Рассказ №17530

     Гермиона полудремала, свесив голову на грудь. Она так же машинально ласкала себя, но и возбуждение, и стыд, и страх притупила усталость - Гермиона страшно вымоталась за этот безумный день. Расправа над Тонкс, уничтожение остатков репутации, арест и новые издевательства от пары пожирателей смерти...
     
     Звяканье металла привлекло её внимание. Люциус Малфой, брезгливо взяв один из разрушителей - дилдо рабынь - отвинчивал у него основание.
     
     - Да, они полые внутри, - кивнул он девушкам. - И заколдованные чарами расширения пространства - в них помещается намного больше, чем можно предположить по внешнему виду.
     
     Основание металлического самотыка отделилось, и Люциус запустил пальцы в скрытую полость.
     
     - Я знал, что охрана побрезгует тщательно досматривать эти штучки, - сказал он. - Две извращенки принесли с собой любимые игрушки - что тут подозрительного? Так Драко смог передать мне вещи, полезные для побега... и ещё для кое-чего, - он вытащил из разрушителя две волшебные палочки и кусок пергамента. Одну палочку Люциус кинул Белле, и та поймала её с торжествующим возгласом. Пергамент Люциус бросил на пол перед Гермионой и Джинни.
     
     - Узнаёте?
     
     - Разве такое можно забыть, - медленно проговорила Джинни.
     
     Конечно, они узнали этот кусок пергамента. Он был совсем небольшой, и написанные на нём немногочисленные строчки теснились на листе:
     "Сим документом Гермиона Грейнджер, дочь Дэна Грейнджера, и Джиневра Уизли, дочь Артура Уизли, передаются в рабство Драко Малфою согласно закону от 1012 года. Подписи рабынь: : (пропуск) . Подпись владельца: : (пропуск) ".
     
     - Рабский контракт, такой же, как наш, только без подписи, - сказала Гермиона. Даже смотреть на этот проклятый документ было больно для неё. - Зачем он вам?
     
     - Это копия, - пояснил Люциус. - И я буду очень признателен, если вы её тоже подпишете - такие важные документы негоже хранить в одном экземпляре. Один контракт останется у Драко, другой будет моим, - он сотворил из воздуха перо с чернильницей и протянул их гриффиндоркам. - Вы должны подписать его по своей воле, иначе контракт не вступит в силу. Если вы не будете упорствовать, я обещаю, что сегодня мы вас больше не побеспокоим со своими развлечениями.
     
     Джинни потянулась к перу. Гермиона легко ударила её по руке.
     
     - Ты что? - зашептала Гермиона, наклонившись к подруге. - Нельзя такое подписывать!
     
     - Ты не слышала? Хоть на сегодня они оставят нас в покое, - затараторила Джинни, даже не пытаясь понизить голос. - Потом, один контракт уже существует, какая разница, если будет второй такой же.
     
     - Такая, что нам придётся придумывать, как разрывать уже два контракта сразу, - Гермиона пыталась урезонить подругу.
     
     - Я не могу больше, Гермиона, - Джинни, до того чуть не плакавшая, вдруг сказала это спокойно, уверенно, обречённо, и от этого Гермионе стало ещё хуже. - У меня так болит между ног, а попа болит ещё больше. У меня вкус дерьма во рту, и я не спала уже... Гермиона, нам хоть раз помогло то, что мы сопротивлялись? Давай сделаем, как они хотят.
     
     - Тонкс говорила нам не подписывать контракт, - уцепилась Гермиона за воспоминание.
     
     - И где сейчас та Тонкс? - возразила Джинни. - Сильно она нам помогла?
     
     Гермиона упрямо мотнула головой. Почему-то она была уверена, что сейчас как никогда важно не подчиниться мучителям. Какая-то мысль вертелась на задворках её ума, но как в такой ситуации сосредоточиться на ней...
     
     - Мы не сможем выстоять, - Джинни заглянула Гермионе в глаза.
     
     - Сможем, - мягко сказала Гермиона подруге и вдруг быстро поцеловала её в губы. Джинни удивлённо вздрогнула, но не помешала Гермионе. - Я знаю, ты тоже храбрая, Джинни. Держись.
     
