 |
| |
| | Отец, обхватил рукой член Макса. Оголив головку, он спускался рукой по стволу, все ниже к основанию, и когда его рука коснулась паха, он с чувством удовлетворения, смотрел на член сына. Нагнувшись, он сначала аккуратно, коснулся губами оголенной головки. Он делал это практически мастерски. Вскоре возбужденный член был практически весь во рту. Язык отца, ласкал его. Он начал с основания. Тщательно вылизав у основания, язык двигался к головке, чтобы заглотить член вновь. Перевернув Макса на бок, отец лег на кровать лицом к члену Макса, а его член соответственно уперся в губы сына. Макс, повинуясь странным, не понятным для него ощущениям, не думая о том, что он делает, приоткрыл рук, и горячая влажная головка члена, оказалась у него во рту. | | |
| |
|
| |
| | Отукда то быстро притащили картонку (пацанам то зачем в грязи валяться? Шлюшке этой еще ладно) , один пацан с торчащей елдой лег на нее, другие подхватили слабо сопротивляющееся тело школьницы, сиськи при этом колыхались на радость пацанам, с пизды моей жены обильно на чулки стекала сперма (сколько же в нее уже кончили то??) . Они подняли ее на руки с двух сторон и прямо опустили на торчащий член выпускника. Света попыталась помешать этому (ее никто не ебал в жопу) , но ей тут же отвесили пощечину - Раньше сядешь раньше выйдешь - прогоготали они. | | |
| |
|
| |
| | Дженифер вздрогнула и практически свалилась с велосипеда. Но тут же резко ударила меня по руке и начала резко крутить педали. Я не мог упустить такую добычу и схватил ее, стаскивая с сиденья. Мы немножко поборолись, потом велосипед упал, а я подхватил ее, ощупывая большую и приятную грудь. Ее юное тело сопротивлялось мне, она была действительно сильной и мускулистой. Я чувствовал, как ее руки били меня, но это лишь сильнее заводило мой член, который уже просто колотился и требовал действия. | | |
| |
|
| |
| | Через минуту он быстро повернулся и стал обильно поливать мое личико густой спермой. Довольно много попало в мой широко открытый ротик, и я с удовольствием проглотила все что смогла. Теперь, Славик, наблюдавший за этой сценой со стороны, взял меня на руки, бросил меня на диван и засадил свой член в мою мокрую киску. Он жестко трахал меня, сильно вдавливая мою жопу в диван с каждым толчком. Олег имел Настю на том же диване раком. Дотянувшись до моего лица в маске спермы, она стала слизывать с меня этот живительный сок. Олег кончил в Настю, и она поспешила сесть мне на лицо, чтобы не потерять ни капельки. Сперма стекала из Настеной киски прямо мне в ротик, было так много, что я не успевала глотать и часть просто выливалась у меня изо рта и стекала по щекам. Славик тоже уже был готов, он позвал Настю, и она положила голову мне на живот прямо рядом с лобком. Славик вытащил из меня свой хуй и стал извергаться на Настино личико. Все кончилось. Настя поднялась ко мне, мы нежились в объятьях, слизывая сперму друг с друга. | | |
| |
|
Рассказ №18357
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 97264 (за неделю: 172)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Пролог
С тех давних дней,
Когда родились люди,
Когда они разумней стали обезьян,
И полысели очень сильно груди
(Остались волосы лишь у армян,
Азербайджанцев и грузин,
Да у чечено-ингушей) ,
Как много раз был слышен вопль:
"Victoria!!! Победа!" Пыль
Взвивалась из-под ног босых
Толпы могучей. И с криками "Ура!"
В пивнушки разбегались. И позже, их уже косых
Видали на дорогах, и вслед кричали им: "Vivo!
Да здравствуют синьоры.
Победа! Независимость! Уры-ы-ы!
И слово-то не сложное: "Победа".
Но стоит лишь кому-нибудь сказать его
И сразу прояснятся очи,
Уставший вновь получит сил
И сможет рок-н-ролл отбацать
На асфальте под жарким солнцем
Южных парижан. И крикнет
На распев, как слышал в детстве: Да!
ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДÁ!
Но ведь победой отличиться
Можно не только на войне,
И побеждать надо учиться
При мире на другом фронтé.
Кому намёк не очень ясен,
Могу сказать я прямо в лоб,
Хотя такой дурак ужасен.
Нет не дурак! А остолоп!
Ужель писать мне надо прямо,
Что этот фронт любовью звать?
И что на нём ебаться надо,
Мух не ловить и не зевать?!
Нет, я уверен, что читатель
Поймёт меня без лишних слов,
А я - презреннейший маратель, -
Историю вам расскажу с азов.
Нельзя сказать, что поучительную,
И не совсем нравоучительную,
Скорей немного пошлую,
Как Сэм ебался с Кошкою,
Прекрасною девицею,
Стремительной куницею.
Сравнить её ни с кем нельзя;
Неописная красота!
Зовут её все Аллой:
Ну, я начну, пожалуй!
Часть I
Прекрасное видение
1
К закату солнышко садилось,
В родной Москве был сильный зной,
И время медленно катилось:
Тоска овладевала мной.
Как вдруг с Рязанского проспекта
Свернул парнишка молодой,
Я понял: лучшего объекта
Уже не будет предо мной.
В душе моей родилась повесть
О похожденьях паренька.
Но на Рязанке сё не новость,
И я решил приврать слегка.
Парнишку кличут просто Сэмом,
И этот Сэм решил пойти,
Начистив боты чёрным кремом,
В Кузьминках погулять с тоски.
А летний вечер был прекрасен,
Едва ли дома усидишь,
И небосклон был светл и ясен,
Казалось, прыгни - полетишь.
В Кузьминском парке сплошь берёзы,
Сосёнки, липки и дубки,
Цветут ромашки там и розы,
Фиалки, астры, васильки.
И аромат тончайший в парке,
Глаза закроешь - вмиг уснёшь,
Как будто пригубился к чарке
Старинного вина. Орёшь
Из всей своей ты мочи:
Прекрасный парк! Отлична жизнь!
Зачем мне надо ехать в Сочи,
Коль и Кузьминки хороши?!
И одуревши от озона,
Сэм побежал куда-то в лес,
И на скамейку там залез,
Открывши первый том Дрюона.
Однако ж, не сýждено было
Читать про древних королей
Ему романы. Рядом было
Существо всех-всех нежней,
Всех-всех красивей и милей,
Всех-всех затмить оно могло,
И Сэма мигом обожгло
Присутствие её.
2
Лицо её всех поражало:
Её - незéмна красота!
В глазах её всегда сияло
Такое: Впрочем, хуета.
Зачем хвалить глаза царицы?!
Они прекрасны! Спору нет!
Но у молоденькой девицы
Есть и другой, сокрытый свет.
Писать о том в литературе
Нет смысла. Повесть не пройдёт
Через великий пост цензуры.
А в прочем, может, повезёт?!
Поднимут вой, хай и пиздёжь:
"Ай, караул! Ох, срам! Грабёж!!!
И никакой он не фантаст!
Наш Криптонимов - педераст!"
Однако тут остановлюсь,
Что мне за дело до цензур?
Писать я повесть тороплюсь
Для вас. Не для цензурных дур.
Так вот. Чудесный свет
Её глаза таили.
В них отразился неба цвет,
Они к себе людей манили.
А носик - прелесть, а не нос! -
Меж пухлых щёчек находился,
Не крив, не кос и не курнос,
Такой, каким он и родился.
На щёчках ямочки. Когда
Она немного улыбалась
Заметно их. Но вот беда!
Она ни разу не ебалась.
А губы - маков алых цвет,
К устам уста они тянули,
Как будто созданы для бед
Тех, кто на них хоть раз взглянули.
Теряли все покой и сон,
Она же этого не знала,
И на природы выйдя лон
Она скучала и зевала.
Фигурой пышною своей
Мужчин она всегда смущала,
Две груди сочные, ей-ей!
Она небрежно засувала
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
