 |
| |
| | Я резко встала, обхватила его шею своими руками и страстно впилась в его губы, явно не ожидавшие такой атаки, всей своей страстью. Он ответил мне тем же. Мы страстно лизались, кусались, пытаясь наесться, ...но без секса это все равно было невозможно. Когда мы оба поняли это, мы посмотрели друг на друга и молчаливо договорились. Он одним резким движением кинул меня на стол и расстегнул свои брюки. Я лишь как поддатливая самка ждала с полураскрытым ротиком и сбившимися кудрями его движений. Он прижал меня спиной к столу и стал властно и жадно раздевать. Он оголил мою упругую грудь и стал ласкать ее языком и губами. Сначала мне было весело и приятно, но после нескольких нескунд я так завелась, что уже ни о чем не думала, как о его проникновении в меня. Он почувствовал что я готова и стал снимать с меня юбку, трусики и чулки... Его язык поскользил ниже по моей упругой коже, оставляя за собой жаркое возбуждение во всем моем теле. Я вся изгибалась, обхватывала руками его голову и тянула к себе.. вниз. Он раздвинул мои ноги и увидел нежнейший цветок, который и скрывался от него все эти рабочие будни. Он довольно и гордо взглянул на меня. Я сказала ему своим взглядом "Я вся твоя!" и он стал ласкать мой цветочек своим нежным языком, но я готова была уже взорваться и остановила его... Он все понял... положил меня на стол, закинул мои ноги к себе на плечи и резко ворвался внутрь моей девочки. Он завибрировала под его напором как сумасшедшая и я стонала подстегиваемая ею. Он видел, что со мной скоро пройзойдет то, что никак не назовешь симуляцией и гордо стал принялся трахать меня, все сильнее и быстрее. О Господи! Я готова была уже кончить, но он не давал мне. Ему нравилось дразнить меня... Тогда я обняла его и поцеловала, он закрыл глаза и я пересадила его на стул. Села на него сверху и и-и-и-и-ии... Это наконец случилось! Я закричала его имя на весь опустевший, вечерний офис, и почувствовала как во мне начинает взрыватся его вулкан. Он стал насаживать меня на свой член все быстрее, его стоны заставили почувствовать себя богиней. Тут он взорвался во мне в сильнейшем оргазме схватив меня за волосы, как последнюю рабыню... Его сперма потекла по моим ножкам, когда я голенькая пошла к его столу принести ему сигареты. С тех пор он обладал мной каждый день. У нас был потрясающий служебный роман! Вот так вот девушки... Устроишься на работу - а тут м-м-м-м.. | | |
| |
|
| |
| | Интересно, кто я для нее сейчас. Вадик или Владик или Костик. Кто у нее еще был. Я трахала ее. Оксанка пыталась высвободиться, но куда там. Теперь я держала ее мертвой хваткой и трахала, трахала. Ей уже не было больно, пещерка приспособилась к моему члену. Вот только бы не разбудить родителей, лучше бы она проснулась. Я кончила первой, но довела и ее до кульминации. Освободившись от меня, Оксанка повернулась на бок и продолжала спать. Мне спать не хотелось. Я освободилась от своих трусиков, достала фаллос и прикрепила его на табуретке. Присоска плотно держала. Оседлав своего коня, я стала двигаться сначала медленно и аккуратно, постепенно привыкая к размеру орудия, потом все быстрее и быстрее: | | |
| |
|
| |
| | Член мягко вошел в мокрое влагалище, плавно заполняя его. Олег нагнул Катьку еще ниже, чтобы не загораживала обзор. Довольно длинный орган Генки скрылся за бедром партнерши уже наполовину. Неужели еще не достал? - изводился Олег - Тогда почему Танька не реагирует? Ну разве что вон в край лавки руками вцепилась. Хоть бы дернулась. Или охнула. Генка дотянулся руками до ее грудей, сжав их, но его таз продолжал сближаться с Танькиной промежностью. Наконец, прижавшись к ней, он остановился. Засадил... - подумал Олег - Теперь-то точно. Катька нетерпеливо вильнула задом и он осторожно, стараясь не сильно толкать, начал плавные движения в горячей скользкой тесноте. | | |
| |
|
| |
| | Отцу это явно надоело. Тогда он под шумок схватил свою дочь, заткнув ей рот салфеткой. Перевернув её лицом вниз, он поволок её по направлению к туалетной кабинке. Запер за собой дверь, приложил девочку лбом о смывной бачок. Убедившись, что она без сознания, он перевернул её, выпростал из брюк членище. Быстренько снял с неё нижнее бельё, после чего с размаху всадил достоинство в щель девчонке. Он не только дефлорировал её, но и изорвал её нежную щель в кровавые ошмётки! Куски плоти и крови выплеснулись из развёрстой щели вместе со спермаком - девочка была слишком мала, чтобы нормально принять сей богатырский фаллос. От дикой боли она пришла в сознание и чуть было не закричала, но к счастью её отец быстро сориентировался и вовремя зажал ей рот. | | |
| |
|
Рассказ №18357
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 101116 (за неделю: 50)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Пролог
С тех давних дней,
Когда родились люди,
Когда они разумней стали обезьян,
И полысели очень сильно груди
(Остались волосы лишь у армян,
Азербайджанцев и грузин,
Да у чечено-ингушей) ,
Как много раз был слышен вопль:
"Victoria!!! Победа!" Пыль
Взвивалась из-под ног босых
Толпы могучей. И с криками "Ура!"
