 |
| |
| | Она в долю секунды уловила мое пятно на деликатном месте и тут же подскочила ко мне. Как она упала на колени, как спускала с меня джинсы, все это я помню как в тумане. Но когда она припала губами к моим мокрым трусикам, и стала их подлизывать, тут уже я не выдержала. Я уронила пакеты, схватила ее голову и что есть силы, прижала к своей промежности. Ольга видно была опытная баба, она не отстранилась, а лишь закрутила головой, имитируя вибрационные движения. Тут уже и у меня сработал инстинкт. Я резко развила ноги, а Оля села на пол и поднырнула под меня, оттянула стренги в сторону, и с ходу, не давая мне опомниться, засосала всю мою девочку. У нее получилось вроде вакуумного отсоса. Это было так здорово, что у меня поехала крыша. Я как очумелая, схватила ее голову руками и стала резкими толчками, трахать ее в рот. Я с каждой секундой, увеличивала темп. От такого волшебного кайфа, я текла "как последняя СУКА". А мои обильные и ароматные выделения обильно покрыли все ее лицо. А Ольга с каждым толчком старалась подставить язычок как, что бы он, как можно глубже проникал в мою пещерку. Он так вонзался в меня, что со стороны наверно казалось, что я оседлала не объезженного мустанга. И тут меня подловила первая волна оргазма. От стеснения, что я кончаю первой, стиснула зубы до скрежета, но все равно, громкий стон, я даже бы сказала - рык, заполнил всю прихожую. В экстазе, я так сильно сдавила ногами Олину голову, что если бы я не повалилась на пол, от бессилия, то наверно задушила бы ее. Когда я пришла в сознание и открыла глаза, то Оля стояла передомной на корточках, с широко расставленными коленями и возила рукой по своей киске, при этом мило улыбалась. Эта картина, не дала мне время на передышку. Но это уже другая история. | | |
| |
|
| |
| | Георгий сначала медленно входил и выходил, а потом постепенно, почувствовав, что мое очко привыкло к его члену, вошел в ритм и начал меня накачивать. Я уперся руками в полку и немного прогнулся, так было легче. Во время того, как накачивал меня он начал приговаривать, какая красивая у меня жопа, какая красивая фигура и т. п. И через некоторое время мне вдруг стало не только не больно, но даже приятно, особенно когда в меня вводил свой член и там он касался какой-то точки, что мне ставало так хорошо. У меня член опять во всю стоял, до этого он упал, когда я вырывался из рук. | | |
| |
|
| |
| | Ольга осторожно начала двигать тазом вперед и назад; каждая секунда приносила ей ни с чем не сравнимое удовольствие. Да и Тим чуть с ума не сходил от наслаждения, слушая сладкие стоны учительницы. Он принял ее ритм и начал делать языком и губами встречные движения. Тело Ольги вздрогнуло, ее пальцы дважды слегка погладили плечо Тима - ты супер! . . Так, ритмично лаская свою любовницу, юноша минут через десять заставил ее закричать на пике страсти. Ольга часто доводила себя до разрядки, полусидя на коленях, и хорошо знала, что оргазм имеет некоторые пикантные особенности, если настигает ее в этой позе... Словом, Тим чуть не задохнулся, когда она сжала бедра, словно стараясь удержать у себя внутри "пляшущего зайчика". | | |
| |
|
| |
| | - Ну же! Давай. Резче! - крикнула моя блядинка и сама двинулась навстречу его Хую. И тот вошел полностью. Они полежали так секунд десять и начали трахать мою жену в обе дырки. | | |
| |
|
Рассказ №1806
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 13/06/2002
Прочитано раз: 18307 (за неделю: 21)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Гишпанским грантам посвящается.
..."
Страницы: [ 1 ]
Гишпанским грантам посвящается.
Почему им? Сам не понимаю...
Венецианский гондольер, отхлебнув из бурдюка слегка прокисшего венецианского вина, купленного им, по случаю, у одного знакомого венецианского торгаша, запел популярную венецианскую песенку.
