 |
 |
 |  | Приняв решение, я скинул с себя остаток одежды и просто влетел в комнату. Вскинув голову, в твоих газах читался испуг и желание, страх и похоть. Я схватил тебя за волосы и размаху вставил свой уже каменный член тебе в ротик, полуоткрытый толи в вскрике испуга, толи в стоне сладострастия, Парнишка оказался с крепкими нервами, не моргнув глазом, он молча продолжал наращивать темп. От испуга внутри у тебя всё сжалось, его огромному аппарату, еле помещавшимуся в тебе, стало совсем тесно в твоей влажной пещерке, вы начали просто хрипеть от прибижающегося оргазма, волна наслаждения накрыла вас одновременно, то откатывая то набегая вновь. А я продолжал наслаждаться твоим горячим и сладким ротиком, держа двумя руками за волосы, стараясь как можно глубже вогнать в тебя своего дружка. Тем времен паренёк, опустившись как можно ниже уже вовсю обрабатывал своим шершавым язычком твои горящие огнём дырочки. Я прикрыв глаза, начинаю обильно кончать, наполняя твой ротик своим горячим соком любви, не успвая сглатывать ты впиваешся своими коготками в мои напряжённые ягодицы, стараешся поглубже натянуть свои нежные губки на мой член, сперма вытекая, уже капает с подбородка. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Бедная девушка всё время по мере возможности дёргалась, вырывалась из верёвок и пыталась что-то сказать через заткнутый рот, но ни то, ни другое ей не удавалось, после чего она наконец успокоилась. Когда обе клизмы были сделаны, Люсина мама сама стала держать дочку за стиснутые вместе её ягодицы. Я стала уговаривать несчастную Люсю полежать спокойно пять минут и дышать глубоко ртом, позабыв про засунутый туда кляп. Сначала она как будто не слышала мои уговоры, но потом всё-таки задышала ротиком, всасывая воздух мимо кляпа. Я предложила Люсиной маме выбрать кляп, но она ответила отказом, ибо боялась, что дочь опять начнёт громко реветь. Мы продержали девочку в той же позе положенное время, затем её мама велела мне принести из ванной комнаты пластмассовое ведро, а сама начала понемногу развязывать дочь, чтобы та могла подняться с кровати и сесть на него покакать. Это ей удавалось с большим трудом, ибо узлы были завязаны очень туго, боясь, что девочка вырвется во время проведения клизмы. В одном месте пришлось даже пользоваться ножом, позже принесенным мною из кухни. Как только Люсины руки были освобождены, она вырвала ими кляп себе изо рта. "Мама, ты могла меня убить" , она впопыхах сказала, "у меня ведь насморк, а ты заставляла меня дышать носом, заткнув рот. Я еле не задохнулась". "Ничего, зато теперь хотя бы от запора не погибнешь" , ответила мать, "я же тебя знаю, не заткни тебе рот, ты такой шум подняла бы, что соседи вызвали бы милицию, думая, что тут происходит убийство. Теперь быстро подымайся на ноги и садись на ведро!". Люся не заставляла себя долго умолять, мигом вскочила с кровати и камнем упала на ведро так, что оно зашаталось и еле не опрокинулось. Девочка начала обильно опорожняться, хотя даже после двух сделанных клизм кака у неё выходила с трудом, после сильного тужения. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Все чаще вставал вопрос, ну когда же собственно мы займемся настоящим сексом. Очень не хотелось терять девственность, ибо результаты наблюдения у детского гинеколога не были секретом от мамы. Иными словами, мне не хотелось провоцировать о-огромнейший скандал, который обязательно закатила бы маман, узнай она, что её дочь уже не девочка. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Она явно кайфовала даже от самих этих слов. Я давно заметил, что ей нравилось даже просто произносить всё это. Во время этого мелодичного бормотания она вскрыла бедняге мошонку и вытащила яйца, которые через некоторое время отправились в миску, стоявшую на стуле у кровати. Я досмотрел представление до конца и ушел из коридора в свою комнату, где долго лежал, глядя в потолок и теребя свой бессильный половой орган. На следующий день новоиспеченный кастрат отправился, ковыляя враскорячку, восвояси, а тетя Галя показала мне банку, на дне которой лежали два маленьких мужских яйца. Они были залиты то ли спиртом то ли формалином, сейчас я уже не помню. Баночку она поставила в шкафчик, где стояло ещё несколько - в том числе и с моими бубенцами. Я был у неё не первый. И уж точно не последний. |  |  |
|
|
Рассказ №1875
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 28/07/2025
Прочитано раз: 21669 (за неделю: 35)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Познакомились мы с Диной случайно, на вечеринке у одной нашей общей знакомой. Не обратить на Дину внимание было невозможно: высокая, статная брюнетка с шикарными ногами и бюстом. Разве что было в ней нечто странное, взгляд ее блуждал, ни на ком долго не задерживаясь. Но в общем, Дина полностью соответствовала моим представлениям о прекрасной даме, в связи с чем ваш покорный слуга и не стал терять времени даром, а смело подошел и завел светский разговор о погоде.
..."
Страницы: [ 1 ]
Познакомились мы с Диной случайно, на вечеринке у одной нашей общей знакомой. Не обратить на Дину внимание было невозможно: высокая, статная брюнетка с шикарными ногами и бюстом. Разве что было в ней нечто странное, взгляд ее блуждал, ни на ком долго не задерживаясь. Но в общем, Дина полностью соответствовала моим представлениям о прекрасной даме, в связи с чем ваш покорный слуга и не стал терять времени даром, а смело подошел и завел светский разговор о погоде.
К моей великой радости Дина оказалась еще и очень неглупой, что оканчательно утвердило меня в намерении завоевать ее сердце (ну естественно вместе с ее восхитительным телом).
