 |
| |
| | Холодные чужие пальцы снова прошлись по моей мошонке, заставив меня задрыгать ногами от мучительно острой щекотки. С обидой осознав, что медсестра все равно добьется своего, я сдался и начал писать. | | |
| |
|
| |
| | Пока Алан взъерошивал мне волосы, я обнаружила, что делаю то, чего никогда раньше не делала: я смотрела на паховую область Алана, и Уильяма тоже. Одна девочка стояла рядом с тремя мужчинами, и у всех троих в штанах отчётливо проявлялся стояк. Уильям увидел, куда я смотрю, и его лицо покраснело, затем он дёрнулся и сказал: | | |
| |
|
| |
| | Я вновь пригнулся и стал целовать его шею, чувствуя, как все внутри меня переворачивается от вожделения, которое эти поцелуи разжигали во мне. Я чувствовал, как натянулась во мне какая-то струна, натянулась от нежности и страсти, которые я сам испытывал. Я целовал волосы на затылке парня, пушистые, пахнущие шампунем волосы, целовал мягкую кожу шеи и сам аж дрожал от желания. | | |
| |
|
| |
| | ...Вдруг ты подталкиваешь меня к высокому столу на кухне, задираешь мне юбку, подхватываешь и усаживаешь напротив себя, раздвинув мои ножки - я поднимаю колени повыше, чтобы тебе было удобно, и ты присасываешься ко мне, к моей такой мокрой и теплой киске, раздвигая как можно шире в стороны мои губки, я тебе с удовольствием помогу в этом, чем шире - тем больнее, но это не та боль, от которой хочется бежать или спрятаться, это сладко, так сладко - что я начинаю стонать в твоих руках, мои бедра содрогаются, а ты при этом прижимаешься все сильнее и сильнее ко мне, я чувствую, как мой клитор оказывается зажат между твоим лицом и моим лобком, ему ведь нужно именно это... Я начинаю сама подаваться тебе навстречу, ударяться, втискиваться в тебя, потом беру твою руку в свою и требовательно направляю твои такие крепкие пальцы в себя... но не нужно слишком глубоко - просто вставь мне два своих пальчика, можешь даже сначала согнуть их - чтобы они случайно не исцарапали меня, такую неженку, вставь неглубоко и раздвинь их внутри меня как можно шире - ты себе даже не представляешь, чем это тебе грозит... Сладкий мой! Еще! Не бойся, раздвинь пошире, ведь ты не порвешь свою девочку, ты же очень нежный мальчик, и я тебе полностью доверяю...А я помогу тебе своим пальчиком, буду прижимать свой разбухший клитор и теребить его... Если тебе хочется самому, то просто переверни свою руку во мне на 180 градусов - и тогда твой большой палец окажется как раз напротив заветной цели, теперь я вся в твоих руках, моя радость... Давай, давай, мой хороший! Дай мне сладко кончить, я буду истекать тебе в ладони, такая сочная девочка... | | |
| |
|
Рассказ №18357
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 96520 (за неделю: 127)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Пролог
С тех давних дней,
Когда родились люди,
Когда они разумней стали обезьян,
И полысели очень сильно груди
(Остались волосы лишь у армян,
Азербайджанцев и грузин,
Да у чечено-ингушей) ,
Как много раз был слышен вопль:
"Victoria!!! Победа!" Пыль
Взвивалась из-под ног босых
Толпы могучей. И с криками "Ура!"
В пивнушки разбегались. И позже, их уже косых
Видали на дорогах, и вслед кричали им: "Vivo!
Да здравствуют синьоры.
Победа! Независимость! Уры-ы-ы!
И слово-то не сложное: "Победа".
Но стоит лишь кому-нибудь сказать его
И сразу прояснятся очи,
Уставший вновь получит сил
И сможет рок-н-ролл отбацать
На асфальте под жарким солнцем
Южных парижан. И крикнет
На распев, как слышал в детстве: Да!
ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДÁ!