В пивнушки разбегались. И позже, их уже косых
Видали на дорогах, и вслед кричали им: "Vivo!
Да здравствуют синьоры.
Победа! Независимость! Уры-ы-ы!
И слово-то не сложное: "Победа".
Но стоит лишь кому-нибудь сказать его
И сразу прояснятся очи,
Уставший вновь получит сил
И сможет рок-н-ролл отбацать
На асфальте под жарким солнцем
Южных парижан. И крикнет
На распев, как слышал в детстве: Да!
ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДÁ!
Но ведь победой отличиться
Можно не только на войне,
И побеждать надо учиться
При мире на другом фронтé.
Кому намёк не очень ясен,
Могу сказать я прямо в лоб,
Хотя такой дурак ужасен.
Нет не дурак! А остолоп!
Ужель писать мне надо прямо,
Что этот фронт любовью звать?
И что на нём ебаться надо,
Мух не ловить и не зевать?!
Нет, я уверен, что читатель
Поймёт меня без лишних слов,
А я - презреннейший маратель, -
Историю вам расскажу с азов.
Нельзя сказать, что поучительную,
И не совсем нравоучительную,
Скорей немного пошлую,
Как Сэм ебался с Кошкою,
Прекрасною девицею,
Стремительной куницею.
Сравнить её ни с кем нельзя;
Неописная красота!
Зовут её все Аллой:
Ну, я начну, пожалуй!
Часть I
Прекрасное видение
1
К закату солнышко садилось,
В родной Москве был сильный зной,
И время медленно катилось:
Тоска овладевала мной.
Как вдруг с Рязанского проспекта
Свернул парнишка молодой,
Я понял: лучшего объекта
Уже не будет предо мной.
В душе моей родилась повесть
О похожденьях паренька.
Но на Рязанке сё не новость,
И я решил приврать слегка.
Парнишку кличут просто Сэмом,
И этот Сэм решил пойти,
Начистив боты чёрным кремом,
В Кузьминках погулять с тоски.
А летний вечер был прекрасен,
Едва ли дома усидишь,
И небосклон был светл и ясен,
Казалось, прыгни - полетишь.
В Кузьминском парке сплошь берёзы,
Сосёнки, липки и дубки,
Цветут ромашки там и розы,
Фиалки, астры, васильки.
И аромат тончайший в парке,
Глаза закроешь - вмиг уснёшь,
Как будто пригубился к чарке
Старинного вина. Орёшь
Из всей своей ты мочи:
Прекрасный парк! Отлична жизнь!
Зачем мне надо ехать в Сочи,
Коль и Кузьминки хороши?!
И одуревши от озона,
Сэм побежал куда-то в лес,
И на скамейку там залез,
Открывши первый том Дрюона.
Однако ж, не сýждено было
Читать про древних королей
Ему романы. Рядом было
Существо всех-всех нежней,
Всех-всех красивей и милей,
Всех-всех затмить оно могло,
И Сэма мигом обожгло
Присутствие её.
2
Лицо её всех поражало:
Её - незéмна красота!
В глазах её всегда сияло
Такое: Впрочем, хуета.
Зачем хвалить глаза царицы?!
Они прекрасны! Спору нет!
Но у молоденькой девицы
Есть и другой, сокрытый свет.
Писать о том в литературе
Нет смысла. Повесть не пройдёт
Через великий пост цензуры.
А в прочем, может, повезёт?!
Поднимут вой, хай и пиздёжь:
"Ай, караул! Ох, срам! Грабёж!!!
И никакой он не фантаст!
Наш Криптонимов - педераст!"
Однако тут остановлюсь,
Что мне за дело до цензур?
Писать я повесть тороплюсь
Для вас. Не для цензурных дур.
Так вот. Чудесный свет
Её глаза таили.
В них отразился неба цвет,
Они к себе людей манили.
А носик - прелесть, а не нос! -
Меж пухлых щёчек находился,
Не крив, не кос и не курнос,
Такой, каким он и родился.
На щёчках ямочки. Когда
Она немного улыбалась
Заметно их. Но вот беда!
Она ни разу не ебалась.
А губы - маков алых цвет,
К устам уста они тянули,
Как будто созданы для бед
Тех, кто на них хоть раз взглянули.
Теряли все покой и сон,
Она же этого не знала,
И на природы выйдя лон
Она скучала и зевала.
Фигурой пышною своей
Мужчин она всегда смущала,
Две груди сочные, ей-ей!
Она небрежно засувала
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