Благодаря ли моей находчивости и остроумию или же по какой-то иной причине, но мы провели весь вечер вместе. В довершение чего я получил номер ее телефона вместе с разрешением им воспользоваться.
Окрыленный успехом, я начал судорожно соображать, куда же я могу прогласить Дину. Ресторан? Театр? Ну конечно же, в консерваторию! Так я и поступил.
Концерт был хорош, но моя дама занимала меня гораздо больше Моцарта. Краем глаза я следил за каждым ее движением, взглядом и вздохом, не забывая при этом изображать самозабвенного ценителя музыки.
В антракте мы курили и говорили, говорили... Я был горд, что рядом со мной столь изысканная дама. Мы едва успели к началу второго отделения. Был знаменитый первый концерт Шостаковича.
Вдруг я услышал легкий стон. Вздрогнув, я обернулся к Дине. Меня бросило в жар, потом в холод, потом опять в жар... Она сидела, вцепившись в подлокотники, с силой сжав колени, все тело билось в судороге, на ее оканемевшем лице застыл восторг. Дина улыбалась. Страшно, диковато. Тяжело дыша, она постанывала все громче и отчетливее.
Я ловил на ней и на себе удивленные взгляды, но был настолько растерян, что не мог придумать, что предпринять. Я просто сидел, переходя из одного состояния ужаса в другое.
Неожиданно Дина вскочила и выбежала из зала. Догнал я ее только на лестнице. Не говоря ни слова, мы сели в машину, и я отвез ее домой.
В тот вечер ни о каких об'яснениях не могло быть и речи. Единственное, что я сразу понял, то, что на этом наши с ней отношения закончатся, так и не начавшись.
Терпел я ровно два дня. Умирая от любопытства и, почему-то от стыда, я позвонил Дине и, не смотря на ее многочисленные отказы и отговорки, набился на визит. Через пять минут я уже мчался по Садовому кольцу, не забыв при этом захватить диктофон (видимо, журналистская натура взяла свое).
К моему удивлению, Дина встретила меня приветливо, нисколько не смущаясь. Мы пили мартини и говорили как старые друзья. Как-то очень легко и весело я предложил Дине поделиться при включенном диктофоне тем, что же произошло, а она тоже весело и легко согласилась. Вот ее рассказ.
Эта квартира мне досталась от моего второго мужа. Не могу сказать определенно, почему мы разошлись: в общем все было неплохо... только тоскливо как-то. Я живу одна уже год. А три месяца назад мне позвонила моя младшая сестра Даша и попросилась пожить у меня полгодика (у нее были какие-то проблемы). Я с радостью согласилась.
Жили мы весело-пуританством не отличались. Но у каждой была своя жизнь, свои друзья, это было очень удобно. Я не следила за Дарьей, когда она приходит и с кем. Ну а в том, чем они занимаются, не было сомнений: Дашка орала на все голоса, хорошо орала, от души, перекрывая Баховскую органную токкату (Даша еблась исключительно под 565 токкату ре минор). Немного смущало меня только то, что я за месяц ни разу не видела ни одного ее мужчины.
И вот однажды мы с ней напились вдвоем, всю ночь проболтали. А я возьми да и спроси ее, почему это она, дескать, мне своих мужиков не показывает, боится отобью, что ли? "Каких мужиков? А никаких мужиков нет. С чего ты взяла про мужиков?". Я, признаться, рассвирипела: какого черта она мне мозги пудрит. Тут-то все и открылось...
Есть у Дарьи друг Борис, и работает этот Борис в каком-то научно- исследовательском институте в лаборатории по изучению условных и безусловных рефлексов. Павлова с его несчастными собачками помните? Так вот Борис называет себя "духовным наследником великого ученого". Пять лет Борис и его друзья полулегально изучают условные рефлексы в области секса. А моя Дашка стала одним из об'ектов их эксперимента, причем эксперимента настолько удачного, что и я, глядя на нее, решила рискнуть.
Дарья познакомила меня с Борисом, и мы договорились о времени первого сеанса. Происходило все это в их лаборатории.
Борис предложил мне принести с собой кассету с записью моего любимого музыкального произведения, я принесла первую симфонию Шостаковича (которая так подвела меня два дня назад).
Меня раздели догола и, облепив датчиками, уложили на кушетку. Ира-медсестра и помощник Бориса делала замеры, а результаты записывала в таблицы. Потом пришел Борис, попросил меня раздвинуть ноги и вставил мне во влагалище предмет с проводками, отдаленно напоминающий фаллос. Ира надела на меня наушники, из которых полилась музыка. Да-да, та самая.
Одновременно начали действовать все вибраторы и датчики на моем теле (а самое главное-внутри). Я думаю, что подвергалась и гипнотическому воздействию, я возбуждалась, забыв обо всем на свете. Потом все поплыло у меня перед глазами, я начала задыхаться и вдруг кончила с такой силой, так глубоко, что потеряла сознание. Но сеанс еще не кончился. В тот день я кончила шесть раз, чего сомной раньше никогда не было. Уставшая, с туманом в голове я ушла. А на следующий день я не могла дождаться пяти часов, чтобы лететь в институт. Таких сеансов у меня было десять.
Эксперимент опять удался. И я превратилась в другого человека. Я была абсолютно счастлива, стоило мне включить музыку. Теперь я не нуждаюсь в половом партнере, никто из них не сможет заменить мне Шостаковича. Кто же мог знать, что произойдет такое недоразумение.
Было уже совсем поздно, пора уходить. Я встал, Дина же извинилась, что от усталости и мартини не может пойти провожать меня до дверей в прихожую. Она полулежала на пушистом зеленом ковре. Мы дружески попрощались. "Может увидимся когда-нибудь"- сказала Дина, надевая наушники.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|