Но ведь победой отличиться
Можно не только на войне,
И побеждать надо учиться
При мире на другом фронтé.
Кому намёк не очень ясен,
Могу сказать я прямо в лоб,
Хотя такой дурак ужасен.
Нет не дурак! А остолоп!
Ужель писать мне надо прямо,
Что этот фронт любовью звать?
И что на нём ебаться надо,
Мух не ловить и не зевать?!
Нет, я уверен, что читатель
Поймёт меня без лишних слов,
А я - презреннейший маратель, -
Историю вам расскажу с азов.
Нельзя сказать, что поучительную,
И не совсем нравоучительную,
Скорей немного пошлую,
Как Сэм ебался с Кошкою,
Прекрасною девицею,
Стремительной куницею.
Сравнить её ни с кем нельзя;
Неописная красота!
Зовут её все Аллой:
Ну, я начну, пожалуй!
Часть I
Прекрасное видение
1
К закату солнышко садилось,
В родной Москве был сильный зной,
И время медленно катилось:
Тоска овладевала мной.
Как вдруг с Рязанского проспекта
Свернул парнишка молодой,
Я понял: лучшего объекта
Уже не будет предо мной.
В душе моей родилась повесть
О похожденьях паренька.
Но на Рязанке сё не новость,
И я решил приврать слегка.
Парнишку кличут просто Сэмом,
И этот Сэм решил пойти,
Начистив боты чёрным кремом,
В Кузьминках погулять с тоски.
А летний вечер был прекрасен,
Едва ли дома усидишь,
И небосклон был светл и ясен,
Казалось, прыгни - полетишь.
В Кузьминском парке сплошь берёзы,
Сосёнки, липки и дубки,
Цветут ромашки там и розы,
Фиалки, астры, васильки.
И аромат тончайший в парке,
Глаза закроешь - вмиг уснёшь,
Как будто пригубился к чарке
Старинного вина. Орёшь
Из всей своей ты мочи:
Прекрасный парк! Отлична жизнь!
Зачем мне надо ехать в Сочи,
Коль и Кузьминки хороши?!
И одуревши от озона,
Сэм побежал куда-то в лес,
И на скамейку там залез,
Открывши первый том Дрюона.
Однако ж, не сýждено было
Читать про древних королей
Ему романы. Рядом было
Существо всех-всех нежней,
Всех-всех красивей и милей,
Всех-всех затмить оно могло,
И Сэма мигом обожгло
Присутствие её.
2
Лицо её всех поражало:
Её - незéмна красота!
В глазах её всегда сияло
Такое: Впрочем, хуета.
Зачем хвалить глаза царицы?!
Они прекрасны! Спору нет!
Но у молоденькой девицы
Есть и другой, сокрытый свет.
Писать о том в литературе
Нет смысла. Повесть не пройдёт
Через великий пост цензуры.
А в прочем, может, повезёт?!
Поднимут вой, хай и пиздёжь:
"Ай, караул! Ох, срам! Грабёж!!!
И никакой он не фантаст!
Наш Криптонимов - педераст!"
Однако тут остановлюсь,
Что мне за дело до цензур?
Писать я повесть тороплюсь
Для вас. Не для цензурных дур.
Так вот. Чудесный свет
Её глаза таили.
В них отразился неба цвет,
Они к себе людей манили.
А носик - прелесть, а не нос! -
Меж пухлых щёчек находился,
Не крив, не кос и не курнос,
Такой, каким он и родился.
На щёчках ямочки. Когда
Она немного улыбалась
Заметно их. Но вот беда!
Она ни разу не ебалась.
А губы - маков алых цвет,
К устам уста они тянули,
Как будто созданы для бед
Тех, кто на них хоть раз взглянули.
Теряли все покой и сон,
Она же этого не знала,
И на природы выйдя лон
Она скучала и зевала.
Фигурой пышною своей
Мужчин она всегда смущала,
Две груди сочные, ей-ей!
Она небрежно засувала
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
