 |
 |
 |  | Она протянула руку к бокалу с вином, и пытаясь хоть как-то охладить пламя, бушующее в её теле, сделала глоток. (Я хочу, чтобы сейчас ты связал меня, засунул в рот кляп и жестко оттрахал во все отверстия!) |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ирен спустилась в холодную, сырую, самую глубокую часть подземелий тюрьмы, туда, где от самих каменных стен веяло леденящим холодом. Повернув в темный коридор, она шла, пока путь ей не преградила тяжелая стальная дверь. Ирен посмотрела через вделанное в верхнюю часть двери маленькое окошечко. Внутри камеры были пленницы. Это были восемь чудесных девушек, подвешенных за руки к потолку, в возрасте от 18 до 23 лет. Несчастные уже долго висели там, дрожа от холода, крича и моля о помощи. Три из них были полностью обнажены, у двух других оставались какие-то жалкие лохмотья сорванной одежды на бедрах, платья на трех последних были настолько разорваны, что ничто не мешало любоваться их телами с пробуждавшейся женственностью. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И здесь случился с Ваней конфуз... нет-нет, ничего страшного не случилось - такое встречается сплошь и рядом по причине избыточного ожидания, и только очень непросвещенным молодым рыцарям начинает сразу казаться, что заминка у врат долгожданного рая, наконец-то для них открывшиеся и даже гостеприимно распахнувшиеся, имеет непреодолимое и по этой причине судьбоносное значение... всё, конечно, не так! - и тем не менее, это все-таки был конфуз. Подражая Сереге, а может быть, уже действуя инстинктивно самостоятельно, Ваня упал на Раису и, приподняв свою юную и хотя - в общем и целом - симпатичную, но вполне заурядную попку, тут же сунул между животами руку, чтоб показать своему петушку дорогу, ведущую к храму, как вдруг почувствовал, как там, между раздвинутыми Раисиными ногами, все мокро и скользко... и Ваня, вдруг передернувшись от невольно и внезапно охватившей его брезгливости, в недоумении замер, - Ване вдруг удивительным и даже непостижимым образом стало противно... "Ну, ты еби пока, жарь... а я еще кого-нибудь позову. Хватит тебе двадцать минут?" - вопросительным предложением уже деловито уточнил закадычный друг, по душевной своей доброте готовый сделать приятное всему миру. "Хватит", - не думая, отозвался Ваня, и не увидел, а услышал, как дверь за ним снаружи захлопнулась - в замочной скважине дважды проскрежетал ключ. Так вот, о конфузе... трудно сказать, что именно не понравилось петушку - то ли он вдруг вообразил, что для первого раза, для боевого крещения, мог бы Ваня выбрать поле сражения и поприличнее, то ли по молодости он почувствовал неуверенность в конкуренции с теми, кто уже вспахивал эти отнюдь не целинные земли, то ли он просто устал в пути своего ожидания, как устает преодолевший многие тяготы путник, изнеможенно падая, когда до желанной цели остается какой-то шаг, - словом, трудно сказать, что петушку не понравилось, а только он неожиданно сник, напрочь отказывая Ване в его искреннем стремлении овладеть прелестями посапывающей под ним беспробудной труженицы. Растерялся ли Ваня? Конечно, он растерялся. Да и кто бы не растерялся, когда долгожданная цель была под ним, а он ничего не мог сделать, - став на колени, Ваня на все лады поднимал петушка, встряхивал, тискал его и гладил, напоминая, как все получалось у них в ходе бесчисленных тренировок, и как они оба об этом мечтали - сотни раз, стоя под душем или лёжа в постели, стоя в туалете или сидя за письменным столом... нет, петушок не отзывался! Ваня хотел, а он не хотел - и, прикинувшись недееспособным, он глумливо болтался из стороны в сторону, тщетно потрясаемый Ваниными руками, торопливо пытающимися восстановить status quo, - все было тщетно. И Ваня... Ваня вдруг понял, что все напрасно - что сегодня, наверное, не его день. Хорошо, что труженица спала, - не ведая, какая драма разыгрывается над ней, Раиса посапывала, раздвинув ноги, и из ее полуоткрытого грота, поросшего редким диким кустарником, вытекала, сочась, животворящая влага Сереги, и влага Ромика, бывшего перед Серегой, и влага еще бог знает кого, кто был перед Ромиком, не посчитав себя вправе отказываться от удовольствия на этом веселом празднике жизни... бля, хорошо, что Сереги нет, - подумал Ваня, не без некоторого сожаления вставая с ложа, так и не сделавшего в эту прекрасную Новогоднюю ночь его, Ваню, мужчиной - не лишившего его девственности... и здесь, наверное, можно было бы смело сказать, что Ваня остался мальчиком, если бы слово "мальчик" не употреблялось одновременно в совершенно иных - веселых - контекстах. Остается только добавить, что Ваня успел встать вовремя, потому что в замочной скважине вдруг снова проскрежетал ключ, и Серега, приоткрыв дверь, просунул в комнату голову: "Ну, как ты здесь? Кончил?" "Кончил", - в ответ отозвался Ваня ложно бодрым голосом, стоя к Сереге задом - застегивая штаны. "Давай, заходи! На тебе ключ... отдашь его Ромику", - услышал Ваня Серегин голос и, повернувшись, увидел, как в комнату входит, сменяя его у станка наслаждений, очередной пилигрим, жаждущий то ли познания, то ли привычного совокупления... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Да. Вместе с Николосом и Генри отмойте заключенного. Сделайте ему глубокую клизму. Генри применит снатворное. Перенесите его ко мне и привяжите его к колодкам в дальней комнате. Через 2 часа все должно быть готово. И удалите с его тела абсолютно все волосы. Лучше дипилятором. Они ему не понадобятся. |  |  |
| |
|
Рассказ №16097
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 01/02/2015
Прочитано раз: 33453 (за неделю: 0)
Рейтинг: 73% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я вновь пригнулся и стал целовать его шею, чувствуя, как все внутри меня переворачивается от вожделения, которое эти поцелуи разжигали во мне. Я чувствовал, как натянулась во мне какая-то струна, натянулась от нежности и страсти, которые я сам испытывал. Я целовал волосы на затылке парня, пушистые, пахнущие шампунем волосы, целовал мягкую кожу шеи и сам аж дрожал от желания...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Месть
Я сделал шаг вперед, все еще не веря, что я намереваюсь сделать это. Пусть это будет месть. Правда, этот парень никакого отношения к моему вчерашнему приключению не имеет. Но как он хочет! Он сам этого хочет!
Что там надо делать? Я вспомнил, как мой насильник для начала поцеловал шею. Я тоже, пригнувшись, прикоснулся губами к шее. Какое необычное ощущение! Какая тонкая шея! Загорелая кожа. Запах свежести.
Я оторопел от собственных ощущений. Как же так! Мне нравится! Мне нравится целовать эту шею! Но это же шея другого парня! Не девушки! Парня!
Я отпрянул, переводя дух. И тут же увидел, как прыгает от возбуждения член юнги. Его мой поцелуй завел еще сильнее! Парень просто исходил желанием!
Ах, вот как!
Я вновь пригнулся и стал целовать его шею, чувствуя, как все внутри меня переворачивается от вожделения, которое эти поцелуи разжигали во мне. Я чувствовал, как натянулась во мне какая-то струна, натянулась от нежности и страсти, которые я сам испытывал. Я целовал волосы на затылке парня, пушистые, пахнущие шампунем волосы, целовал мягкую кожу шеи и сам аж дрожал от желания.
Я не мог больше сдерживаться. Эта худенькая спина с проступающими позвонками тянула меня к себе. Притягивала.
Я неуверенно прикоснулся к ней. Потом еще раз. И уже через мгновение гладил ее, впитывая в себя ощущение лежащего передо мной тела. А мои губы не могли оторваться от шеи.
Как мне было хорошо! Я опять испытывал ни чем не передаваемое ощущение счастья. Я целовал и ласкал. Я чувствовал эту спину, чувствовал, пропуская через себя свои ощущения, пропуская потоком, как информационный канал пропускает гуголбиты, и входным интерфейсом были мои губы, мои руки...
Как я мог называть это тело худым! Как я мог! Это было чудесное, возбуждающее, сексапильное тело!
Я прижался к юнге. Прижался, ощущая, как к восприятию этого тела присоединяются мой живот, мои ноги и (ух!) мой собственный член.
Руки задрожали от волны желания. Не в силах сдерживаться, я стал покусывать эту чудесные шею, лопатки, спину. А юнга, будто ему передалось мое умопомрачение, замычал от удовольствия.
Мои поцелуи скользили по спине парня. Как мне хотелось дойти до самого низа, почувствовать губами, как твердая поясница переходит в упругую попу!
А мой живот прижимался к тонкому боку, и я изнывал от ощущений, которыми будоражил меня мой собственный член.
А парень опять замычал. Ему не терпелось.
И мне... да... мне тоже не терпелось. Еще несколько минут назад я и подумать не мог, что я буду хотеть парня, мужчину, человека одного с собой пола. Парня, которого я даже не узнал. А надо же! Меня аж трясло от желания!
Мои ладони невольно скользнули ниже. И они... да, наконец! они почувствовали это чудо!
Маленькая, твердая, упругая ягодица оказалась в моей руке. Будто мячик. Живой, притягательный, манящий, призывный!
Я погладил ее. Какая маленькая! Теплая! Бархатистая! Обтянутая гладкой кожей упругая ягодица! Легкий загар повторяет контуры форменных трусов-брифов. Сбоку чудная ямка, загорелая, рельефная, такая сексуальная!
