 |
| |
| | Время от времени Соня ложила руку на бедро Олега и то замедляла его движения почти до нуля, то наоборот, на короткий промежуток времени заставляла парня драть ее в полную силу. Сама же она все это время стояла как вкопанная, сохраняя свое положение. Единственное что она делала - это время от времени она закидывала руку себе на попку, разводя ее в стороны и, смотря через плечо, не отводила глаз от Олега. Наслаждалась его видом, его удовольствием. И давала ему полюбоваться, увидеть результат своих усилий. | | |
| |
|
| |
| | После этой ночи брат уже был полным хозяином в доме. Мама и сестра целый день старались угождать ему. И когда даже папа был дома брат находил возможность трахнуть обеих своих шлюх. Однажды он трахнул маму прямо у него под носом. Папа сидел и просматривая газету придремнул. И брат воспользовавшись моментом присел к маме и прямо на диване посадил ее на свой кол. и пока папа дремал он успел закончить в нее мама даже успела облизать его член. это продолжалось до тех пор пока брата не взяли в армию. к концу его службы я закончил школу и уехал. папа заболел и скончался. брат вернувшись женился и у него 3 детей. мама и сестра живут с ним. и я знаю что он также как и раньше их трахает. | | |
| |
|
| |
| | Теперь у Людмилы были заняты и пизда, и рот, и руки. И от этого её удовольствие удваивалось, это было видно по блеску её прекрасных глаз. Вылизывая из Любыной пизды последние капли, Людка снова начала томно постанывать. Да и Малыш, похоже, был уже близок к "последнему броску", он стал дышать как загнанный мерин. Люба заглянула к ним "под низ". В этот момент Малыш немного поменял свой "захват". Перехватил талию женщины немного пониже, скрестив свои передние лапы на Людкином животе. И, несмотря на то, что его темп и так был бешенным, ещё ускорил свои движения. Размашистость сменилась напором, как будто он захотел войти в Людку ещё глубже. У основания его хрена стал набухать "шар". | | |
| |
|
| |
| | Решение созрело в считанные секунды. Светка придвинула к окну стол, спустила с себя трусики, так что они остались лежать на полу, и вскарабкалась на гладкую столешницу. Тут она легла на спину, и уперлась разведенными в стороны ногами в облупившийся подоконник, задрав при этом полы халата. Прежде чем закрыть глаза, она взглянула на прильнувшего к стеклу парня: его лицо выражало такую растерянность, что казалось, он сейчас закричит от изумления! Увиденное подстегнуло Светку к продолжению спектакля: ухоженными, с красивым маникюром пальцами, она принялась поглаживать свою влажную щелочку от лобка, до ануса, стараясь не закрывать ладошкой обзор для единственного зрителя. Акцент при этом она уделяла, конечно, клитору - именно эта выпуклость при прикосновении к ней испускала по телу девушки волны невообразимого удовольствия! Стыд щекотал ее нервы, но как раз преодоление этого чувства и обостряло сексуальное возбуждение! Мысли вновь вернулись к детородному органу странного парня: Светке так сильно захотелось почувствовать его в себе, ощутить, как бугристая головка, входя в ее лоно, с натугой растягивает половые губы и стенки влагалища, и как крупная мошонка похлопывает ее белые упругие ягодицы при каждом мощном толчке! Дыша, как паровоз, она терзала свою нежную киску, то с усилием натирая клитор, то широко, до боли раздвигая вход во влагалище, чтобы созерцателю за окном было видно ее красно - розовые внутренности, обильно истекающие смазкой. | | |
| |
|
Рассказ №18357
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 97091 (за неделю: 109)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Пролог
С тех давних дней,
Когда родились люди,
Когда они разумней стали обезьян,
И полысели очень сильно груди
(Остались волосы лишь у армян,
Азербайджанцев и грузин,
Да у чечено-ингушей) ,
Как много раз был слышен вопль:
"Victoria!!! Победа!" Пыль
Взвивалась из-под ног босых
Толпы могучей. И с криками "Ура!"
В пивнушки разбегались. И позже, их уже косых
Видали на дорогах, и вслед кричали им: "Vivo!
Да здравствуют синьоры.
Победа! Независимость! Уры-ы-ы!
И слово-то не сложное: "Победа".
