 |
| |
| | Пора было закругляться, и я резко усилил и убыстрил свои движения. Девушка начала стонать непрерывно и в полный голос. Через минуту ее стоны слились в непрерывный вой. От моих толчков Нана скользила по столу вместе с журналами. Я начал массировать ее клитор, в надежде, что это ускорит ее оргазм, и действительно, после нескольких моих движений, она забилась и начала выгибаться. Одновременно ее влагалище запульсировало вокруг члена и я начал изливаться ей внутрь. От первой же струи Нана кончила и обмякла. Я дал ей полежать пару минут, вынул член и нежно поцеловав в губки, сказал: | | |
| |
|
| |
| | Она встает, уходит и через минуты две зовет его. Он уходит и я за стеной слышу разговор, шуршание, а потом равномерный скрип кровати. Я иду в спальню и вижу что жена лежит в своей любимой позе на спине широко раздвинув ноги, а кум ебет как будто в последний раз. Она мечется под ним и тоже подмахивает. Я беру видеокамеру и начинаю снимать. Через минуты две жена открывает глаза, видит меня и просит чтобы я ушел и не мешал. Я ставлю камеру на комод и ухожу, думаю потом посмотрю, кстати хороший фильм получился. Сижу, пью пиво один, минут через десять приходит кум, а я пошел в спальню. Жена лежит на спине, ноги раздвинуты, пизда красная, волосы на лобке слиплись, из пизды потихоньку сочится сперма. Короче вид хорошо оттраханной самки. | | |
| |
|
| |
| | Я больше не о чём не просила. Перестала плакать. Совсем прекратила сопротивляться. Просто лежала под племянником и смотрела на Олега. А он, явно наслаждаясь, наблюдал, как его сыновья лишаются девственности. Паша сердито сопел на мне. Ему не нравилось, что я не такая активная, как под его братом. Олег приказал ему поднять мне ноги. Паша согнул меня пополам. Мои ноги оказались у него не плечах. Он буквально пронзил меня. Я непроизвольно вскрикнула. | | |
| |
|
| |
| | Она не была большой, и не была маленькой. Она была Живой. Она (грудь) оказавшись в моей руке, затрепетала, забилась словно в танце, она отзывалась на каждое движение моей руки. Ее сосок сразу принял стоячее положение, как бы говоря мне, вот он я, я готов поцелуй меня, оближи меня, я жду: Язык девушки, при этом сразу проник ко мне в рот и стал настойчиво, но не вульгарно исследовать все уголки последнего. Он то врывался, как ураган, то пропадал, явно призывая мой язык следовать за ним, что я и делал. Ее тело начало слегка подрагивать и я понял, что уже не остановлюсь. Моя правая рука настойчиво, но все еще не решительно опустилась на бедро, проникла под платье и поднялась к ее попке. На ней не было колготок, на ней были чулки! Она сразу отозвалась движением попки назад. Губы девушки только сильнее прижались ко мне, а язычок стал более интенсивно играть с моим в "кошки-мышки". Ее грудь даже через легкую ткань трикотажа отзывалась на любые прикосновения, на сто процентов оправдывая значение глагола "трепетать". Моя рука проникла под узкую полоску трусиков и добралась до своей цели. Ее прелесть была уже готова и от моего прикосновения девушка только чуть шире расставила ножки, и еще больше прогнула спину, подав назад попку. При этом ее правая рука расстегнула мне джинсы и добралась до моего дружка, который уже во всю подозревал, чем это может закончиться. Мой указательный палец проник в нее, средний приник к клитору, а большой уперся в анус, и все трое они начали ласково и нежно массировать свои территории. Мы прекратили целоваться, а с губ девушки вырвался нежный стон похожий на короткое урчание кошки. Глаза ее были закрыты. Моя левая рука, то нежно касалась ее соска, то ласково сжимала упругий комок груди, то круговыми движениями играла с ним. И тут она повернулась ко мне спиной, не двусмысленно приглашая моего дружка в свою норку, и он не разочаровал ее, войдя не сразу, а постепенно, как бы дразня ее. Спина моей партнерши выгнулась до предела, а тело слегка наклонилось вперед. Теперь обе мои руки играли с ее великолепной грудью: Мой большой палец вошел в ее попку, массируя стенку между ней и влагалищем, расслабляя мышцы. В какой-то момент я вышел из нее и направил своего дружка в другую норку. Девчонка было хотела сопротивляться, но видимо Желание пересилило Страх. Я руками раздвинул пошире ягодицы и вошел в нее в с другого хода так же не форсируя события, а постепенно, шаг за шагом увеличивая свой напор. Видимо тут она была еще девственницей. Ее тело сначала было скованное и зажатое. Она сама взяла себя за ягодицы, насаживаясь все больше и больше на мой детородный орган. И вот она начала терять контроль, а легкая дрожь, похожая на небольшие судороги прошлась по ее телу. Мой дружок напрягся, и горячая сперма импульсами стала извергаться из него. Она застонала, и почти обессиленная повисла на моих руках: И тут раздались аплодисменты. Мы так были увлечены собой, что не заметили, как к нам подошли остальные. Дальше были опять поздравления с Рождеством, приглашение продолжить праздник, но связанный обязательством встретить друзей из Москвы, я конечно же с неохотой, отказался. На прощание девушка шепнула мне, что такого классного секса у нее еще никогда не было. Я сказал, что у меня тоже такое впервые... и мы разъехались каждый в свою сторону даже не узнав, как друг друга зовут:. Вот такая рождественская история. Если бы мне кто ее рассказал раньше, то я бы ни за что не поверил, что такое бывает. | | |
| |
|
Рассказ №1806
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 13/06/2002
Прочитано раз: 18448 (за неделю: 4)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Гишпанским грантам посвящается.
..."
Страницы: [ 1 ]
Гишпанским грантам посвящается.
Почему им? Сам не понимаю...
Венецианский гондольер, отхлебнув из бурдюка слегка прокисшего венецианского вина, купленного им, по случаю, у одного знакомого венецианского торгаша, запел популярную венецианскую песенку.
А в это время в другой вселенной под названием "совок" молодой человек по имени Алексей Ковалев катал барышню по имени Анюта на водном велосипеде в киевском Гидропарке. Погоды стояли жаркие, солнце выжигало все живое на асфальтовых площадях и немногие уцелевшие сломя голову мчались сюда, к воде, к прохладе.. Сюда, где речные трамваи орали невнятные песни голосами Леонтьева и Пугачевой.
- Гиподинамия! - надрывался один.
- Я тебе не верю! - вполне обоснованно отвечал другой.
- Я тебя люблю! - ни к селу ни к городу сообщил Алексей
- Я тебя тоже! - ничуть не удивившись ответила Анюта, словно это было не первое признание в любви 18-летнего меня (как вы уже, наверное, догадались) ей. Нет, ее ответ не был безразличной реакцией на стандартные и порядком надоевшие признания.
Просто за те два дня, которые мы провели в прогулках, я, по-моему, прыгнул выше головы. За этот короткий срок я успел написать Анюте несколько стихов, надарить ей кучу цветов, понравиться ее маме, которой, по заверениям самой Анюты, еще никто никогда не нравился, отремонтировав этой самой маме телевизор перед любимой телепередачей.
С тех пор я, кстати, продолжаю нравиться всем, практически без исключения, мамам, даже своей собственной. Кроме того, начало лета в Киеве способствует любви, доложу я вам.
Вот так вот крутим мы педали и целуемся потихоньку. Кругом народу - тьма. Бабушка с дедушкой какие-то подгребают к нам на другом велосипеде и давай нас ругать: "И не стыдно вам, молодые люди, целоваться в общественном месте. Люди же ж кругом." "Ни капли не стыдно, - говорю, - а вы почему с вашим кавалером не целуетесь?"
Тут бабка как завизжит на весь пляж: "Бесстыдники, хамы, разврат!!!"
Народ со всего пляжу постепенно сплывается в нашу сторону и начинает устраивать консилиум бабке. Одни говорят, что вменяема, другие - нет.
"И как только таких к людям пущают,"- говорит тетенька необъятных размеров, покачиваясь на воде как буек "На себя посмотри, - кричит бабка, - отъела пузо..." "Бабушка, вам в крейзу пора," - сообщает последний в истории Украины пионер, пуская пузыри (правда, пионерский галстук он зачем-то к предплечью привязал). Тут дедка, который все это время прятался за спиной у бабки, вспомнил, видать, героический 18-й, встал во весь рост и сказал речь. Красиво говорил, подробно и аргументировано, ничего не скажешь. Никто даже перебивать не стал. Нету больше таких, как этот дедка. Повымерла старая гвардия.
Всем досталось от верного ленинца: и молодежи, и Горбачеву, и нравам и морали..., а мы с Анютой спустились в воду, чтоб на солнце не сгореть, и, пока все внимали пламенным речам, занялись секcом, правда спрятались за велосипед. Кончили мы все почти одновременно: сначала Анюта, потом я, а минуты через две - дедка. Так и должно быть, он ведь старенький. Куда ему было за нами угнаться.
Но, вот незадача, пока мы любовью занимались - анютины трусики уплыли в неизвестном направлении, и где-то, наверное, доставили немало радости какому-нибудь фетишисту. У нас же, на велосипеде, было с собой только огромных размеров полотенце, которое Анюта наотрез отказалась мочить в воде и, в чем была (да фактически ни в чем), полезла из воды на этот самый велосипед. Бабушка с дедушкой восприняли это появление как очередной выпад в их сторону и немедленно поплыли сообщать в милицию о вопиющем факте нарушения общественного порядка. Напоминаю - шел 1987 год и за подобные штучки можно было и на 15 суток угодить, и письмо по месту учебы... Поэтому мы, по быстрому, сдали водный велосипед и рванули из Гидропарка. Благо жара уже стала спадать.
А в это время венецианский гондольер допил последнюю каплю венецианского вина и уснул под плеск воды, бьющейся о гондолу и о берег прогнившего насквозь капиталистического мира. И снились ему мы с Анютой, гуляющие по Киеву, вдыхающие вечерний воздух, целующиеся и радующиеся непонятным для него вещам.
Страницы: [ 1 ]
Сайт автора: http://www.ipclub.ru/alexsys/
Читать также:»
»
»
»
|