Я гладил эту маленькую ягодицу. Я мял ее. Я ее сжимал. Я вжимался в нее. Мне не хватало ощущения этого зада, мне хотелось еще, еще, больше! Я целовал остренькие бугорки позвонков и ладонями ласкал ягодицы. И таял от желания и страсти.
Я заставил себе оторваться от бока парня, быстро сместился назад и упал на колени. Мое лицо оказалось у его... Гм... Даже не знаю, как называть это чудо... Я успел лишь едва-едва вглядеться в совершенные линии, успел лишь мельком заметить, как длинные тонкие ноги сходятся вместе, а мои губы уже потянулись туда...
Я почувствовал, как они прикоснулись к тонкой гладкой коже. Почувствовал тепло, исходившее от зада юнги. Почувствовал легкий запах геля для душа. Я сжал руками бедра мальчишки, будто он мог вырваться. Я припал к его ягодице губами. Почувствовал ее упругость, упругость прекрасного тела! Такого живого, упругого тела! Как мне хотелось ощущать и ощущать вкус этой кожи, чувствовать эту плоть! Мои руки скользили по стройным ногам парня, а губы все целовали его совершенную попу. Это был момент полного сумасшествия, растворение в инстинкте без остатка, исчезновение меня.
Будто в бреду я поднял выше руку, скользившую по бедру юнги, и в моей ладони оказался маленький мешочек мошонки. Она была такая аккуратная, такая трогательно теплая, такая мягкая! Я сжал ее легонько...
Тут уж в пору было стонать мне. Какое чудесное ощущение! Гладить ладонью бедро, длинное, твердое, целовать упругие ягодицы, легонько сжимать в ладони яички!
Я боялся, что мое исступление причинит юнге боль и сдерживался, как мог, хотя, наверное, сдерживался недостаточно. Но член в каких-то миллиметрах от моих пальцев плясал от возбуждения. Я чувствовал страсть этого парня.
Моя ладонь скользнула по теплой коже мошонки дальше. Пальцы выделили одно из яичек и сжали его. Я замер, наслаждаясь моментом. Отдался ощущению эластичной маленькой округлости в моих пальцах. Все внутри меня сжалось. Я выдохнул, сдерживая дрожь, пробежавшую по моему телу.
В следующее мгновение я осознал, что лижу ягодицу парня. Мой язык нежно тер кожу, наслаждаясь непередаваемым ощущением. Я лизал и не мог нализаться. Такое чудо! Моя голова немного спустилась вниз, и язык оказался сразу под ягодицей, на складке, где она переходила в бедро. И тут я совсем потерял голову. Ощущать одновременно твердое бедро, упругую попу и чудные яички!
Я лизал и лизал. И потирал между пальцами яичко. Я прижимался к стройной ноге. Я понимал, что могу делать это бесконечно.
Но парень... парень не был настроен наслаждаться лишь моими поцелуями. Его член в каких-то миллиметрах от моих пальцев плясал от возбуждения. В глубине мошонки я чувствовал, как вздрагивает плотный твердый ствол корня, как он все увеличивается, как по нему пробегают волны сокращений.
Я выпустил из пальцев яичко. И осторожно, будто к драгоценности, коснулся к члену...
Он был горяч. Это было первое, что я осознал. Горячий, просто-таки раскаленный.
Он был большой. Да, большой. На вид, когда я рассматривал его, еще только войдя в душевую, он показался мне трогательно небольшим, но сейчас-то я почувствовал его настоящую величину.
Он был тверд. Полное впечатление, что я прикоснулся к куску камня, куску горячего, гладкого, точеного камня.
И он бы живой! Член под моими пальцами заплясал. Как ни легко было мое прикосновение, но он почувствовал!
Парень замычал. И этот звук был столь призывным, полон такой страсти, такого желания, что я понял, что сейчас, да, прямо сейчас, я этого юнгу трахну. По-настоящему. Так, как трахнули вчера меня.
Не из-за вчерашнего. Нет. А потому, что мы - этот парень и я - мы оба этого страстно хотим.
Я поглаживал каменный член, лизал бедра юнги, чувствуя непередаваемый вкус его кожи, я прижимался к тонким ногам. Я не мог оторваться от всего этого.
Под моими ласками кожица на члене сдвинулась, и в какой-то момент я почувствовал, что подушечки моих пальцев касаются обнаженной головки. Она дергалась под моими пальцами. Будто от невыносимого наслаждения она выпрыгивала из них и тут же возвращалась, чтобы вновь получить дозу сладостных ласк.
А парень мычал - он уже не мог терпеть. Он требовал настоящего секса.
Страницы: [ 1 ] [ ] Сайт автора: http://ruslander.net
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|