А в это время в другой вселенной под названием "совок" молодой человек по имени Алексей Ковалев катал барышню по имени Анюта на водном велосипеде в киевском Гидропарке. Погоды стояли жаркие, солнце выжигало все живое на асфальтовых площадях и немногие уцелевшие сломя голову мчались сюда, к воде, к прохладе.. Сюда, где речные трамваи орали невнятные песни голосами Леонтьева и Пугачевой.
- Гиподинамия! - надрывался один.
- Я тебе не верю! - вполне обоснованно отвечал другой.
- Я тебя люблю! - ни к селу ни к городу сообщил Алексей
- Я тебя тоже! - ничуть не удивившись ответила Анюта, словно это было не первое признание в любви 18-летнего меня (как вы уже, наверное, догадались) ей. Нет, ее ответ не был безразличной реакцией на стандартные и порядком надоевшие признания.
Просто за те два дня, которые мы провели в прогулках, я, по-моему, прыгнул выше головы. За этот короткий срок я успел написать Анюте несколько стихов, надарить ей кучу цветов, понравиться ее маме, которой, по заверениям самой Анюты, еще никто никогда не нравился, отремонтировав этой самой маме телевизор перед любимой телепередачей.
С тех пор я, кстати, продолжаю нравиться всем, практически без исключения, мамам, даже своей собственной. Кроме того, начало лета в Киеве способствует любви, доложу я вам.
Вот так вот крутим мы педали и целуемся потихоньку. Кругом народу - тьма. Бабушка с дедушкой какие-то подгребают к нам на другом велосипеде и давай нас ругать: "И не стыдно вам, молодые люди, целоваться в общественном месте. Люди же ж кругом." "Ни капли не стыдно, - говорю, - а вы почему с вашим кавалером не целуетесь?"
Тут бабка как завизжит на весь пляж: "Бесстыдники, хамы, разврат!!!"
Народ со всего пляжу постепенно сплывается в нашу сторону и начинает устраивать консилиум бабке. Одни говорят, что вменяема, другие - нет.
"И как только таких к людям пущают,"- говорит тетенька необъятных размеров, покачиваясь на воде как буек "На себя посмотри, - кричит бабка, - отъела пузо..." "Бабушка, вам в крейзу пора," - сообщает последний в истории Украины пионер, пуская пузыри (правда, пионерский галстук он зачем-то к предплечью привязал). Тут дедка, который все это время прятался за спиной у бабки, вспомнил, видать, героический 18-й, встал во весь рост и сказал речь. Красиво говорил, подробно и аргументировано, ничего не скажешь. Никто даже перебивать не стал. Нету больше таких, как этот дедка. Повымерла старая гвардия.
Всем досталось от верного ленинца: и молодежи, и Горбачеву, и нравам и морали..., а мы с Анютой спустились в воду, чтоб на солнце не сгореть, и, пока все внимали пламенным речам, занялись секcом, правда спрятались за велосипед. Кончили мы все почти одновременно: сначала Анюта, потом я, а минуты через две - дедка. Так и должно быть, он ведь старенький. Куда ему было за нами угнаться.
Но, вот незадача, пока мы любовью занимались - анютины трусики уплыли в неизвестном направлении, и где-то, наверное, доставили немало радости какому-нибудь фетишисту. У нас же, на велосипеде, было с собой только огромных размеров полотенце, которое Анюта наотрез отказалась мочить в воде и, в чем была (да фактически ни в чем), полезла из воды на этот самый велосипед. Бабушка с дедушкой восприняли это появление как очередной выпад в их сторону и немедленно поплыли сообщать в милицию о вопиющем факте нарушения общественного порядка. Напоминаю - шел 1987 год и за подобные штучки можно было и на 15 суток угодить, и письмо по месту учебы... Поэтому мы, по быстрому, сдали водный велосипед и рванули из Гидропарка. Благо жара уже стала спадать.
А в это время венецианский гондольер допил последнюю каплю венецианского вина и уснул под плеск воды, бьющейся о гондолу и о берег прогнившего насквозь капиталистического мира. И снились ему мы с Анютой, гуляющие по Киеву, вдыхающие вечерний воздух, целующиеся и радующиеся непонятным для него вещам.
Страницы: [ 1 ]
Сайт автора: http://www.ipclub.ru/alexsys/
Читать также:»
»
»
»
|