     - Очевидно, это означает "нет" , - подытожил Люциус. - Прошу заметить, что я предлагал по-хорошему.
     
     - А я рада, что будет по-плохому! - выкрикнула Беллатриса и стала делать быстрые пассы палочкой. Пирсинги в чувствительных сосках и клиторах девушек завибрировали, и с вибрацией пришло невыносимое магическое возбуждение. Пальцы гриффиндорок сами полезли во влагалища...
     
     - Шаловливые ручки, - улыбнулся Люциус и взмахнул палочкой. - Так не пойдёт.
     
     Из ниоткуда появились верёвки - прочные, грубые, суровые. Они подобно змеям оплели тела Гермионы и Джинни, обжигая трением кожу. Верёвочные петли захлестнули ноги над ступнями и задрали их к груди, петли обвязали руки у запястий и выше, зафиксировав их у тела. Верёвки перевязали тела Гермионы и Джинни, и через полминуты те напоминали два мясных ореха в сетке.
     
     Гермиона и Джинни не могли и пошевелиться, не то что дотянуться до болезненно возбуждённых вагин и сосков. Они бестолково дёргались в путах, но от этого верёвки только сильней впивались в кожу.
     
     - А теперь подождём полчасика, пока они не сойдут с ума от невозможности кончить, - сказал Люциус. - Присядь, Белла, я расскажу тебе интересную историю про моего троюродного внучатого дядю Арчибальда и трёх грязнокровок, которые попали в его власть...
     
     ххх
     
     Вероятно, Люциус наложил заклинание и на голосовые связки рабынь. Иначе трудно было объяснить, почему они ещё не сорвали голос.
     
     Их стоны, вероятно, можно было услышать в другом конце Азкабана. Люциусу приходилось перекрикивать их, чтобы рассказывать Беллатрисе. о своём дальнем родственнике.
     
     Между ног гриффиндорок натекли вязкие лужицы. Соски так покраснели, что могли бы загореться. Сейчас бы Гермиона и Джинни отдали бы всё немногое, что у них оставалось на свете, лишь бы их изнывающие пёзды или задницы натянули на чьи-нибудь хуи. Но врезавшиеся в потные тела верёвки не давали им даже поласкать самих себя.
     
     - Думаю, пёзды ни у одной из трёх грязнокровок уже не закрылись никогда, - закончил Люциус историю про Арчибальда. - Смотри-ка, Белла, а шлюхи ещё держатся. Настоящий Гриффиндор - упрямый и неразумный.
     
     - От их криков у меня голова болит, - поморщилась Беллатриса, запустив пальцы в чёрные кудри. - Люциус, дай я ими займусь!
     
     - Пожалуйста, развлекайся, - согласился Люциус. - Это общественные шлюхи, в конце концов.
     
     Белла присела рядом с связанной Джинни, и так посмотрела на голую беспомощную девушку, как натуралист смотрит на мерзкое, но любопытное насекомое. Джинни безуспешно попробовала отползти от пожирательницы.
     
     - Мне интересно, что в тебе нашёл Поттер, - сказала Беллатриса, исследуя руками веснушчатое тело Джинни. - Да, фигурка неплохая, но сиськи маловаты...
     
     Она ногтями подцепила колечки пирсингов в груди Джинни и резко дёрнула вверх. Крик Джинни перешёл почти на ультразвук. Беллатриса так оттянула её соски, что те торчали двумя крутыми горками. Джинни казалось, что сумасшедшая ведьма вот-вот вырвет из неё пирсинги с мясом.
     
     - Но пиздёнка неплохая, - одобрила Белла. Два её пальца теперь сновали во влагалище Джинни. - Рыжая-бесстыжая, ты так течёшь, что твоим соком можно напоить всех страждущих Британии.
     
     Беллатриса извлекла пальцы и, к удивлению Джинни, с причмокиванием облизала их.
     
     - На вкус тоже ничего, - решила Белла. - Что ж, грязнокровочка никогда такого от меня не дождётся - велика честь для такого животного - но в тебе есть чистая кровь, так что получи маленький подарок...
     
     Кудрявая голова Беллатрисы скользнула между ног Джинни, рот припал к вагине гриффиндорки. Джинни ещё сильнее забилась в путах, когда почувствовала язык Беллатрисы внутри себя.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: