Рассказ №17515

     Джинни боялась даже подумать, что чувствует Гермиона, вылизывая эту неподмытую щель - выделения Беллатрисы, грязь и мочу, засохшую кровь менструаций... Гермиона сипела и как-то неловко дёргала головой, пытаясь хоть немного высвободиться, но Белла снова и снова с чавкающими звуками расплющивала свою текущую вагину о лицо гриффиндорки.
     
     - Может быть, нам поменяться? - спросил Люциус. - Почему бы мне не проверить, какая Грейнджер соска. Драко рекомендовал...
     
     - Не надо! - быстро сказала Джинни и вспыхнула от стыда: ей подумалось, что в Гермиона в такой ситуации согласилась бы занять место Джинни, лишь бы облегчить участь подруги. - То есть да, можно поменяться, - добавила рыжая гриффиндорка.
     
     - А, ладно, заняться Грейнджер я ещё успею, - сказал Люциус. - Продолжай, Уизли. Мои благородные яйца тоже требуют внимания. Личная гигиена - важная вещь, как-никак.
     
     Со скрытым облегчением Джинни взяла в ладонь мошонку Люциуса и стала облизывать его яички, покрытые редкими светлыми волосиками. Другой рукой она дрочила длинный член пожирателя, крепко сжав его в кулачке.
     
     - Возьми в рот.
     
     Скривившись, Джинни стала по очереди обсасывать яички Люциуса, перекатывая их во рту. На запах и вкус они были лучше, чем хуй пожирателя, но всё равно отдавали въевшейся грязью.
     
     - Да! - выдохнул Люциус. - Мой сын ведь делает фотографии каждой новой ступени в твоей блядской карьере? Когда твоя семья вернётся в Британию из Бразилии, я позабочусь, чтобы они сначала увидели именно этот момент, Уизли. Эта фотография будет висеть в Министерстве на двери кабинета твоего отца... Как старина Артур обрадуется - его единственная дочурка ласкает мою мошонку, она всё быстрее дрочит мой хуй в кулаке - да, вот так, Уизли... Ещё немного... Она дрочит, и моя сперма летит ей в лицо. Всё твое лицо залито спермой, Уизли... Да! Да!
     
     С радостным возгласом Люциус спустил на лицо Джинни. Первая струя горячей кончи упала ей на лоб, следующие залепили левый глаз, замарали щёку, белые капли упали на плечо и грудь.
     
     - Как тебе моя маленькая фантазия? - спросил Люциус. - Что ты почувствуешь, когда она станет явью, Джиневра?
     
     - Не знаю, - шепнула Джинни, слизнув сперму с пальцев. Она давно запретила себе даже думать о том, как её семья узнает о её новом звании школьной бляди - и без того у неё с Гермионой было достаточно поводов сойти с ума.
     
     - Белла, ты долго ещё будешь возиться с этой грязью? - окликнул Малфой-старший сокамерницу.
     
     - Это ты скорострел, Люциус, а я только начала, - откликнулась пожирательница.
     
     Беллатриса Лейстрендж полусидела-полулежала у стены, отходя от оргазма. Гермиона Грейнджер, устроившись между её ног, продолжала нехотя ласкать ртом широко раскрытую алую щель под кустом лобковых волос. Многие из этих волос прилипли к мокрому и липкому лицу Гермионы, а рот гриффиндорки был наполнен выделениями старшей ведьмы. Когда Беллатриса кончила, Гермиону чуть не вывернуло от вкуса и запаха.
     
     "Лучше, чем когда тебя насилуют, - горько думала Гермиона, посасывая набухший клитор Беллатрисы. - И в то же время более унизительно. Мерлин, ну почему в Азкабане узникам не дают даже подмываться? Я не забуду этот вкус никогда... Сколько мы тут ещё пробудем? Малфой вряд ли сделал нас проститутками всего Хогвартса для того, чтобы просто дать сгнить в Азкабане, - подумала она с некоторым воодушевлением. Сейчас Гермиона была не прочь даже вернуться в Хогвартс. - Нет, мы тут не навсегда. Но что старшему Малфою от нас надо? Неужели нас сюда отправили, только чтобы и эти двое смогли над нами надругаться? И что ещё придумают эти звери?"
     
     Беллатриса будто прочитала её мысли. Она оттолкнула Гермиону ногой, и на миг гриффиндорка понадеялась, что пока её оставят в покое. Потом она с ужасом увидела, как Белла встаёт раком и раздвигает чуть дряблые ягодицы.
     
