пёс, лизал
     Дороги полотно.
     Из мрака поезд выползал,
     Как длинное пятно.

     Полярная звереет ночь -
     На шее ремешком.
     В такую ночь - стакан и прочь -
     Забыться б портвешком.

     Сквозь ночь плывут они вдвоём.
     В вагоне тёмном путевом -
     То стук колёс, то тишина,
     Их шёпотом полна.
     А ночь темна, как бред, темна,
     (То стук колёс, то тишина)
     И семенем его пьяна
     Неверная она.

     Роман полярный - и потом
     Расскажут лирики о том,
     Как плыли прочь они вдвоём
     За неба окоём.
     Как речь лилась, как сеть плелась,
     И как в любви она клялась -
     В вагоне тёмном путевом,
     В коленно-локтевом.

     Напрасно злился старый бес,
     Напрасно ахал он: "Вай-вай!"
     И рвал он волоса.
     Их поезд - чудо из чудес -
     Как незабвенный тот трамвай,
     Уплыл за небеса.

     Он волоса во гневе рвал -
     Хотел её, да не поял!
     И старый хрен его стоял,
     Вотще три дня стоял.

     Такая вот баллада, бля,
     Про старые дела,
     Про ту, которая дала,
     Тра-ля-ля-ля-ля-ля!

     И я балладу вам пою -
     Охрипший старый дрозд -
     За тех, которые дают,
     Я подымаю тост!

     А те, которые берут
     Всех тех, что им дают,
     Пусть этот тост до дна все пьют
     И пляшут и поют!

     Чтоб благодарными им быть
     И их боготворить -
     Им песни выть, им ноги мыть
     И эту воду пить!

*     *     *

     Вес-на-крас-на! И к нам приходишь ты - на дальний берег Волги ты приходишь, туда, где выгнулась Самарская Лука.
     Весна-красна! И к нам приходишь ты - и тает снег, и чаще сердце бьётся. И под бушлатом чёрным сердце бьётся - вахтовое измученное сердце - когда мы возвращаемся к тебе, Весна-красна!
     Так вот стилем высоким - не низким! - про себя декламировал вдохновенно-печальный Иван, возвращаясь в Самару на несущемся чёрт-те куда самолёте. Так он думал, Иван: "Вот, вернусь: И ждут меня Котик и два плюшевых мыша, и четыре плюшевые собаки. Такая братва - оторви да брось! Как они зашебуршат-замышат - оживут под моими руками и па-айдут куролесить и нести всякую нескучную чушь - дым коромыслом!
     А внизу распростёрлась Россия - какая даль! Какая бездна! Только: Только отчего же тяжесть такая на душе - давит? Замирает, остывает на полуоткрытых устах Слово Вещее - некому молвить. Да-альняя дорога выпадает нам - туда куда-то, за тридевять земель, в какие-то там палестины, которые вовсе не палестины:
     Котик, Котик мой ласковый! Ради Бога, прости меня навеки - за-всё!
     Господи, Господи Иисусе Христе, Боже милостивый! Поми-илу-уй на-ас!"
     Самолёт накренился и нырнул вниз, пронзив пылающие закатом облака. Открылась Ивану земля - вся в серых пятнах последнего снега, в изумрудных заплатах озими - весенняя, ошалевшая спросонья. Волга круто внизу изогнулась и блестела закатным оранжевым блеском. Нёсся вниз самолёт - пламя заката лизало дрожащие крылья - над излучиной вещей, над самой Самарской Лукой.

*     *     *

     ЭПИЛОГ

     Нацеди мне нектара - я выпью -
     Из сосуда с этикеткой белой.
     А на той на белой этикетке
     Небо развернулось голубое,
     Ярая волнуется пшеница,
     Тяжким зрелым колосом играет.

     Ну-ка, сковырни скорее пробку
     И прозрачной нацеди отравы.
     Нацеди мне нектара - я выпью..


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]


Читать также:

» Самые последние поступления
» Самые популярные рассказы
» Самые читаемые рассказы
» Новинка! этого часа


 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | новые рассказы |






  © 2003 - 2026 / КАБАЧОК