Но стоит лишь кому-нибудь сказать его
И сразу прояснятся очи,
Уставший вновь получит сил
И сможет рок-н-ролл отбацать
На асфальте под жарким солнцем
Южных парижан. И крикнет
На распев, как слышал в детстве: Да!
ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДÁ!
Но ведь победой отличиться
Можно не только на войне,
И побеждать надо учиться
При мире на другом фронтé.
Кому намёк не очень ясен,
Могу сказать я прямо в лоб,
Хотя такой дурак ужасен.
Нет не дурак! А остолоп!
Ужель писать мне надо прямо,
Что этот фронт любовью звать?
И что на нём ебаться надо,
Мух не ловить и не зевать?!
Нет, я уверен, что читатель
Поймёт меня без лишних слов,
А я - презреннейший маратель, -
Историю вам расскажу с азов.
Нельзя сказать, что поучительную,
И не совсем нравоучительную,
Скорей немного пошлую,
Как Сэм ебался с Кошкою,
Прекрасною девицею,
Стремительной куницею.
Сравнить её ни с кем нельзя;
Неописная красота!
Зовут её все Аллой:
Ну, я начну, пожалуй!
Часть I
Прекрасное видение
1
К закату солнышко садилось,
В родной Москве был сильный зной,
И время медленно катилось:
Тоска овладевала мной.
Как вдруг с Рязанского проспекта
Свернул парнишка молодой,
Я понял: лучшего объекта
Уже не будет предо мной.
В душе моей родилась повесть
О похожденьях паренька.
Но на Рязанке сё не новость,
И я решил приврать слегка.
Парнишку кличут просто Сэмом,
И этот Сэм решил пойти,
Начистив боты чёрным кремом,
В Кузьминках погулять с тоски.
А летний вечер был прекрасен,
Едва ли дома усидишь,
И небосклон был светл и ясен,
Казалось, прыгни - полетишь.
В Кузьминском парке сплошь берёзы,
Сосёнки, липки и дубки,
Цветут ромашки там и розы,
Фиалки, астры, васильки.
И аромат тончайший в парке,
Глаза закроешь - вмиг уснёшь,
Как будто пригубился к чарке
Старинного вина. Орёшь
Из всей своей ты мочи:
Прекрасный парк! Отлична жизнь!
Зачем мне надо ехать в Сочи,
Коль и Кузьминки хороши?!
И одуревши от озона,
Сэм побежал куда-то в лес,
И на скамейку там залез,
Открывши первый том Дрюона.
Однако ж, не сýждено было
Читать про древних королей
Ему романы. Рядом было
Существо всех-всех нежней,
Всех-всех красивей и милей,
Всех-всех затмить оно могло,
И Сэма мигом обожгло
Присутствие её.
2
Лицо её всех поражало:
Её - незéмна красота!
В глазах её всегда сияло
Такое: Впрочем, хуета.
Зачем хвалить глаза царицы?!
Они прекрасны! Спору нет!
Но у молоденькой девицы
Есть и другой, сокрытый свет.
Писать о том в литературе
Нет смысла. Повесть не пройдёт
Через великий пост цензуры.
А в прочем, может, повезёт?!
Поднимут вой, хай и пиздёжь:
"Ай, караул! Ох, срам! Грабёж!!!
И никакой он не фантаст!
Наш Криптонимов - педераст!"
Однако тут остановлюсь,
Что мне за дело до цензур?
Писать я повесть тороплюсь
Для вас. Не для цензурных дур.
Так вот. Чудесный свет
Её глаза таили.
В них отразился неба цвет,
Они к себе людей манили.
А носик - прелесть, а не нос! -
Меж пухлых щёчек находился,
Не крив, не кос и не курнос,
Такой, каким он и родился.
На щёчках ямочки. Когда
Она немного улыбалась
Заметно их. Но вот беда!
Она ни разу не ебалась.
А губы - маков алых цвет,
К устам уста они тянули,
Как будто созданы для бед
Тех, кто на них хоть раз взглянули.
Теряли все покой и сон,
Она же этого не знала,
И на природы выйдя лон
Она скучала и зевала.
Фигурой пышною своей
Мужчин она всегда смущала,
Две груди сочные, ей-ей!
Она небрежно засувала
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