     - Теперь попробуй мою попу, грязнокровочка. Она довольно грязная, но и ты ведь не чище, - рассмеялась Беллатриса. Гермиона как зачарованная смотрела на сморщенный анус старшей ведьмы, коричневатый от засохшего... Гермиона не хотела думать, чего именно. Язык сам вылез из её рта, и грязная ложбина между ягодиц Беллы была всё ближе. Запах ударил в нос...
     
     - Оригинально, - сказал Люциус. - Всегда ценил полёт твоей фантазии, Белла. Джиневра, окажи-ка мне такую же услугу. Я ведь уже говорил, насколько ценю личную гигиену?
     
     Шокированная Джинни попыталась отползти, но магия контракта потянула её к Люциусу.  
     
     "Не надо! Что угодно, только не это! Нет!" - панически думала она, но не могла вымолвить даже мольбы - слова застревали в горле. Джинни успела взглянуть на подругу - Гермиона уже уткнулась лицом в жопу Беллатрисы. Только тогда Джинни поверила, что ей действительно предстоит сделать это - и тут задница Малфоя-старшего закрыла ей свет...
     
     Гермиону била мелкая дрожь. Жопа Беллатрисы пахла хуже её пизды, а ведь гриффиндорка пока всего лишь лизала кожу около её ануса.
     
     "Всего лишь!" - истерично хихикнула Гермиона про себя и тут же приказала себе выбросить из головы все мысли, чтобы не сойти с ума. - "Я не думаю, я ничего, ничего не чувствую" , - твердила она свою мантру.
     
     Белла довольно мурлыкнула и выгнула спину. Введя два пальца во влагалище, она стала мастурбировать, пока Гермиона ласкала её зад.
     
     - Ласковый язычок у тебя, грязнокровочка, - сказала она. - Но не тяни соплохвоста за хвост, переходи к главному блюду.
     
     Так медленно, как только позволяла магия контракта, Гермиона припала губами к анальному отверстию Беллатрисы. Её передёргивало, выворачивало наизнанку от нечистого вкуса, и она уже не могла притворяться, что ничего не чувствует.  
     
     Снова и снова кончик её языка обегал колечко мышщ между полупопий Беллатрисы. Снова и снова Гермиона слизывала коричневые крупинки, сглатывая привкусы чужой задницы. И с каждым разом эти привкусы становились только хуже.
     
     От отвратительной вони и страшного унижения слёзы хлынули из глаз Гермионы. Горячие слёзы сбегали по её лицу и дальше - по ягодицам Беллатрисы.
     
     - О, эти слёзы счастья, - хмыкнула Беллатриса. - Если бы мы знали, что ты так любишь дерьмо, грязнокровка - а можно было догадаться, это же естественно для грязи вроде тебя - мы бы давно попросили Драко устроить тебе угощение.
     
     - Уизли тоже плачет. Да, подходящая работа ртом для предательницы крови, - довольно протянул Люциус, наслаждаясь оральными ласками Джинни между его ягодиц. - Между прочим, Уизли, мой троюродный внучатый дядя Арчибальд пытался протолкнуть закон, по которому все грязнокровки и предательницы крови несли бы именно такую туалетную повинность для чистокровных магов. Знаешь, как ему ответили?
     
     - Как? - сквозь рыдания переспросила Джинни, пользуясь шансом хоть на секунду прервать полировку ртом задницы Люциуса. "Говори, говори, только не заставляй больше..." - молила она.
     
     - Назвали его грязным извращенцем и отправили в подарок дюжину рулонов туалетной бумаги, - вспыхнул Люциус. - Как грубо! Но ничего, теперь всё встало на свои места... не отвлекайся, Уизли, залезь языком поглубже и отведай всё, что должна отведать.
     
     - Убейте меня, - вдруг просипела Джинни, снова зарываясь лицом в его ягодицы.
     
     - Зачем? Ваш Дамблдор говорил, что есть вещи намного хуже смерти, - сказал Люциус. - Считай, что я доказываю его тезис на твоём примере.
     
     - Жаль, что я не знала этого твоего дядю троюродного внука или как его там, мы бы поладили, - рассмеялась Белла. - Грязнокровочка, ты всё подлизала?
     
     - Да! - Гермиона сплюнула коричневую слюну. - Я всё сделала, отпустите меня!
     
     Её душили слёзы, вкусы и запахи. Она сама не могла поверить, что сделала это - каждая волосинка, морщинка и трещинка вокруг ануса Беллатрисы теперь была девственно чиста стараниями Гермионы.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: